По делу обжалуется жалоба заявителя на то, что он принуждался к работе в рамках наказания, достигнув при этом пенсионного возраста. По делу не допущено нарушений статьи 4 Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Информация о Постановлении ЕСПЧ от 09.02.2016 по делу "Мейер (Meier) против Швейцарии" (жалоба N 10109/14)

[неофициальный перевод]

Мейер против Швейцарии (Meier v. Switzerland) (N 10109/14)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 9 февраля 2016 года (вынесено III Секцией)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Заявитель был приговорен к лишению свободы. Он подал ходатайство об освобождении от работы, которую был обязан выполнять в тюрьме (раскраска изображений мандалы, уборка камеры, изготовление скульптур), в котором ему было отказано. В мае 2012 года к нему был применен более строгий режим заключения, он был лишен возможности покидать камеру, и у него забрали телевизор и компьютер на 14 дней в связи с отказом работать. Это решение впоследствии было отменено.
Заявитель жаловался в Европейский Суд на то, что он принуждался к работе в рамках наказания и мер, достигнув при этом пенсионного возраста.

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения статьи 4 Конвенции. Вопрос об обязанности работать в тюрьме по достижении пенсионного возраста встает перед Европейским Судом в первый раз. Если заявитель отказывается выполнять работу, которая была ему назначена, он становится виновным в неподчинении и должен испытывать на себе последствия, такие как назначение более строгого тюремного режима и лишение возможности пользоваться телевизором и компьютером в течение 14 дней. Даже если вышеуказанное решение впоследствии было отменено, санкция кажется достаточно суровой. В любом случае, принимая определение принудительного или обязательного труда Конвенции N 29 Международной организации труда (МОТ) как отправную точку для толкования пункта 2 статьи 4 Конвенции, нет сомнений, что заявитель выполнял работу "под угрозой какого бы то ни было наказания, и на которую (он) бы не дал согласия добровольно".
Остается открытым вопрос о том, была ли работа, которую выполнял заявитель, работой, которую обычно должно выполнять лицо, находящееся в заключении согласно положениям статьи 5 Конвенции. Данный вопрос будет исследован в свете цели принудительного труда, его характера, продолжительности и способов выполнения.
Можно считать, что обязанность заключенных продолжать работать даже после возраста выхода на пенсию совместима с целью снижения вредного воздействия заключения. Адекватная и разумная работа может способствовать организации повседневной жизни и поддерживать правильную активность, что является важными составляющими благополучия заключенных на длительный срок. Что касается характера работы, выполняемой заключенными пенсионного возраста, обязанность не применяется ко всем заключенным в равной мере, но адаптируется в соответствии с обстоятельствами к их возможностям и, прежде всего, к их способности работать и состоянию их здоровья.
Кроме того, лицам с расстройствами психики должна поручаться только легкая работа, как правило, меньшей интенсивности. В случае нетрудоспособности, подтвержденной врачом, заключенный освобождается от этой обязанности.
Что касается конкретной ситуации заявителя, его работа представляется соответствующей этим правилам, поскольку от него требовалось только участие в контролируемых работах, включая раскрашивание изображений мандалы, уборку камеры или изготовление скульптур из плавникового леса. Эти работы в полной мере соответствовали его возрасту и физическим способностям. Кроме того, заявитель работал только около трех часов в день. Он входил вместе с другими заключенными, которые достигли пенсионного возраста, в "подразделение иждивенцев и пенсионеров" и получал плату за свою работу.
Кроме того, в отсутствие достаточного консенсуса между государствами-участниками в части обязанности заключенных работать после достижения пенсионного возраста внутригосударственные власти имеют значительную свободу усмотрения. Правило N 105.2 Европейских пенитенциарных правил не должно толковаться как полностью запрещающее государствам-участникам требовать от заключенных пенсионного возраста работать. Следовательно, работа, выполняемая заявителем во время заключения, включая работу, выполняемую по достижении пенсионного возраста, может рассматриваться как "работа, которую обычно должно выполнять лицо, находящееся в заключении" по смыслу подпункта "a" пункта 3 статьи 4 Конвенции, и не является "принудительным или обязательным трудом". Принимая во внимание вышеизложенное и тот факт, что заявитель не жалуется на организацию выполнения порученной ему работы, требования статьи 4 Конвенции по делу нарушены не были.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу требования статьи 4 Конвенции нарушены не были (вынесено единогласно).