Приговор: По п. п. "д", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство; ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "д", "е", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ за покушение на убийство. Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 31.01.2017 N 32-АПУ17-1

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Сабурова Д.Э.,
судей Хомицкой Т.П. и Таратуты И.В.
при секретаре Пикаевой М.А.,
с участием государственного обвинителя — прокурора Федченко Ю.А.,
осужденного Керимова Р.М.,
его защитника — адвоката Урсола А.Л.,
рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Керимова Р.М. и адвоката Макаревича И.М. на приговор Саратовского областного суда от 11 октября 2016 года, которым
Керимов Р.М. <…>, несудимый,
осужден:
— по п. п. "д", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 19 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
— по ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "д", "е", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно Керимову назначено 24 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Срок отбывания наказания Керимову исчислен с 11 октября 2016 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 30 ноября 2015 года по 10 октября 2016 года.
Постановлено взыскать с Керимова в счет компенсации морального вреда в пользу Н. 3 000 000 рублей; в пользу Н. 1 500 000 рублей, в пользу М. 1 000 000 рублей, а также в счет возмещения расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевших, в пользу Н., Н. и М. по 10 000 рублей каждому.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Таратуты И.В., выслушав осужденного Керимова Р.М. и адвоката Урсола А.Л., просивших об изменении приговора, прокурора Федченко Ю.А., полагавшую необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

Керимов признан виновным в убийстве Н. совершенном с особой жестокостью, общеопасным способом; а также в покушении на убийство трех лиц, а именно Н. и М. совершенном с особой жестокостью, общеопасным способом, с целью облегчить другое преступление.
Преступления совершены 30 ноября 2015 года в <…> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Макаревич И.М. просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное; рассмотрение; находит приговор незаконным, необоснованным, вынесенным без учета всех материалов уголовного дела и их анализа, с нарушением уголовно-процессуального законодательства, а также ввиду назначения Керимову чрезмерно сурового наказания. Полагает, что в судебном заседании не нашли своего подтверждения квалифицирующие признаки убийства — совершенного с особой жестокостью, общеопасным способом и с целью облегчить совершение другого преступления, а также не доказано наличие у Керимова умысла, направленного на причинение смерти потерпевшим Н. и М. Настаивает на том, что Керимов, производя выстрелы в Н. и М. безразлично относился к возможным последствиям; имея при себе пистолет, снаряженный патронами и запасную обойму, в дальнейшем не совершал каких-либо действий, направленных на достижение смерти указанных лиц; а после производства выстрелов в Н. и М. попросил свидетелей Г. и Ф. вызвать "скорую". Обращает внимание на то, что при производстве выстрелов в Н. и М. не было никакой опасности для других лиц, так как в коридоре со стороны потерпевших больше никого не было, свидетели Г. и Ф. в этот момент находились на улице, а само направление выстрелов было от спортивного зала, где шла тренировка. Также обращает внимание на то, что в результате быстроты произошедшего потерпевшие Н. и М. не могли испытать нравственные страдания, связанные с убийством их родственника — Н., так как в этот момент сами испытывали физические страдания, полученные от ранений; при этом Н. и М. в ходе предварительного расследования пояснили, что данные события были для них настолько неожиданными, что они не поняли смысла происходящего. В заключение жалобы адвокат обращает внимание на положительные характеристики Керимова, на отсутствие у последнего судимостей, на обстоятельства, смягчающие наказание, и на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, после чего полагает, что назначенное Керимову наказание является явно несправедливым.
В апелляционной жалобе осужденный Керимов Р.М. находит назначенное ему наказание чрезмерно строгим, а суммы, взысканные с него по гражданскому иску, явно завышенными. Поясняет, что в момент первого выстрела он находился в коридоре и не видел никого из спортсменов; что в этот момент он не осознавал, что может кому-нибудь еще причинить вред и нравственные страдания. Считает, что в отношении Н. его действия должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ; что в итоге в отношении Н. он дважды привлекается за одно и то же преступление. Настаивает на том, что в его действиях по отношению к Н. и М. не было прямого умысла на лишение их жизни, поэтому его действия нельзя квалифицировать как покушение на убийство; что выстрелы в Н. и М. он произвел не в сторону зала, что подтверждается результатом экспертизы соскоба (т. 4 л.д. 122 — 126); что к показаниям спортсменов надо отнестись критически, так как из зала они не могли видеть происходящее. Отмечает, что не скрывался с места преступления, а сразу отправился в ближайший отдел полиции и сообщил о совершенном им преступлении; что он полностью признает свою вину в содеянном, но не согласен с квалификацией его действий. Полагает, что суд в недостаточной мере учел все имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства и необоснованно не применил положения ст. 64 УК РФ; что суд чрезмерно завысил сумму выплат по гражданскому иску.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Чернова О.В., потерпевшие Н., Н. и М. находят приговор законным и обоснованным, просят оставить его без изменений, а жалобы осужденного и его защитника — без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Выводы суда о доказанности вины Керимова в совершении убийства Н., а также в покушении на убийство Н. и М. являются правильными и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, в частности, на:
— показаниях Керимова, данных им в судебном заседании, о том, что когда он приблизился к потерпевшим и выстрелил Н. в голову, Н. и М. дернулись в его сторону, тогда он произвел по одному выстрелу в каждого из них; что после этого он произвел в лежащего на полу еще несколько выстрелов, пока пистолет не перестал стрелять, а затем рукояткой пистолета нанес Н. несколько ударов по голове; что после этого он вышел на улицу, о случившемся рассказал Г. и Ф. и пошел в отдел полиции, где сообщил о произошедшем;
— показаниях Керимова, данных в ходе предварительного расследования, о том, что в Н. он выстрелил с целью его убийства; что когда Н. и М. стали кричать и, как ему показалось, двигаться в его сторону, он, опасаясь, что они могут пресечь его действия, произвел в них несколько выстрелов от чего Н. и М. упали на пол, при этом, понимал, что может убить их; что когда пистолет заклинило, он рукоятью пистолета стал наносить множественные удары по голове Н. чтобы добить его;
— явке с повинной Керимова, в которой он сообщил, что при помощи пистолета совершил убийство Н. и произвел несколько выстрелов в его родственников — Н. и М.;
— показаниях потерпевших вместе с их братом о том, что когда они вместе с их братом Н. находились возле дверного проема у входа в спортзал, где на тренировке занимались дети, они услышали выстрел, от которого Н. упал, после чего последовали выстрелы сначала в Н., а потом в М. от которых они также упали, получив ранения; что, повернувшись на первый выстрел, они увидели Керимова, который находился рядом с ними; что Керимов ушел не сразу, рассматривал их, проверял, живы ли они;
— показаниях свидетелей К., К., В., Б., Т., Л., З. о том, что все они присутствовали на тренировке, которую вел Н. что всего их было 20 — 25 человек; что Н. вместе с Н. и М. стояли в дверном проеме у входа в спортивный зал, следили за ходом тренировки и разговаривали друг с другом; что в какой-то момент прозвучал хлопок, и Н. упал на пол, затем прозвучало еще несколько хлопков, и Н. и М. тоже упали на пол; что после этого в зал зашел Керимов, держа в руке пистолет, и они (свидетели) сначала спрятались за колонну, а потом выбежали в помещение, где находился запасной выход; что за это время прозвучало еще несколько выстрелов, после чего Керимов ушел;
— показаниях свидетелей К., В., Т. и Л. дополнивших, что они видели, как Керимов нанес рукояткой пистолета лежащему на полу Н. несколько ударов по голове;
— показаниях свидетелей Г. и Ф. о том, что они ожидали своих детей, занимавшихся в спортзале, и в какой-то момент вышли на улицу прогреть свои машины; что в спортзале также находились Н. и М.; что когда они (Г. и Ф.) выходили на улицу, в спортзал прошел Керимов; что через 2 — 3 минуты Керимов также вышел на улицу и спросил мобильный телефон, чтобы вызвать полицию; что при этом руки Керимова были в крови, а на вопрос Г. Керимов ответил, что убил Н. и его братьев;
— протоколе осмотра места происшествия, согласно которому в зале спортивного клуба был обнаружен труп Н. со следами насильственной смерти; были обнаружены в татами и изъяты 3 пули, а также 2 гильзы с пола коридора и 3 гильзы с пола спортивного зала;
— заключениях судебно-медицинских экспертиз, согласно которым смерть Н. наступила в результате трех огнестрельных ранений головы и груди; у Н. имелось огнестрельное пулевое ранение в правой щечной области, которое причинило тяжкий вред здоровью, опасный для жизни; у М. имелась одна слепая огнестрельная пулевая рана боковой поверхности шеи слева, которая причинила вред здоровью средней степени тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 21 дня;
— видеозаписи с тренировки, согласно которой в спортивном зале под руководством Норманова находились 24 спортсмена, сначала они были рассредоточены по всему спортивному залу, затем резко обернулись к выходу, часть из них упала на пол, затем все они, пригнувшись, убежали в дальнюю часть зала, где прятались за колонну, после чего побежали к пожарному выходу, а спустя минуту возвратились;
— видеозаписи из коридора клуба, согласно которой М. и Н. прошли в сторону спортивного зала, Г. и Ф. вышли из помещения клуба, затем появился Керимов, который прошел в сторону спортивного зала, через 55 секунд возвратился, держа в правой руке пистолет, и вышел из помещения клуба.
Данные доказательства обоснованно признаны судом допустимыми, а показания осужденного в указанной части, потерпевших и свидетелей — достоверными, поскольку они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются друг с другом и подтверждаются совокупностью других исследованных по делу доказательств, приведенных в приговоре.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.
Судебное следствие было проведено полно и всесторонне; в ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств, всем исследованным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка, в том числе и показаниям Керимова, данным в суде. По заявленным ходатайствам судом приняты обоснованные решения, которые надлежащим образом мотивированы. Нарушений принципа состязательности и равноправия сторон судом допущено не было.
Приговор постановлен в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 307 УПК РФ, с указанием места, времени и способа совершения Керимовым преступных деяний.
Доводы стороны защиты о том, что Керимов не желал убивать Н. и М., а действовал в отношении них с косвенным умыслом; что указанные потерпевшие в силу скоротечности ситуации и получения ими самими ранений не испытывали нравственных страданий, возникших из-за убийства Н. и покушения на их убийство; что в момент производства К. выстрелов не было никакой опасности для других лиц, и выстрелы производились не в сторону спортзала; что в Н. и М. Керимов стрелял не с целью облегчить совершение другого преступлении; что если бы хотел убить их, то продолжил бы свои действия, — были тщательным образом проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, приведенными в приговоре и указанными выше, в том числе показаниями самого Керимова, признанными судом достоверными, о том, что он знал всех троих потерпевших как братьев, что в Н. и М. он выстрелил, опасаясь, что они могут пресечь его действия, направленные на убийство Н. показаниями свидетелей, занимающихся в тот момент в зале и пояснивших, что в момент выстрелов они были рассредоточены по всему залу; протоколом осмотра места происшествия, согласно которому спортзал представляет собой замкнутое пространство, а из татами, находившихся в зале, были изъяты 3 пули; показаниями потерпевших Н. и М. являющихся близкими лицами как по отношению к друг другу, так и по отношению к погибшему Н., которые пояснили, что видели и осознавали все действия Керимова, направленные на их убийство, в результате чего им были причинены особые мучения и страдания; показаниями свидетелей Г. и Ф. пояснивших, что Керимов сообщил, что убил всех братьев, что надо вызвать полицию. При этом суд правильно указал, что Керимов, производя выстрелы с близкого расстояния из нарезного огнестрельного оружия (пистолета) в жизненно важные органы потерпевших, предвидел возможность и неизбежность наступления смерти Н., Н. и М. и в тот момент желал этого, то есть действовал с прямым умыслом на лишение жизни трех человек; что умысел Керимова на лишение жизни Н. и М. не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам, ввиду своевременного оказания им необходимой медицинской помощи.
С учетом установленных фактических обстоятельств совершения преступлений действия Керимова квалифицированы судом правильно.
Доводы стороны защиты о скоротечности произошедших событий, о получении потерпевшими Н. и М. ранений, в результате чего они испытывали физическую боль, которая сильнее нравственных страданий, не влияют на выводы суда о квалификации действий осужденного.
По заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы <…> Керимов какими-либо психическими заболеваниями не страдал и не страдает, в момент инкриминируемого деяния не находился в состоянии аффекта.
С учетом указанных сведений суд обоснованно пришел к выводу о вменяемости Керимова, который подлежит уголовной ответственности и наказанию.
Наказание Керимову в виде лишения свободы назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к категории особо тяжких, данных о личности осужденного, обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление Керимова и на условия жизни его семьи.
При назначении Керимову наказания судом учтены все обстоятельства, смягчающие его, в том числе явка с повинной осужденного, его активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, наличие малолетнего ребенка, противоправность поведения Н., выразившегося в применении насилия к дочери осужденного — Керимовой В.Р., и явившегося поводом для преступления, совершенного в отношении Н.
Суд обоснованно не установил наличие исключительных обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного и позволили бы назначить Керимову наказание в соответствии со ст. 64 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ, и не усмотрел оснований для изменения категории преступлений в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия не находит оснований для признания назначенного осужденному наказания несправедливым вследствие его излишней суровости и для его смягчения.
Размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с Керимова в пользу Н., Н. и М. судом определен с учетом требований ст. ст. 151, 1099 — 1101 ГК РФ, с учетом умышленного характера преступлений, степени перенесенных потерпевшими нравственных и физических страданий, конкретных обстоятельств дела, имущественного положения осужденного; данный вывод суда надлежащим образом мотивирован, взысканный размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым, и снижению, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе Керимова, не подлежит.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Саратовского областного суда от 11 октября 2016 года в отношении Керимова Р.М. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного Керимова Р.М. и адвоката Макаревича И.М. — без удовлетворения.