Дело "Поломошнов (Polomoshnov) против Российской Федерации" (жалоба N 33655/04) По делу обжалуется чрезмерная длительность судебного разбирательства, незаконное заключение под стражу и незаконное осуждение. По делу нарушены требования пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Постановление ЕСПЧ от 21.10.2010

[неофициальный перевод] *

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО "ПОЛОМОШНОВ (POLOMOSHNOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" * (Жалоба N 33655/04)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

(Страсбург, 21 октября 2010 года)

———————————
* Перевод с английского к.ю.н. Н.В. Прусаковой.

По делу "Поломошнов против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Комитетом в составе:
Нины Ваич, Председателя Комитета,
Анатолия Ковлера,
Дина Шпильманна, судей,
а также при участии Андре Вампаша, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 30 сентября 2010 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано жалобой (N 33655/04), поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Виктором Владимировичем Поломошновым (далее — заявитель) 9 августа 2004 г.
2. Власти Российской Федерации были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека В.В. Милинчук.
3. 26 марта 2007 г. председатель Первой Секции коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Конвенции с изменениями, внесенными Протоколом N 14 к Конвенции, жалобы были переданы на рассмотрение Комитета, состоящего из трех судей. В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Конвенции было также решено рассмотреть жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

Факты

Обстоятельства дела

4. Заявитель родился в 1973 году и проживает в г. Бийске Алтайского края.
5. 2 марта 1995 г. заявитель и другие лица были арестованы по подозрению в причинении тяжкого вреда здоровью Б., повлекшего смерть потерпевшего. Все они были заключены под стражу.
6. 9 июня 1995 г. уголовное дело, возбужденное против заявителя, К. и С., было направлено на рассмотрение в Приобский районный суд Алтайского края (далее — районный суд).
7. До 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении Российской Федерации, судебные слушания переносились несколько раз на время проведения психиатрической экспертизы в отношении С. и К., для обеспечения явки свидетелей и потерпевшего, а также из-за неявки защитников и занятости судьи в других делах. Дело также передавалось для проведения расследования в прокуратуру. 5 декабря 1997 г. Алтайский краевой суд (далее — краевой суд) потребовал от председателя районного суда обеспечить соблюдение процессуальных сроков рассмотрения дела.
8. В период с 25 мая по 4 июня 1998 г. краевой суд регулярно проводил слушания по делу. В последний день указанного периода заявитель был освобожден из-под стражи под подписку о невыезде.
9. В 1998 и 1999 годах были назначены еще два слушания, которые не состоялись из-за неявки представителя С. и болезни К. В конце 1999 года дело было передано судье Д.
10. Письмом от 22 ноября 1999 г. краевой суд сообщил матери заявителя, что рассмотрение дела задерживается в связи с перегруженностью суда.
11. 24 января 2000 г. слушания были перенесены на 14 августа 2000 г. из-за неявки свидетелей.
12. 11 апреля 2000 г. дело поступило прокурору для устранения нарушений, допущенных в ходе расследования. По возвращении дела суд провел два слушания в августе 2000 года и приостановил производство по делу для проведения дополнительной психиатрической экспертизы в отношении С.
13. После возобновления производства по делу слушание было назначено на 5 февраля 2001 г. Однако оно не состоялось, поскольку К., который отбывал наказание за пределами города, не был доставлен в суд.
14. 22 февраля 2001 г. дело было вновь возвращено прокурору для устранения допущенных процессуальных нарушений. По возвращении дела судебные слушания проходили регулярно в период с 13 по 20 августа 2001 г.
15. 20 августа 2001 г. районный суд вынес в отношении заявителя оправдательный приговор.
16. 4 октября 2001 г. краевой суд отменил приговор нижестоящего суда по процессуальным основаниям и направил дело на новое рассмотрение.
17. 2 ноября 2001 г. суд перенес слушания для производства еще одной психиатрической экспертизы в отношении С., сославшись на значительный период времени, который прошел с момента предыдущего обследования и приняв во внимание имеющиеся в отношении его медицинские данные. После возобновления производства по делу два слушания были перенесены из-за того, что материалы уголовного дела не были возвращены в суд медицинским учреждением, а также из-за неявки защитника заявителя.
18. 17 января 2002 г. районный суд вынес новый оправдательный приговор в отношении заявителя.
19. 21 марта 2002 г. краевой суд отменил приговор нижестоящего суда, указав, что районный суд не учел ряд свидетельских показаний. Потребовалось проведение нового слушания.
20. 22 апреля 2002 г. слушание было перенесено из-за болезни К. 20 мая 2002 г. дело было возвращено прокурору без указания причин.
21. 8 августа 2002 г. суд приостановил производство по делу до выздоровления С.
22. 15 октября 2002 г. суд назначил новую психиатрическую экспертизу в отношении С. в связи с установлением нового диагноза. После возобновления производства по делу были назначены два слушания, которые не состоялись из-за того, что материалы уголовного дела не были возвращены в суд медицинским учреждением, а также из-за болезни С.
23. В период между 14 и 18 марта 2003 г. судебные слушания проходили регулярно. 18 марта 2003 г. районный суд назначил новую психиатрическую экспертизу в отношении С. в связи с противоречивостью предыдущих результатов и перенес слушания.
24. Дело рассматривалось в период с 19 по 25 августа 2003 года. 27 августа 2003 г. слушание было перенесено из-за болезни представителя С. 5 сентября и 7 октября 2003 г. дело было возвращено прокурору для устранения нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения.
25. 11 декабря 2003 г. районный суд признал заявителя и иных лиц, обвинявшихся по тому же уголовному делу, виновными в причинении тяжкого вреда здоровью Б. Заявитель был приговорен к семи годам лишения свободы и взят под стражу.
26. 12 февраля 2004 г. краевой суд оставил приговор нижестоящего суда без изменений.

Право

I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции

27. Заявитель жаловался на то, что длительность производства по его уголовному делу была несовместима с требованием о разумном сроке, предусмотренным пунктом 1 статьи 6 Конвенции, соответствующие положения которого гласят:
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях… имеет право на… разбирательство дела в разумный срок… судом…".

A. Приемлемость жалобы

28. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба должна быть отклонена как неприемлемая в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции. Они не конкретизировали свои доводы.
29. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Жалоба не является неприемлемой и по каким-либо иным основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо жалобы

30. Власти Российской Федерации признали, что производство по уголовному делу, которое имело место до 23 января 2001 г., не отвечало требованию о разумном сроке, установленному статьей 6 Конвенции. В то же время они настаивали на том, что длительность судебного разбирательства была оправдана рядом факторов, а именно: сложностью дела, неоднократным возвращением дела прокурору и неоднократным назначением психиатрических экспертиз в отношении С., болезнью обвиняемых и нахождением К. за пределами города. Они далее утверждали, что задержки не оказывали негативного влияния на заявителя, поскольку он не находился под стражей.
31. Заявитель поддержал свою жалобу.
32. Европейский Суд установил, что производство по уголовному делу, возбужденному в отношении заявителя, длилось со 2 марта 1995 г. по 12 февраля 2004 г., включая стадии расследования и судебного разбирательства; в течение этого времени дело было трижды рассмотрено судами обеих инстанций. Учитывая, что Конвенция в отношении Российской Федерации вступила в силу 5 мая 1998 г., общая длительность судебного разбирательства, подлежащая рассмотрению, составила примерно пять лет и девять месяцев.
33. Европейский Суд напоминает, что разумность длительности судебного разбирательства должна оцениваться с учетом обстоятельств дела на основании следующих критериев: сложности дела, действий заявителя и властей государства-ответчика (см. среди многих прочих Постановление Большой Палаты по делу "Пелиссье и Сасси против Франции" (Pelissier and Sassi v. France), жалоба N 25444/94, § 67).
34. Европейский Суд допускает, что уголовное дело заявителя было достаточно сложным, возбуждено в отношении троих обвиняемых и касалось обвинения в тяжком преступлении. Однако он не может согласиться с тем, что дело было настолько сложным само по себе, что это может оправдать общую длительность производства по нему (см. среди прочих Решение Европейского Суда от 3 ноября 2005 г. по делу "Антонов против Российской Федерации" (Antonov v. Russia), жалоба N 38020/03).
35. Что касается действий заявителя, то Европейский Суд не выявил никаких задержек, произошедших по его вине.
36. Что касается действий властей Российской Федерации, Европейский Суд прежде всего отмечает, что при оценке разумности срока производства по делу, которое завершилось после вступления Конвенции в силу в отношении России, принимается во внимание состояние производства на этот момент (см. Постановление Европейского Суда от 4 декабря 2008 г. по делу "Белашев против Российской Федерации" (Belashev v. Russia), жалоба N 28617/03, § 68). В этой связи Европейский Суд напоминает, что по состоянию на 5 мая 1998 г. рассмотрение уголовного дела судом длилось уже более трех лет, на что указывал вышестоящий суд (см. § 7 настоящего Постановления).
37. В отношении периода времени после 5 мая 1998 г. Европейский Суд установил, что значительную часть длительности судебного разбирательства составляли неоднократные возвращения уголовного дела прокурору и проведение четырех психиатрических экспертиз в отношении одного из обвиняемых. В то время как Европейский Суд не уполномочен оценивать необходимость этих действий, он напоминает, что их необходимость была вызвана допущенными нарушениями при проведении расследования, а также значительными периодами простоя, в силу которых результаты обследования теряли свою актуальность. Европейский Суд также установил, что дважды слушания переносились из-за того, что государственное медицинское учреждение вовремя не возвращало материалы уголовного дела в суд и один раз из-за невозможности доставить в суд одного из обвиняемых. Принимая далее во внимание значительные временные промежутки между слушаниями, Европейский Суд приходит к выводу, что власти Российской Федерации не проявили должного усердия в отношении уголовного дела заявителя и не рассмотрели его быстро.
38. Европейский Суд учитывает тот факт, что власти Российской Федерации признали длительность производства до вынесения первого приговора суда чрезмерной, однако он полагает, что последующее судебное разбирательство также не было достаточно быстрым, чтобы компенсировать допущенные ранее нарушения.
39. В связи с тем, что различные задержки произошли по вине российских властей, Европейский Суд приходит к выводу, что длительность судебного разбирательства по уголовному делу, возбужденному в отношении заявителя, не отвечает требованию о разумном сроке.
40. Таким образом, в этой части жалобы имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

II. Другие предполагаемые нарушения Конвенции

41. Заявитель, ссылаясь на статью 3 Конвенции, жаловался на то, что его предварительное заключение под стражу, применение меры пресечения в качестве подписки о невыезде, а также незаконное осуждение являются бесчеловечным обращением; ссылаясь на подпункт "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции, заявитель также жаловался на то, что у него не было возможности ознакомиться с документами по медицинскому освидетельствованию потерпевшего; ссылаясь на статьи 7, 17 и 53 Конвенции, заявитель утверждал, что показания свидетелей были получены под давлением сотрудников милиции, и он был осужден без достаточных доказательств его вины.
42. Принимая во внимание все имеющиеся в его распоряжении материалы, и в той части, в которой данные жалобы подпадают под его компетенцию, Европейский Суд приходит к выводу, что отсутствуют признаки нарушения прав и свобод, установленных указанными положениями Конвенции. Следовательно, в этой части жалоба заявителя должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

III. Применение статьи 41 Конвенции

43. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
44. Заявитель требовал в общей сложности 194 397 рублей (примерно 4 913 евро) в качестве компенсации материального ущерба.
45. Власти Российской Федерации оспаривали эти требования как не относящиеся к делу и необоснованные.
46. Европейский Суд не находит какой-либо причинно-следственной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом и поэтому отклоняет требования заявителя.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1) объявил жалобу в части, касающейся чрезмерной длительности судебного разбирательства по уголовному делу заявителя приемлемой, а остальную часть — неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
3) отклонил все остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 21 октября 2010 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты Суда Н.ВАИЧ

Заместитель Секретаря Секции Суда А.ВАМПАШ