Обобщение практики рассмотрения Вторым арбитражным апелляционным судом споров, связанных с исполнением кредитных (заемных) обязательств

Одобрено Постановлением Президиума Второго арбитражного апелляционного суда от 21 сентября 2010 г. N 3.10 (п. 1)

ОБОБЩЕНИЕ ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ВТОРЫМ АРБИТРАЖНЫМ АПЕЛЛЯЦИОННЫМ СУДОМ СПОРОВ, СВЯЗАННЫХ С ИСПОЛНЕНИЕМ КРЕДИТНЫХ (ЗАЕМНЫХ) ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Во исполнение Плана работы Второго арбитражного апелляционного суда на 1 полугодие 2010 года судебной коллегией по рассмотрению споров, возникающих из гражданских дел, обобщена практика разрешения дел, связанных с исполнением кредитных (заемных) обязательств.
1. Производство по заявлению о признании сделки недействительной прекращено, т. к. спор с участием гражданина, зарегистрированного в качестве предпринимателя, возник не в связи с его предпринимательской деятельностью.
Истец (гражданин, должник по кредитному договору) обратился с иском к банку о признании ничтожными договоров о предоставлении и обслуживании пластиковой карты.
Суд первой инстанции своим определением прекратил производство по делу в связи с неподведомственностью спора арбитражному суду. Апелляционный суд с выводами суда согласился.
Предметом иска являлось признание недействительными договоров о предоставлении и обслуживании пластиковой карты. Оспариваемые договоры были заключены на основании соответствующих заявлений истца, сделанных в рамках кредитных договоров, заключенных с тем же банком. Из условий кредитных договоров следовало, что они заключены истцом как физическим лицом для потребительских нужд (приобретение бытовой техники). Каких-либо иных сведений, что открытие счета для произведения расчетов с использованием карт связано с осуществлением предпринимательской деятельности, данные заявления не содержат.
По правилам части 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) к экономическим спорам относятся споры, возникающие в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Обращаясь с иском в арбитражный суд, истцы должны доказать, что заключение оспариваемых договоров связано с осуществлением ими предпринимательской деятельности.
В данном случае истец действительно зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, однако он не доказал наличие взаимосвязи между заключением оспариваемых договоров и осуществлением предпринимательской деятельности.
При таких обстоятельствах вывод суда о неподведомственности данного дела арбитражному суду является правомерным (по материалам дела N А28-1242/08-46/28).
2. Отсутствие в договоре займа сведений о регистрации его стороны (сторон) в качестве индивидуального предпринимателя само по себе не препятствует рассмотрению в арбитражном суде спора, возникшего из такого договора.
Истец (предприниматель) обратился с иском о взыскании с ответчика (предпринимателя) долга по договору займа.
Решением суда первой инстанции иск был удовлетворен. Ответчик, обжалуя судебный акт, ссылался на неподведомственность дела арбитражному суду ввиду того, что отсутствуют доказательства предоставления денежных средств в связи с предпринимательской деятельностью сторон.
Апелляционный суд доводы заявителя отклонил по следующим причинам.
Суд установил, что истец и ответчик зарегистрированы в качестве предпринимателей в установленном порядке (ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ)). При наличии такого статуса у обеих сторон апелляционный суд решил, что отсутствие в договоре займа ссылки на наличие у заключивших его сторон статуса индивидуального предпринимателя само по себе не может являться обстоятельством, свидетельствующим о предоставлении займа вне рамок предпринимательской деятельности истца и ответчика.
Кроме того, ответчик, надлежащим образом извещенный о судебных заседаниях, не приводил суду первой инстанции доводов об отсутствии между сторонами предпринимательских отношений (по материалам дела N А28-989/08-37/28)
3. Поскольку ставка процентов по кредиту не отличалась существенно от средней ставки кредитования других клиентов того же банка, оснований для признания кредитного договора кабальным для должника не имеется.
Общество обратилось с иском о признании кредитного договора недействительным на основании статьи 179 (пункт 1) ГК РФ как кабальной сделки ввиду установления крайне невыгодных условий — в части ставки процента по кредиту.
Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении исковых требований отказано. Суды исходили при этом из следующего.
По смыслу пункта 1 статьи 179 ГК РФ, для признания кабальной сделка должна отвечать совокупности следующих признаков: сделка совершена потерпевшим лицом, во-первых, на крайне невыгодных для себя условиях, во-вторых, совершена вынужденно — вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. При этом в названной норме Кодекса говорится не об одном тяжелом обстоятельстве, а о стечении тяжелых обстоятельств, под воздействием которых лицо совершило сделку, и не о простой невыгодности совершенной сделки, а о сделке, заключенной на крайне невыгодных условиях.
Исходя из представленной ответчиком (банком) распечатки кредитов, выданных клиентам в спорный период (когда была совершена сделка с истцом), и анализа условий кредитования юридических лиц и предпринимателей в банках — конкурентах за тот же период, суд первой инстанции установил, что выдача кредита обществу производилась по средним ставкам кредитования банком за тот период, данные процентные ставки по кредитам не превышали ставки других банков, осуществляющих кредитование в регионе.
Таким образом, истец не представил доказательств того, что его волеизъявление при подписании кредитного договора не соответствовало его намерениям, и банк воспользовался тяжелой ситуацией, в которой находился истец.
(по материалам дела N А28-12460/2009-403/9).
4. Представление при заключении кредитного договора заведомо ложных сведений о финансовом состоянии заемщика не признано доказательством ничтожности договора как сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам нравственности и правопорядка.
Общество, выступившее поручителем за заемщика по кредитному договору, обратилось с иском в арбитражный суд к банку и заемщику о признании договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20.09.2005 недействительным на основании положений статьи 169 ГК РФ.
Как полагал истец, кредитный договор является ничтожной сделкой в силу статьи 169 ГК РФ, как совершенный с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности. В обоснование своих доводов истец ссылался на то, что спорная сделка нарушает требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, поскольку действия исполнительного органа заемщика нарушают установленный порядок в сфере экономики и образуют состав преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации, а именно: представление банку при заключении договора заведомо ложных сведений о финансовом положении заемщика. В подтверждение доводов истец представил приговор районного суда, которым руководитель заемщика был осужден по ст. 176 и 201 УК РФ.
Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении исковых требований отказано. Суды исходили при этом из следующего.
В силу положений статьи 169 ГК РФ ничтожными являются сделки, совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности при наличии такого умысла у обеих сторон либо у одной из сторон.
Вместе с тем, из приговора районного суда не усматривалось, что судом общей юрисдикции установлена недействительность кредитного договора. Приговором суда установлено, что осужденный гражданин, являясь единственным учредителем и руководителем заемщика, умышленно, незаконно, в целях получения целевого кредита предоставил банку заведомо ложные сведения о хозяйственном положении общества, причинив банку крупный ущерб. Однако указанные обстоятельства не свидетельствуют об антисоциальной направленности сделки — кредитного договора.
Судами также было учтено, что от имени заемщика договор заключен уполномоченным лицом, а риск неблагоприятных последствий от недобросовестных действий своего единоличного органа несет соответствующее юридическое лицо, а не добросовестный контрагент (по материалам дела N А29-7324/2008).
5. Унитарные предприятия не вправе осуществлять заимствование иначе как на основании предусмотренных законом сделок и в установленном законом порядке.
Прокурор обратился с иском к обществу (займодавец) и муниципальному предприятию (заемщик) о признании недействительным договора займа, заключенного между ответчиками с нарушением требований статей 113, 167, 168 ГК РФ, статей 23, 24 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее — Закон). Суды удовлетворили иск, указав следующее.
Между ответчиками был заключен договор займа, согласно которому займодавец передает, а заемщик принимает в собственность денежные средства с уплатой процентов за пользование займом.
По правилам статьи 24 Закона заимствования унитарными предприятиями осуществляются только в формах, предусмотренных данным Законом. В качестве таких форм могут выступать: заключение кредитного договора с банком или иной кредитной организацией по правилам; получение бюджетных кредитов по правилам бюджетного законодательства; выдача унитарным предприятием векселя; выпуск облигаций. Пунктом 2 указанной статьи установлено, что унитарное предприятие вправе осуществлять заимствования только по согласованию с собственником имущества унитарного предприятия объема и направлений использования привлекаемых средств. При этом порядок осуществления заимствований унитарными предприятиями определяется собственником имущества предприятия.
Статья 819 Кодекса предусматривает, что по кредитному договору в качестве кредитора могут выступать лишь банк и иная кредитная организация.
Анализ спорного договора займа показал, что договор заключен не с банком или иной кредитной организацией, отсутствует разрешение собственника имущества муниципального предприятия на заключение договора займа.
Согласно статье 168 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Поскольку нарушение при совершении спорного договора требований статьи 24 Закона доказано, иск прокурора признан подлежащим удовлетворению (по материалам дела N А28-8338/2007-221/22).
6. Договор, предусматривавший передачу в качестве займа простого векселя третьего лица, признан основанием возникновения денежного обязательства по уплате должником обусловленной договором суммы. Оснований для признания такого договора ничтожной сделкой не имеется.
Между обществом и гражданином был заключен договор займа, по условиям которого займодавец (гражданин) предоставляет заемщику (общество) в целях финансовой стабилизации последнего беспроцентный заем. Стороны договора установили, что заем предоставляется путем передачи векселей третьих лиц. В подтверждение исполнения договора займа был составлен акт приема-передачи векселя. На оборотной стороне векселя займодавец совершил бланковый индоссамент.
По истечении согласованного договором срока займодавец обращался к обществу с претензией о погашении долга, а впоследствии уступил спорное право фирме по договору уступки права (требования), о чем письменно уведомил должника. Отказ в погашении долга новому кредитору (фирме) послужил причиной обращения в арбитражный суд с иском к обществу с требованием о взыскании долга и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Возражая против удовлетворения иска, общество считает, что вексель по своей природе не может являться эквивалентом суммы займа, денежные средства по договору займа не передавались, вексель был оплачен не ответчику, а иному векселедержателю.
Суды отклонили возражения ответчика и удовлетворили иск по следующим причинам.
Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.
В данном случае факт передачи векселя подтверждался документально. Наличие каких-либо дефектов формы данного векселя, влекущих утрату им силы векселя, не усматривалось. Реальность передачи ответчику прав по векселю подтверждалась соответствующей передаточной надписью (индоссаментом), совершенной законным векселедержателем. Впоследствии ответчик распорядился данным векселем, передав его в счет исполнения своих обязательств по акту приема-передачи другому лицу, которое предъявило его к оплате векселедателю. Таким образом, на стороне ответчика возникло денежное обязательство по уплате гражданину (первоначальному займодавцу) в счет возврата займа, предоставленного ответчику на основании договора займа путем передачи простого векселя банка. Возникшее из указанного договора займа право требования могло являться предметом по заключенному с истцом договору уступки прав (цессии).
При таких обстоятельствах суды, сославшись на правила о свободе договора (статья 421 ГК РФ), не усмотрели правовых основания для признания договора займа недействительной сделкой (статья 168 ГК РФ) либо признания его незаключенным (абзац второй пункта 1 статьи 807 ГК РФ) и для отказа в связи с этим в иске по мотиву передачи в качестве займа векселя банка, а не денежных средств и удовлетворили иск (по материалам дела N А17-684/2-2007).
В другом случае суды, оценив условия договора займа, предусматривавшего предоставление займа путем передачи простых векселей банка с условием возврата заемщиком (ответчиком) суммы, равной номинальной стоимости векселей, пришли к выводу, что данный договор прикрывает сделку купли-продажи простых векселей.
Суды исходили из того, что предметом договора займа, по смыслу статьи 807 ГК РФ, могут выступать лишь вещи, определяемые родовыми признаками. Однако простой вексель, учитывая положения статьи 75 Положения о переводном и простом векселе, введенного в действие постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 N 104/1341, относится к индивидуально определенным вещам, поскольку он должен содержать определенные реквизиты.
Вместе с тем, применив нормы статьи 421 Кодекса о свободе договора и исследовав условия заключенного между сторонами договора суды посчитали, что стороны заключили договор купли-продажи векселей с отсрочкой платежа. При этом не имеет значения то, что наименование договора как договора займа и наименование сторон по нему как заимодавца и заемщика остались неизменными, поскольку при оценке правовой природы договора суд должен исходить из существа обязательства. Договор содержит все существенные условия для договора купли-продажи с отсрочкой платежа, а именно: предмет договора, наименование и количество товара, цену товара, порядок, размеры и сроки платежей, установленные в акте приема-передачи векселей.
Иск удовлетворен со ссылкой на статью 488 ГК РФ (по материалам дела N А28-10660/07-409/9).
7. В отсутствие в платежном документе сведений о перечислении займодавцем денежных средств по договору займа факт заключения договора займа может быть установлен из совокупности всех материалов дела.
Партнерство обратилось с иском к обществу о взыскании долга и неустойки, возникших из договора займа, заключенного между сторонами.
Общество против удовлетворения иска возражало, ссылаясь на то, что отсутствуют доказательства передачи ему денежных средств на условиях договора займа.
Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены. При этом суды исходили из следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
Истец и ответчик подписали договор займа, по условиям которого предусматривалось предоставление целевого займа для оплаты страхового взноса по договору страхования урожая. Истец на основании письма ответчика платежным поручением перечислил сумму займа на указанный ответчиком расчетный счет третьего лица с указанием в назначении платежа "страховой взнос по договору страхования урожая за общество" (ответчика-Заемщика). Данный платеж был принят третьим лицом и зачтен в счет обязательства общества.
При таких обстоятельствах суды признали доказанным факт предоставления займа, в связи с чем взыскали сумму долга и начисленную на условиях договора займа неустойку.
В другом случае истец по иску о взыскании начисленных на основании договора займа процентов за пользование суммой займа в обоснование заявленного требования представил подписанный обеими сторонами договор займа и платежное поручение о перечислении денежных средств (в сумме, указанной в договоре займа), а также кассовые документы об уплате ответчиком суммы основного долга.
Суд установил, что в платежном поручении указывалось назначение платежа "по договору за ягоды". В качестве основания уплаты денежных средств в приходных кассовых ордерах указывалось на "возврат сумм по договору". Иных доказательств относимости перечисленных ответчику денежных средств к подписанному договору займа либо последующей новации иного обязательства в заемное в порядке статьи 818 ГК РФ истец не представил.
Учитывая изложенное суд посчитал недоказанным заключение договора займа и в удовлетворении иска о взыскании процентов по такому договору отказал (по материалам дела N А31-4067/2009).
8. Нахождение во владении у кредитора по обеспеченному залогом кредитному обязательству заложенного имущества само по себе не свидетельствует о прекращении кредитного обязательства.
Кредитор (банк) обратился с иском о взыскании с заемщика (предпринимателя) и поручителя в солидарном порядке задолженности по кредиту, процентов по кредиту, повышенных процентов, начисленных на сумму просроченной задолженности.
Оспаривая требования истца, ответчики ссылались на отсутствие правовых оснований для начисления повышенных процентов, а также на заключение в обеспечение спорного обязательства договора залога, предмет залога по которому находится во владении банка.
Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены с применением в части требования о взыскании повышенных процентов статьи 333 ГК РФ.
Согласно части 1 статьи 811 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 ГК РФ.
В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 14 от 08.10.1998 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" в тех случаях, когда в договоре займа либо в кредитном договоре установлено увеличение размера процентов в связи с просрочкой уплаты долга, размер ставки, на которую увеличена плата за пользование займом, следует считать иным размером процентов, установленных договором в соответствии с пунктом 1 статьи 395 Кодекса.
В данном случае по условиям кредитного договора проценты в увеличенном размере начисляются на сумму просроченной задолженности по кредиту и процентам в случае их непогашения в установленные настоящим договором сроки.
При отсутствии доказательств надлежащего исполнения заемщиком либо поручителем обязательств из кредитного договора суды признали иск подлежащим удовлетворению в заявленном размере.
Ссылка ответчика на исполнение спорных обязательств ввиду владения банком заложенным имуществом отклонена, т. к. по смыслу пункта 1 статьи 348 ГК РФ исполнение кредитного обязательства за счет заложенного имущества возможно путем обращения взыскания на такое имущество (в судебном либо внесудебном порядке), которое в данном случае не производилось (по материалам дела N А82-7554/2009-43).
9. Суды признали одностороннее изменение кредитором ставки процента по кредиту правомерным, т. к. кредитный договор предусматривал такое право в связи с изменением ставки рефинансирования ЦБ РФ, и ставка рефинансирования после заключения договора увеличилась.
Общество обратилось в арбитражный суд с иском к банку о признании недействительным одностороннего изменения условий кредитного договора в части ставки процента по кредиту направленным в адрес истца уведомлением, поскольку у банка отсутствовали правовые основания для увеличения процентной ставки по кредиту.
Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении исковых требований отказано. При этом суды исходили из следующего.
В соответствии со статьей 809 ГК РФ, если иное не установлено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. Возможность одностороннего изменения кредитным учреждением процентной ставки по кредиту в случае, если это предусмотрено договором, следует из статьи 29 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности".
Стороны в условиях кредитного договора согласовали порядок одностороннего изменения банком процентной ставки по кредиту в связи с изменением размера ставки рефинансирования. Суды установили, что на момент заключения кредитного договора ставка рефинансирования была установлена в размере 10,5% годовых, в то время как на момент извещения истца об изменении процентной ставки по кредиту ставка рефинансирования составила 12,5% годовых. При таких обстоятельствах суды признали, что одностороннее изменение (увеличение) процентной ставки по кредиту произведено банком при наличии предусмотренного договором права и оснований.
Суды отклонили довод ответчика об отсутствии у банка права на изменение договора в одностороннем порядке ввиду того, что на момент направления уведомления ставка рефинансирования снизилась с 13 до 12%. По мнению судебных инстанций, для оценки правомерности действий банка как стороны договора существенное значение имеет изменение ставки рефинансирования по сравнению с ее значением на дату заключения кредитного договора (по материалам дела N А29-3792/2009).

Судья Т.Е.ПУРТОВА

Помощник судьи Н.В.МЕЛЬНИКОВА