Приговор: Осужденный-1 - по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ за разбой; по ч. 3 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ за покушение на убийство; осужденный-2 - по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ за пособничество в краже. Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 06.07.2016 N 78-АПУ16-18

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Ботина А.Г.
судей Романовой Т.А., Пейсиковой Е.В.
при секретаре Прохорове А.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Баданова А.С. и Самадова Д.Б. на приговор Санкт-Петербургского городского от 29 февраля 2016 г., по которому
Баданов А.С. <…> ранее судимый 6 ноября 2015 г. по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ на 2 года лишения свободы,
осужден к лишению свободы:
— по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на 8 лет с ограничением свободы на 1 год;
— по ч. 3 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 9 лет с ограничением свободы на 1 год;
— на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний на 12 лет 6 месяцев с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев;
— на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору суда от 6 ноября 2015 г. окончательно на 13 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением следующих ограничений: не изменять место жительства и не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, в котором он будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в указанный специализированный государственный орган 1 раз в месяц для регистрации.
Самадов Д.Б., <…>, не судимый,
осужден:
— по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ на 1 год 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
По этому же делу осужден Горбунов Д.И., приговор в отношении которого не обжалован.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и возражений на них, выступление осужденных Баданова А.С. и Самадова Д.Б. в режиме видеоконференц-связи, их защитников — адвокатов Лунина Д.М., Артеменко Л.Н., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Телешевой-Курицкой Н.А., полагавшей, что приговор отмене либо изменению не подлежит, Судебная коллегия

установила:

Баданов А.С. признан виновным в совершении разбойного нападения на И. с применением насилия, опасного для жизни, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а также в покушении на ее убийство, сопряженном с разбоем.
Самадов Д.В. признан виновным в пособничестве в краже — в содействии предоставлением информации и устранением препятствий тайному хищению чужого имущества, совершенному группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба и с незаконным проникновением в жилище.
Преступления совершены 3 апреля 2015 г. в г. <…> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании Баданов А.С., признав полностью вину в совершении разбоя в отношении И. отрицал свою причастность к ее убийству; Самадов Д.Б. признал себя виновным в совершении пособничества в совершении кражи имущества И.
В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:
осужденный Самадов Д.Б. просит приговор суда изменить, смягчить назначенное ему наказание, заменив на не связанное с лишением свободы. Считает, что судом не было учтено надлежащим образом наличие у него на иждивении пятерых малолетних детей и матери-инвалида, нахождение его большой семьи в тяжелом материальном положении, тот факт, что он активно помогал в расследовании преступлений и давал правдивые показания, подтверждая свое раскаяние и исправление, характеризуется исключительно положительно, находился с семьей на территории Российской Федерации на законных основаниях, работал по трудовому договору, ранее не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности, совершил преступление впервые, а также написал явку с повинной, на основании которой и была установлена его вина; его умыслом не охватывалось применение к потерпевшей насилия в ходе хищения имущества и к ее смерти он отношения не имеет; назначенное ему наказание является несправедливым и негуманным и потому подлежит пересмотру;
осужденный Баданов А.С. просит приговор суда изменить и назначить ему более мягкое наказание. Обращает внимание на допущенное нарушение сроков ознакомления его с заключением эксперта и указание следователем в качестве основания для продления срока содержания под стражей на отсутствие заключения эксперта, тогда как такое заключение уже имелось. Подробно излагает свою версию произошедшего и утверждает, что суд не учел его доводы о том, что к совершению преступления он, в отличие от Т. не готовился, участвовал в этом по уговору Т. и под его руководством; покинуть квартиру не мог из-за того, что Т. закрыл входную дверь на ключ; к убийству потерпевшей, совершенному Т. непричастен, так как, лишь собирал в квартире ценности и, опасаясь Т., делал вид, что душит потерпевшую, накинув ей на голову полиэтиленовый пакет, и удерживая его не более минуты; причинять вреда здоровью И. не хотел и убийцей не является, все произошло в силу стечения не зависящих от него обстоятельств; реальных последствий для потерпевшей от его действий не наступило, и та скончалась от ударов, нанесенных Т. так как насилия он не применял и телесных повреждений, в том числе тяжких, потерпевшей не причинял, его осуждение по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ является неверным, содеянное им следует квалифицировать по ч. 3 ст. 162 УК РФ и снизить срок наказания до 3 лет лишения свободы; назначенное ему наказание является чрезмерно суровым и противоречит установленным законом целям наказания, не учитывает в полной мере все обстоятельства совершения преступлений и данные, характеризующие его личность, смягчающие наказание обстоятельства, в том числе его чистосердечное раскаяние, явку с повинной, роль в совершении преступлений.
В своих возражениях на апелляционные жалобы осужденных государственный обвинитель Мариинская Н.В. просит оставить приговор суда без изменения, а апелляционные жалобы — без удовлетворения, находя изложенные в них доводы несостоятельными.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в жалобах и возражениях на них, Судебная коллегия находит, что постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.
Суд подробно привел содержание исследованных в ходе судебного разбирательства показаний подсудимых, включая и те, в которых они признают свое участие в преступлениях, поясняют обстоятельства их совершения и изобличают друг друга; содержание других доказательств, подтверждающих причастность каждого подсудимого к инкриминируемым преступлениям, и опровергающих доводы в их защиту.
Судебная коллегия находит убедительными выводы суда о виновности осужденных в преступлениях, поскольку они подтверждаются достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.
Так, из показаний Самадова, данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных в суде, следует, что именно он рассказал Горбунову и Т. о своей бывшей соседке И., образе ее жизни, о том, что та одинока, и хранит в квартире крупную сумму денег — 500 тысяч рублей, сообщил ее адрес и код домофона; понимал при этом, что его знакомые намереваются совершить у нее хищение имущества, от которого Горбуновым ему была обещана доля.
Из показаний Баданова в судебном заседании следует, что, согласившись с предложением Т. похитить у пожилой женщины — И. из квартиры имущество, он вместе с Т. и Горбуновым, который управлял автомашиной, прибыл к дому, где та проживала. Войдя первым в квартиру, Т. спустя время, позвонил по мобильному телефону и позвал туда его, велев взять из машины сумку с огнетушителем и ключами. По приходу в квартиру он был представлен Т. потерпевшей как сантехник, поэтому стал ходить по помещению, как будто осматривая трубы. В это время услышал глухой удар с падением чего-то на пол, оглянувшись, увидел лежавшую на полу потерпевшую и Т. с огнетушителем в руках, который тот взял из принесенной им сумки, понял, что тот ударил им потерпевшую. Уйти из квартиры не мог, так как входная дверь была закрыта Т. на ключ. Он с Т. стали обыскивать квартиру, услышав стон потерпевшей, Т. нанес той еще несколько ударов огнетушителем, а потом велел ему ее "успокоить", надеть ей на голову полиэтиленовый пакет, что он (Баданов) и сделал. При этом, опасаясь применения к нему насилия со стороны Т., лишь делал вид, что душит потерпевшую, удерживая на ее шее края одетого ей на голову пакета, пока она не перестала стонать. Собрав ценные вещи, он, а затем Т. вышли из квартиры, положили сумки в машину к Горбунову, сообщив последнему, что они убили женщину и скрылись.
В своих показаниях, данных органам следствия и исследованным в судебном заседании, Баданов сообщал, что ограбить потерпевшую ему предложил Горбунов и Т. о своих действиях они договорились в машине по приезду к дому потерпевшей. После того, как Т. нанес потерпевшей по голове несколько ударов огнетушителем, но та опять начала стонать, Т. сказал, чтобы он задушил ее, бросил для этого ему целлофановый пакет. Он натянул пакет на голову потерпевшей до подбородка, сжал его края рукой у нее на шее и удерживал таким образом, пока не прекратились стоны потерпевшей. Из квартиры ими были похищены доллары, монеты, мобильный телефон, статуэтки и другое имущество, которым они распорядились по своему усмотрению, поделив между собой.
Из показаний осужденного Горбунова в судебном заседании следует, что он и Т. расспрашивали Самадова о его бывшей соседке — И., хищение имущества которой намеревался совершить Т. 3 апреля 2015 года он на машине <…> отвез Т. и Баданова к дому И. для совершения этого хищения. Первым ушел Т. который вскоре позвонил ему и Баданову. Баданов взял сумку с инструментами и зашел в дом. Вскоре Баданов вернулся, предварительно по телефону попросив его поставить машину ближе, за ним пришел Т., сообщивший об убийстве потерпевшей. По дороге Т. выбросил какие-то вещи, обменял доллары на рубли и передал ему 20 тысяч рублей.
При допросе в стадии расследования дела Горбунов признавал, что в машине, в которой он вез Т. и Баданова для хищения имущества потерпевшей, те обговаривали свои действия и возможность применения в случае необходимости насилия к потерпевшей.
В ходе допроса Т. следственными органами, последний пояснял о роли Самадова в информировании их относительно потерпевшей, ее благосостояния и местожительства, за что Самадову была обещана часть похищенного, а также о состоявшемся между ним, Горбуновым и Бадаевым обсуждении плана хищения, согласно которому Горбунов должен был отвезти их на машине к месту преступления и увезти обратно, он же под видом сантехника — проникнуть в квартиру потерпевшей, отвлечь ее внимание и похитить ценности, а при невозможности такого развития событий, позвонить Горбунову или Баданову и призвать их на помощь, которая не исключала вероятности применения к потерпевшей насилия, в том числе ее убийство, с чем Баданов согласился. По поводу обстоятельств нападения на потерпевшую сообщал, что, проникнув в ее квартиру под видом сантехника и поняв, что одному похитить имущество не удастся, по телефону вызвал на помощь Баданова, сказав, чтобы тот захватил сумку с инструментами; убедившись в невозможности узнать от потерпевшей место хранения ценностей, ударил ее принесенным Бадановым, огнетушителем по голове, отчего она упала на пол, а когда стала стонать, таким же способом нанес еще два удара; во время поиска ценностей, услышав вновь стоны, Баданов, по его указанию, накинул на голову потерпевшей полиэтиленовый пакет, закрутив края, и в течение нескольких минут затягивал этот пакет, пока потерпевшая не замолкла; похитив из квартиры мобильный телефон, фотоаппарат, 1350 долларов, статуэтки, медали, монеты, марки, инструмент, и другие ценности, скрылись с места преступления, закрыв входную дверь найденным ключом; в машине рассказали Горбунову об убийстве потерпевшей.
Показания об этих обстоятельствах дела были подтверждены Т. при проверке на месте преступления.
Помимо изложенных показаний осужденных и Т. вина Баданова и Самадова подтверждается совокупностью других приведенных в приговоре доказательств, в частности:
— показаниями потерпевшей М., свидетелей Т., характеризовавших личность убитой И. и ее материальное положение;
— показаниями свидетеля С., которая, проходя мимо квартиры потерпевшей, слышала через приоткрытую дверь ее разговор с мужчиной;
— показаниями свидетеля Б. об обстоятельствах вскрытия двери в квартиру И. и обнаружения ее мертвой, лежащей в луже крови с надетым на голову полиэтиленовым пакетом;
— протоколом осмотра места происшествия, содержащего фактические данные о том, что труп потерпевшей с признаками насильственной смерти — повреждениями в области головы, и надетым на голову пакетом с завязанными ручками, был обнаружен в ее же квартире, дверь которой была закрыта и повреждений запоров не имела;
— протоколом осмотра автомашины "<…>", из которого следует, что в багажнике указанной машины обнаружена сумка с инструментами и автомобильным огнетушителем;
— заключением судебно-медицинского эксперта, установившим, что смерть И. последовала от открытой тупой черепно-мозговой травмы с множественными переломами костей черепа, с разрывами твердой мозговой оболочки и с ушибом головного мозга, образовавшейся не менее чем от 6 воздействий предметом, каковым мог быть представленный огнетушитель, а также указавшим на невозможность по медицинским данным высказаться прижизненно или посмертно было произведено завязывание пакета на голове потерпевшей;
— протоколами задержания Т., Баданова, Горбунова с зафиксированными в них сведениями о нахождении у задержанных при себе похищенных из квартиры потерпевшей почтовых марок, ордена, мобильного телефона и монет;
— актами судебно-биологической, судебно-криминалистической, судебно-трасологических экспертиз, в которых содержатся выводы об обнаружении на одежде и обуви Баданова, кроссовке Т. крови потерпевшей; на руках самой потерпевшей — волокон общей групповой принадлежности с волокнами джинсов Т. об образовании, обнаруженных в квартире потерпевшей следов, от обуви Баданова;
— протоколами осмотра телефонных соединений, содержащих данные о факте общения в интересуемое время Горбунова, Самадова и Т. между собой, а также регистрацию их местонахождения, как абонентов сотовой связи, в районе жительства потерпевшей;
— иными письменными доказательствами, в том числе, касающимися стоимости похищенного имущества.
Таким образом, вывод суда о виновности Баданова и Самадова в совершении преступлений, за которые они осуждены, основан на достаточной совокупности исследованных и получивших оценку в порядке ст. 88 УПК РФ доказательств и соответствует фактическим обстоятельствам дела.
Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд, после тщательного их анализа, дал в приговоре надлежащую оценку с точки зрения как их относимости и допустимости, так и их достоверности, а в своей совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела.
При этом суд в приговоре указал, по каким основаниям одни доказательства посчитал достоверными и допустимыми, а другие отверг, приведя убедительные мотивы принятого решения.
Правильность оценки, данной судом первой инстанции, исследованным в судебном заседании доказательствам, каких-либо сомнений у Судебной коллегии не вызывает.
Неустраненных существенных противоречий в доказательствах, требующих их толкования в пользу осужденных, по делу не имеется.
Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.
Доводы Баданова о нарушении следователем его прав в результате несвоевременного ознакомления с заключением эксперта, не влекут за собой отмену постановленного приговора, поскольку ни при ознакомлении с постановлениями о назначении экспертиз и их заключениями, ни в апелляционной жалобе осужденным не указано на необходимость постановки дополнительных вопросов перед экспертами, на невозможность проведения экспертиз именно теми экспертами, которые их провели, не приведено мотивов, по которым можно было бы судить об ограничении его прав при проведении экспертных исследований, которые повлияли на исход дела.
Не влияет на законность и обоснованность приговора имевшее место обращение следователя в суд с ходатайством о продлении срока содержания Баданова под стражей под предлогом неготовности акта экспертизы, тогда как, по утверждению Баданова, заключение эксперта уже имелось.
Вопросы продления срока содержания Баданова под стражей в ходе предварительного следствия были предметами отдельных судебных разбирательств, по которым принимались соответствующие решения.
Исследовав должным образом собранные по делу доказательства, дав в приговоре им надлежащую оценку и установив на их основе фактические обстоятельства совершения преступлений, суд дал действиям осужденных надлежащую юридическую оценку: Баданова — по п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Самадова — по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ.
Выводы суда, касающиеся квалификации действий Самадова и Баданова, должным образом мотивированы в приговоре, и в частности Самадовым, не оспариваются.
Оснований для иной квалификации действий Баданова Судебная коллегия не усматривает.
На основании имеющихся в деле доказательств, в том числе показаний осужденных и Т. на предварительном следствии, судом сделан правильный вывод о том, что между Бадановым и Т., помимо предварительного сговора на хищение имущества И. из ее квартиры, была достигнута договоренность на применение в отношении потерпевшей опасного для жизни насилия и на ее убийство. Этот сговор объективно подтвержден согласованностью действий осужденных, которые под надуманным предлогом поочередно проникли в квартиру И. при этом Баданов по указанию Т. принес орудие преступления — огнетушитель, отвлекал И., а Т. в это время с целью причинения смерти нанес той несколько ударов в голову этим огнетушителем, а когда потерпевшая подала признаки жизни, Баданов также совершил действия, направленные на лишение ее жизни путем удушения пакетом и насилие осужденными к потерпевшей было прекращено лишь в связи с наступлением ее смерти.
Прямой умысел на убийство подтвержден характером действий осужденных — нанесением потерпевшей нескольких сильных ударов в голову огнетушителем и удушение ее пакетом, совершаемых до тех пор, пока она не перестала подавать признаки жизни, а также оставление И. с пакетом на голове в запертой квартире.
Исходя из этого, Судебная коллегия отвергает доводы Баданова, приведенные им в жалобе, о квалификации его действий по ч. 3 ст. 162 УК РФ, поскольку, действуя по предварительному сговору на совершение разбойного нападения, Баданов, наряду со своим соучастником, применял к потерпевшей насилие, опасное для жизни, поэтому в силу закона он несет ответственность за вред, причиненный потерпевшей как им самим, так и его соучастником в результате указанного нападения. Отсутствие реального вреда здоровью и жизни потерпевшей именно от действий Баданова, на что тот обращает внимание в своей жалобе, на квалификацию содеянного им не влияет.
Несостоятельны утверждения Баданова о совершении им преступлений вследствие случайного стечения независящих от него обстоятельств, опасений применения в отношении его насилия Т. отсутствия у него возможности оставить место преступления из-за чинимых в этом препятствий со стороны последнего. Изложенные в приговоре доказательства убедительно свидетельствуют об имевшей место подготовке осужденных к совершению преступлений, а также об умышленном характере всех действий Баданова при совершении преступлений в отсутствие какого-либо принуждения со стороны, а также его роль как полноправного соучастника на всех стадиях реализации преступного умысла, в том числе при распределении преступных доходов. Кроме того, о вынужденном характере совершения им действий под угрозой применения насилия со стороны Т. Баданов стал утверждать лишь после смерти Т.
Исходя из выводов экспертов, проводивших исследование психического состояния Баданова и Самадова, а также на основе анализа действий осужденных при совершении преступлений, которые являлись умышленными, последовательными и целенаправленными, их поведения в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, у суда не имелось оснований усомниться в их психическом статусе, что обоснованно позволило признать осужденных вменяемыми.
При назначении наказания Баданову и Самадову суд исходил из всех обстоятельств дела, общественной опасности совершенных ими преступлений, данных об их личностях, наличия смягчающих обстоятельств по делу и отсутствия отягчающих, а также влияния назначенного наказания на исправление виновных и условия жизни их семей.
Судом в полной мере учтена роль и степень участия Баданова в причинении смерти И. на что тот обращает внимание в своей жалобе. Его действия в этой части квалифицированы как покушение на убийство, что повлекло применение судом ограничения максимального срока наказания в соответствии с положениями ч. 3 ст. 66 УК РФ.
Все обстоятельства, на которые ссылаются осужденные в своих жалобах, суду первой инстанции были известны. Смягчающие обстоятельства, предусмотренные п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом учтены в полном объеме, что при отсутствии отягчающих позволило суду применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.
В то же время оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкие в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, равно как и для применения положений ст. 64 и ст. 73 УК РФ, судом по делу не установлено, с чем Судебная коллегия соглашается.
Применение осужденным вида и размера наказания судом мотивировано, при определении окончательного наказания Баданову судом правильно применены положения ч. 3 и ч. 5 ст. 69 УК РФ.
Препятствий для назначения Баданову дополнительного наказания в виде ограничения свободы в связи с отсутствием у него регистрации по месту жительства, вопреки доводам адвоката Лунина Д.М., не имеется, поскольку жилое помещение по указанному в приговоре адресу является постоянным его местом жительства и кроме того, по свидетельству самого осужденного, принадлежит ему на праве долевой собственности.
Оснований полагать, что суд не учел какие-либо обстоятельства или данные о личности Баданова и Самадова, которые могли бы дополнительно повлиять на вид и размер назначенного им наказания, не имеется. Признать назначенное осужденным наказание чрезмерно суровыми, вопреки доводам жалоб, оснований нет.
Таким образом, следует признать, что наказание Баданову и Самадову назначено с учетом всех юридически значимых обстоятельств, влияющих на его вид и размер, а потому оно является законным и справедливым.
Вид учреждений, в которых осужденным надлежит отбывать наказание, определен верно.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, и 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Санкт-Петербургского городского от 29 февраля 2016 г. в отношении Баданова А.С. и Самадова Д.Б. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных — без удовлетворения.