Требование: Об оспаривании действий государственного регистратора и возложении обязанности устранить нарушения прав

Обстоятельства: Заявительница ссылается на то, что законных оснований для приостановления государственной регистрации не имелось, потому что брак между нею и бывшем супругом был прекращен.
Решение: Требование удовлетворено частично, так как брак был прекращен, а договор дарения был заключен тогда, когда они супругами, распоряжение общим имуществом которых определялось положениями ст. 35 СК РФ, быть перестали и приобрели статус участников совместной собственности. В этой связи на основании п. п. 2 и 3 ст. 253 ГК РФ требовать представления заявительницей нотариально удостоверенного согласия ее бывшего супруга на распоряжение квартирой государственный регистратор был...

Определение Верховного Суда РФ от 06.07.2016 N 47-КГ16-5

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Хаменкова В.Б.,
судей Зинченко И.Н. и Калининой Л.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по кассационной жалобе Петровой Т.А. на решение Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 31 марта 2015 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 18 июня 2015 года, которыми отказано в удовлетворении ее заявления об оспаривании действий государственного регистратора и возложении обязанности устранить нарушения прав.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зинченко И.Н., Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

15 августа 2002 года между Г. (продавец) и Петровой Т.А. (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <…>. 25 декабря 2014 года между Петровой Т.А. (даритель) и Петровой Е.М. (одаряемая) заключен договор дарения указанной квартиры.
В тот же день, 25 декабря 2014 года, Петрова Т.А. обратилась в Новотроицкий отдел Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру, а Петрова Е.М. — с заявлением о государственной регистрации права собственности на квартиру. К заявлениям Петрова Т.А. приложила договор купли-продажи, свидетельство о государственной регистрации права от 25 января 2010 года и договор дарения, а Петрова Е.М. — договор дарения.
30 декабря 2014 года государственным регистратором Новотроицкого отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области принято решение о приостановлении государственной регистрации до 30 января 2015 года, о чем Петровой Т.А. и Петровой Е.М. направлено уведомление N <…>.
Данное решение принято на том основании, что для государственной регистрации необходимо получить нотариально удостоверенное согласие супруга Петровой Т.А. — Х.
2 февраля 2015 года Петрова Е.М. обратилась в то же учреждение с заявлением о приостановлении государственной регистрации права собственности на квартиру в связи со сбором недостающих документов.
В тот же день, 2 февраля 2015 года, государственным регистратором Новотроицкого отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области принято решение о приостановлении государственной регистрации до 2 мая 2015 года для сбора недостающих документов, о чем Петровой Т.А. и Петровой Е.М. направлено уведомление N <…>.
Не согласившись с таким решением о приостановлении государственной регистрации, Петрова Т.А. обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать незаконными действия государственного регистратора, выраженные в приостановлении государственной регистрации права собственности на квартиру и перехода права собственности на квартиру, а также возложить на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области обязанность произвести государственную регистрацию права собственности на квартиру и перехода права собственности на квартиру.
В обоснование заявленных требований заявитель ссылалась на то, что законных оснований для приостановления государственной регистрации не имелось, потому что брак между нею и Х. был прекращен 20 ноября 2006 года, поэтому согласие бывшего супруга не требуется.
Решением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 31 марта 2015 года в удовлетворении заявления отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 18 июня 2015 года данное решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе Петрова Т.А. просит отменить указанные судебные акты и принять по административному делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 10 мая 2016 года кассационная жалоба с административным делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к следующему.
Основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке в силу статьи 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход административного дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие существенные нарушения норм материального права при рассмотрении и разрешении настоящего дела допущены судами первой и апелляционной инстанций.
Отказывая в удовлетворении требований Петровой Т.А., суды согласились с мнением государственного регистратора, изложенным в оспариваемом решении о приостановлении государственной регистрации, о необходимости получения нотариально удостоверенного согласия супруга на распоряжение квартирой, поскольку на момент ее приобретения заявитель состояла в браке с Х. квартира приобреталась на их денежные средства, является их общим имуществом, не разделена, режим совместной собственности супругов в отношении этой квартиры не изменен.
Однако с доводами судов согласиться нельзя, так как они основаны на неверном толковании норм материального права.
В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 16 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" к заявлению о государственной регистрации прав должны быть приложены документы, необходимые для ее проведения.
Договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества являются основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним (абзац третий пункта 1 статьи 17 указанного Федерального закона).
Согласно абзацу одиннадцатому пункта 1 статьи 17 этого же Федерального закона правовая экспертиза представленных на государственную регистрацию прав правоустанавливающих документов, в том числе проверка законности сделки (за исключением нотариально удостоверенной сделки), проводится органом, осуществляющим государственную регистрацию прав, на предмет установления отсутствия предусмотренных настоящим Федеральным законом оснований для отказа в государственной регистрации прав.
В силу абзаца первого пункта 2 статьи 17 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" истребование у заявителя дополнительных документов, за исключением предусмотренных настоящим Федеральным законом, если представленные им документы отвечают требованиям статьи 18 настоящего Федерального закона и если иное не установлено законодательством Российской Федерации, не допускается.
Представление на государственную регистрацию прав документов, по форме и содержанию не соответствующих требованиям действующего законодательства, а также непредставление документов, необходимых в соответствии с настоящим Федеральным законом для государственной регистрации прав, в случаях, если обязанность по представлению таких документов возложена на заявителя, являются основаниями для отказа в государственной регистрации прав (абзацы четвертый и десятый пункта 1 статьи 20 указанного Федерального закона).
Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 19 этого же Федерального закона государственная регистрация прав приостанавливается государственным регистратором при возникновении у него сомнений в наличии оснований для государственной регистрации прав, в подлинности представленных документов или достоверности указанных в них сведений. Государственный регистратор обязан принять необходимые меры по получению дополнительных документов и (или) сведений и (или) подтверждению подлинности документов, достоверности указанных в них сведений. Заявитель (заявители) вправе представить дополнительные доказательства наличия у них оснований для государственной регистрации прав, а также подлинности документов и достоверности содержащихся в них сведений.
Приостанавливая государственную регистрацию права собственности на квартиру по адресу: <…> и перехода права собственности на нее, государственный регистратор руководствовался пунктом 1 статьи 19, абзацами четвертым, десятым пункта 1 статьи 20 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и абзацем первым пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации.
В соответствии с абзацем первым пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в день обращения Петровой Т.А. и Петровой Е.М. с заявлениями о государственной регистрации) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Вместе с тем статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации закреплено, что семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.
Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между супругами. Отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимся к членам семьи, семейное законодательство не регулирует.
В силу пунктов 2 и 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.
Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.
Как видно из материалов дела и установлено судом при его рассмотрении и разрешении, брак между Петровой Т.А. и Х. был прекращен 20 ноября 2006 года, а договор дарения между Петровой Т.А. (даритель) и Петровой Е.М. (одаряемая) был заключен 25 декабря 2014 года, то есть тогда, когда Петрова Т.А. и Х. супругами, распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, быть перестали и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.
В этой связи, исходя из пунктов 2 и 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, требовать представления Петровой Т.А. нотариально удостоверенного согласия ее бывшего супруга Х. на распоряжение квартирой государственной регистратор был не вправе.
При таких обстоятельствах оспариваемые решение, действия государственного регистратора являются незаконными и подлежат отмене.
Требования Петровой Т.А. о возложении обязанности произвести государственную регистрацию Судебная коллегия считает не подлежащими удовлетворению, поскольку сведений о принятии решения об отказе в государственной регистрации заявителем не представлено.
На основании изложенного, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 329 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 31 марта 2015 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 18 июня 2015 года отменить.
Принять по административному делу новое решение, которым заявление Петровой Т.А. удовлетворить частично.
Решение (действия) государственного регистратора Новотроицкого отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области о приостановлении государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: Оренбургская область, город Новотроицк, проспект Металлургов, дом 21, квартира 50, а также о приостановлении государственной регистрации перехода права собственности на указанную квартиру признать незаконным и отменить.
В удовлетворении заявления Петровой Т.А. в остальной части отказать.