МКАС частично удовлетворил требование о взыскании задолженности по договорам фрахтования воздушного судна, поскольку в спорный период времени фактически оплаченный ответчиком налет оказался существенно меньше гарантированного по договору, при этом разницу между гарантированным и фактическим налетом ответчик так и не оплатил

Решение МКАС при ТПП РФ от 29.01.2016 по делу N 234/2014

По материалам решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 29 января 2016 года N 234/2014

В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее — МКАС) поступило исковое заявление Общества, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации (далее — Истец), к Компании, имеющей местонахождение на территории Великобритании (далее — Ответчик), о взыскании задолженности по нескольким Договорам фрахтования воздушного судна.
Истец регулярно направлял Ответчику первичную документацию, подтверждающую его фактические расходы при выполнении рейсов, в сумме большей, нежели их расчетная стоимость, а также требования об оплате разницы, однако эти требования не были Ответчиком удовлетворены.
В отношении задолженности Ответчика по оплате разницы в стоимости между гарантированным и фактическим налетом воздушного судна Истец сослался на Договор, согласно которому фрахтователь обеспечивает гарантированный налет на воздушном судне фрахтовщика в количестве, указанном для каждого ВС в соответствующих дополнениях к Договору.
Истец указал, что Ответчик обязан ежемесячно перечислять Истцу предоплату за указанный гарантированный налет не позднее, чем за 7 календарных дней до начала очередного месяца, кроме того, стороны по окончании каждого месяца осуществляют сверку фактического налета с гарантированным.
Истец отметил, что в период с октября 2011 г. по апрель 2012 г. фактический налет воздушного судна каждый месяц был меньше гарантированного, при этом Ответчик не исполнял предусмотренную Договором обязанность по внесению предоплаты в сумме не менее, чем плата за гарантированный налет и не оплатил стоимость разницы гарантированного и фактического налета.
В отношении применимого права к Договору Истец сослался на Договор, в котором предусмотрено, что Договор регулируется и толкуется в соответствии с законодательством РФ.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), п. 6 ст. 64, ст. 104 Воздушного кодекса Российской Федерации, Истец просил МКАС взыскать с Ответчика задолженность.
В МКАС от Ответчика поступили: отзыв на исковое заявление, возражения против несоблюдения требований к исковому заявлению (далее — возражение N 1) и возражение против неисполнения Истцом обязанности по уплате сборов (далее — возражение N 2).
Ответчик сообщил также, что в нарушение п. 1 § 9, п. 1 § 31 Регламента МКАС Истец не представил доказательств в обоснование своих требований и не указал в исковом заявлении на доказательства, которые будут представлены в будущем, поэтому Ответчик лишен возможности без задержки подготовить свою позицию по иску, что нарушает положения ст. 18 Закона РФ от 7 июля 1993 г. "О международном коммерческом арбитраже". Ответчик просит МКАС предложить Истцу устранить обнаруженные недостатки, а в случае их неустранения — вынести решение или постановление о прекращении разбирательства.
В возражении N 2 Ответчик обратил внимание МКАС на нарушение Истцом требований § 14 Регламента МКАС, поскольку уплаченный Истцом арбитражный сбор по ранее поданному исковому заявлению о взыскании суммы в соответствии с п. 1 § 14 Регламента МКАС не подлежит возврату, а Ответчику не были представлены документы, подтверждающие оплату регистрационного сбора и оплату арбитражного сбора по вновь поданному иску — изменению N 1.
В отзыве на исковое заявление (далее — отзыв), поступившем в МКАС, Ответчик указал, что требования Истца об оплате фактических расходов, связанных с совершением рейсов, не имеют документального обоснования, так как Истцом не приведены данные о том, какие расходы он понес, в связи с какими рейсами, каков размер каждого вида расходов.
Ответчик указал также в отзыве, что, начиная с октября 2011 г., Истец не предъявлял Ответчику счетов по предоплате гарантированного налета. Получая от Ответчика оплату за фактически совершенные полеты, Истец продолжал осуществлять перевозки в рамках разовых заявок Ответчика, каких-либо претензий в связи с отсутствием предоплаченного налета он не предъявлял. Это обстоятельство, по мнению Ответчика, свидетельствует об отсутствии в указанный период обязательств Ответчика по оплате гарантированного налета.
В МКАС поступило заявление Истца об изменении иска (в связи с получением отчета аудитора), в котором он сообщил, что для подтверждения обоснованности и проверки расчета заявленных к Ответчику требований Истцом была привлечена независимая аудиторская организация (далее — Аудитор, Финэкспертиза).
По результатам проведенной аудитором проверки документов был подготовлен и передан Истцу "Отчет по результатам проведения согласованных процедур в отношении финансовой информации" (далее — отчет Финэкспертизы).
Руководствуясь п. 1 § 30 Регламента МКАС, в связи с получением отчета аудитора Истец заявил об изменении иска и уменьшил размер исковых требований к Ответчику.
На основании сделанных Аудитором в отчете выводов Истец просил МКАС взыскать с Ответчика два вида непогашенной задолженности по Договору:
— задолженность Ответчика по оплате разницы между необеспеченным гарантированным и фактическим налетом зафрахтованного Ответчиком по Договору воздушного судна.
— задолженность Ответчика по оплате выполнения рейсов по Договору за период, скорректированную с учетом фактически произведенных и документально подтвержденных затрат, связанных с выполнением данных рейсов и обслуживанием зафрахтованного воздушного судна, которые подлежат возмещению согласно условиям Договора.
Истец изложил сложившуюся между сторонами практику. Договор предусматривал ежемесячное перечисление Ответчиком предоплаты в размере не меньшем, чем плата за гарантированный налет в предстоящем месяце (перечисление оплаты за гарантированный налет должно было производиться не позднее, чем за 7 календарных дней до начала очередного месяца), но на практике обязательства по предоплате гарантированного налета в течение большей части действия Договора не исполнялись.
Между сторонами сложилась практика отношений, согласно которой в конце каждого месяца Истец составлял и направлял Ответчику акт выполненных работ (услуг). Первоначально Ответчик подписывал акты сверки взаиморасчетов, однако в 2011 г. стал уклоняться от их подписания.
В период с октября 2011 г. по апрель 2012 г. фактически оплаченный Ответчиком налет оказывался существенно меньше гарантированного по Договору (в апреле 2012 г. не было совершено ни одного рейса), при этом разницу между гарантированным и фактическим налетом по Договору за указанный период Ответчик так и не оплатил.
Фактически понесенные затраты, связанные с рейсами и обслуживанием зафрахтованного воздушного судна, подтверждающие их документы (включая задания на полеты и отчеты о полетах) представлены Истцом в электронном виде в качестве Приложения N 2 к изменению N 2.
С целью расчета суммы задолженности Ответчика Истец привлек независимого Аудитора. В соответствии с отчетом Финэкспертизы общая сумма фактически произведенных и документально подтвержденных затрат, связанных с выполнением рейсов и обслуживанием зафрахтованного воздушного судна, подлежит возмещению Ответчиком согласно условиям Договора.
Исходя из вышеизложенного, ссылаясь на ст. ст. 309, 310 ГК РФ, п. 2 ст. 23 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже", Истец просил взыскать с Ответчика в пользу Истца сумму задолженности.
Ответчик просил приостановить или отложить рассмотрение дела на шесть месяцев для предоставления ему возможности изучить полученные документы и уточнить свои объяснения с учетом новых документов.
После совещания на месте состав арбитража вынес постановление: слушание дела отложить, установить график представления сторонами дополнительных письменных материалов и предложить сторонам провести переговоры по мирному урегулированию спора.
Во исполнение постановления МКАС Ответчик представил письменные объяснения по иску еще до получения заключения аудиторской организации по представленным Истцом документам. Он сообщил, что Истец неправомерно рассчитал стоимость гарантированного налета за период 19 дней. В этот период ВС находилось в аэропорту, который не был предназначен для пассажирских перевозок, поэтому использование ВС для целей Договора было невозможно.
Ответчик указал, что требования об оплате расходов Истца не имеют надлежащего подтверждения, а именно: не представлено платежных документов, подтверждающих фактическую уплату Истцом истребованных третьими лицами денежных средств, представленные документы в значительной части не подтверждают расходы, которые могут быть отнесены к правоотношения сторон.
Кроме того, Ответчик заявил, что часть требований заявлена за пределами срока исковой давности, поскольку эти требования о взыскании расходов относятся к периоду 2010 г. — январю — августу 2011 г. и срок на предъявление этих требований истек.
Ответчик просил применить срок исковой давности при рассмотрении настоящего дела.
В возражении от 7 сентября 2015 г. на заявления Ответчика о пропуске срока исковой давности Истец сообщил, что срок не истек, поскольку большинство обязательств Ответчика являются обязательствами до востребования, срок исковой давности по которым начал течь только после направления требования об оплате задолженности.
Поскольку взыскиваемая задолженность Ответчика возникла, начиная с января 2011 г., следовательно, применительно к исковой давности вопросы может вызывать лишь период с января 2011 г. по август 2011 г.
Истец полагал, что, признав задолженность по оплате рейсов до предусмотренных Договором корректировок, Ответчик признал тем самым часть итоговой задолженности по оплате стоимости рейсов с учетом фактически понесенных расходов, как это предусмотрено Договором.
Ответчик сообщил в письменных объяснениях, что он поручил специализированной аудиторской организации провести профессиональный независимый расчет суммы задолженности на основе представленных Истцом документов. Результатом явился отчет, в котором изложены выявленные нарушения в расчетах Истца и дается заключение, что заявленная Истцом сумма задолженности завышена.
Ответчик считал, что вышеназванное требование Истца не подлежит удовлетворению в заявленной сумме, поскольку по своей природе является требованием о взыскании неустойки в связи с необеспечением Ответчиком того объема услуг, на который Истец рассчитывал.
Размер неустойки явно не отвечает критерию разумности, соразмерности и справедливости, ничто не свидетельствует о том, что Истец понес какие-либо существенные убытки, тем более, что при совершении полетов не вся оплата летных часов является прибылью фрахтовщика, так как последний несет также расходы в связи с эксплуатацией судна. Следовательно, чем меньше ВС эксплуатируется, тем меньше расходы фрахтовщика на техническое обслуживание.
Ответчик считал, что необходимо также учитывать, что зафрахтованное ВС в действительности неоднократно использовалось для осуществления рейсов вместо других ВС, что подтверждается электронными письмами от Истца в адрес Ответчика, содержащими данные о фактическом налете этого ВС.
С учетом принципов разумности, справедливости, баланса прав и законных интересов сторон сумма неустойки в виде стоимости гарантированного налета (с учетом корректировки расчета) подлежит уменьшению на 50%.
В обоснование своих требований о взыскании расходов, связанных с выполнением рейсов, Истец представил документы, из которых следует, что Истцу третьими лицами предъявлены требования об оплате, но в материалах дела отсутствуют документы, которые подтверждали бы, что Истцом в действительности оплачены товары и услуги, указанные в выставленных третьими лицами документах.
В письменных объяснениях Истец сообщил, что считает доводы Ответчика, изложенные в его письменных объяснениях, необоснованными.
Нахождение воздушного судна на аэродроме не свидетельствует о невозможности выполнения рейсов по заявкам Ответчика, поскольку Истец мог предоставить подменное воздушное судно для выполнения рейсов по Договору.
Данное обстоятельство подтверждается тем, что на протяжении всего действия Договора Истец обладал сертификатом эксплуатанта и лицензией на перевозку воздушным транспортом пассажиров, что, соответственно, предполагало наличие у авиаперевозчика на праве собственности или ином законном основании ВС в количестве, достаточном (с учетом резервирования) для выполнения перевозок воздушным транспортом пассажиров в соответствии с программой выполнения нерегулярных (чартерных) перевозок воздушным транспортом пассажиров.
В соответствии с ч. 1 ст. 9 ФЗ от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" (который действовал до 1 января 2013 г.) все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.
Законодательство о бухгалтерском учете не связывает признание расходов с фактической уплатой денежных средств, так как расходом является уменьшение экономических выгод, в том числе в результате "возникновения обязательств, приводящее к уменьшению капитала этой организации", а для признания расходов достаточно наличия уверенности в том, что в результате конкретной операции произойдет уменьшение экономических выгод организации, что имеет место не только при передаче актива, но и при "отсутствии неопределенности в отношении передачи актива".
Следовательно, требование Ответчика о предоставлении платежных документов, подтверждающих фактическую уплату денежных средств, необоснованно и, по мнению Истца, направлено исключительно на затягивание рассмотрения дела.
Условие о гарантированном налете является способом определения гарантированной фиксированной платы по Договору. По условиям Договора оплата гарантированного налета осуществлялась авансом. Авансирование неустойки выглядит абсурдным, что подтверждает порочность логики Ответчика.
Истец признает, что при расчете задолженности Ответчика перед Истцом была допущена ошибка, и расходы, связанные с использованием передвижного источника электропитания, были необоснованно отнесены к расходам, связанным с обработкой ВС противообледенительной жидкостью.
Использование передвижного источника питания даже в периоды простоя воздушного судна было необходимым для того, чтобы обеспечивать летную готовность борта, что и обязан делать фрахтовщик. Именно благодаря этому Истец успешно исполнял свои договорные обязательства по выполнению рейсов для Ответчика.
Договор не ограничивает обязанность Ответчика компенсировать расходы на использование передвижного источника электропитания лишь за день совершения рейса.
Ответчик считает, что требования Истца завышены на сумму в несколько десятков миллионов рублей. Расхождения в расчетах сторон связаны с тем, что Истцом в калькуляцию включены расходы, которые не могут быть отнесены к расходам в связи с совершением рейсов.
Ответчик считал, что Договор, устанавливая некоторый объем гарантированного налета, не предусматривает специальных последствий отклонения от данного объема в сторону уменьшения. Поэтому применяются общие принципы гражданского права, по которым в случае нарушения обязательств кредитор вправе требовать возмещения причиненных ему убытков, которые должны быть доказаны. Истец подтвердил, что данные требования по существу направлены на возмещение убытков, однако ни одного подтверждения того, какие убытки и в каком объеме Истцом понесены, Истец не представил.
Ответчик возразил против заявления Истца, что срок исковой давности начинает течь с момента выставления им счета на возмещение расходов. По общему правилу счет должен быть выставлен в разумный срок, а не спустя 3 — 4 года после возникновения оснований для его выставления.
По мнению Ответчика, исковая давность также не прерывалась признанием долга, так как Ответчик не признавал какой-либо конкретной задолженности по Договору, а вел переговорный процесс по урегулированию конфликта сторон в целом, а не по рассматриваемому Договору, и нет оснований установить, по какой конкретно части требований, за какой определенный период исковая давность прервалась.
Представители сторон также согласились с возможностью назначения нового дополнительного устного слушания по делу, полагая, что оно поможет уяснению некоторых сложных вопросов, возникших в ходе арбитражного разбирательства.
Ответчик в письменных объяснениях после ознакомления с платежными документами, представленными Истцом, указал, что эти документы не имеют отсылки к конкретным услугам в конкретный период, поэтому не подтверждают уплату денежных средств Истца по Договору. Представленные акты сверки также не подтверждают доводы Истца.
Из-за того, что платежные поручения не имеют детализации, при отсутствии полной картины платежных операций и проверки соответствия этой картины акту сверки Ответчик считает, что невозможно установить перечисление Истцом денежных средств третьим лицам по конкретным работам и услугам в рамках настоящего дела.
Ответчик полагал, что представленные документы за один календарный месяц (выбранный самим Истцом) не могут подтверждать реальную уплату Истцом всех денежных средств, о возмещении которых заявлен иск.
При таких обстоятельствах Ответчик считал, что не имеется оснований считать установленным и состоявшимся факт несения расходов, который является основанием для возникновения у Ответчика обязанностей по их возмещению.
В связи с изложенным Ответчик считал необходимым проведение устного слушания для выяснения деталей дела, о чем представляет отдельное ходатайство.

II. Мотивы решения

Рассмотрев материалы дела и заслушав объяснения представителей сторон, состав арбитража пришел к следующим выводам.
Данный спор касается гражданско-правовых отношений при осуществлении международных экономических связей: спор возник из Договора фрахтования воздушного судна, и Компания Ответчика находится и зарегистрирована в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии. Поэтому в соответствии с п. 2 ст. 1 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" и п. 1 § 2 Регламента МКАС данный спор подлежит рассмотрению в МКАС.
Состав арбитража констатирует, что содержащаяся в Договоре арбитражная оговорка соответствует установленным требованиям к письменному соглашению сторон о передаче спора на разрешение МКАС (п. 2 ст. 7 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" и п. 2 § 2 Регламента МКАС) и, хотя название МКАС содержит некоторую неточность (в Договоре указан Международный коммерческий арбитраж вместо Международный коммерческий арбитражный суд), это не влияет на понимание, что именно МКАС стороны согласовали в качестве органа по рассмотрению споров по Договору. Этот вывод подтверждается также отсутствием возражений сторон в отношении компетенции МКАС.
Состав арбитража сформирован в соответствии с § 17 Регламента МКАС. Отводов арбитрам сторонами заявлено не было.
Исходя из изложенного и руководствуясь п. 2 ст. 1, ст. 7 и п. п. 1 и 2 ст. 16 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже", а также п. п. 1, 2 и 4 § 2 Регламента МКАС, состав арбитража пришел к выводу о наличии компетенции МКАС по рассмотрению данного дела.
С учетом изложенного, руководствуясь п. 1 ст. 28 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" и п. 1 § 26 Регламента МКАС, а также принимая во внимание, что стороны не возражали против применения к данному спору законодательства РФ, состав арбитража считает, что к отношениям сторон по Договору применяются положения российского законодательства.
Состав арбитража не находит оснований к удовлетворению ходатайства Ответчика о проведении дополнительного устного слушания по следующим причинам: состав арбитража предложил Истцу представить платежные поручения только в качестве примера осуществления Истцом платежей третьим лицам, а не как подлежащее рассмотрению арбитражем доказательство расходов Истца, тем более, что эти документы, так же как и письменные объяснения Ответчика представлялись после завершения устного слушания дела, когда состав арбитража приступил к вынесению решения.
В процессе рассмотрения дела стороны свободно и подробно высказывали свои соображения по делу. Ответчик обладал всеми представленными Истцом документами и в процессе слушания дела не заявлял ходатайства о его отложении по каким-либо причинам, в том числе из-за недостаточности времени для изучения документов Истца, хотя обладал таким правом. При таких обстоятельствах возобновление устных слушаний по делу привело бы к неоправданному затягиванию арбитражного разбирательства.
Принимая во внимание, что в деле имеются подробные отчеты двух аудиторских фирм и стороны представили обширные письменные доказательства в подтверждение своих позиций по делу, состав арбитража считает, что решение может быть вынесено без проведения требуемого Ответчиком дополнительного устного слушания.
С учетом возражений Ответчика по поводу представленных Истцом после устного слушания доказательств в электронном виде, которые по техническим причинам Ответчик считает невозможным исследовать, состав арбитража, руководствуясь принципами состязательности и равного отношения к сторонам, пришел к выводу об исключении указанных материалов из числа доказательств по делу.
На основании изложенного состав арбитража считает, что вышеуказанное ходатайство Ответчика не подлежит удовлетворению.
Первоначально указанная Истцом сумма его исковых требований в дальнейшем уточнялась в сторону снижения.
В заявлении об изменении иска, полученном МКАС, размер исковых требований был уменьшен. В дальнейшем в письменных объяснениях Истец снизил размер своих требований по разным позициям в общей сумме, что подтверждено им в заседании арбитража.
Требования Истца относятся к расчетам сторон за несколько лет, начиная с 2010 г., и Ответчик считает, что по некоторым требованиям Истца пропущен срок исковой давности, составляющий согласно применимому праву (ст. 196 ГК РФ) три года. Напротив, Истец полагает, что предметом спора являются обязательства до востребования и, кроме того, они были частично признаны Ответчиком в ходе переговоров сторон о мирном урегулировании их расчетов.
Эти доводы Истца арбитражный суд находит необоснованными. Требования Истца не могут быть квалифицированы как обязательства до востребования, поскольку в Договоре содержатся условия о порядке и сроках проведения расчетов, а незавершенные переговоры сторон о мирном урегулировании взаимных претензий не могут считаться признанием долга и перерывом исковой давности в смысле ст. 203 ГК РФ.
Полученные спорящими сторонами и представленные в МКАС заключения двух независимых аудиторских организаций, которые составлены на основе ознакомления с первичной документацией, по-разному оценивают задолженность Ответчика и существенно расходятся в итоговых цифрах. В этом заключении отмечены также неточности в расчетах и отсутствие несогласованности некоторых первичных документов.
Таким образом, по рассматриваемому спору имеют место сложные расчетные операции, осуществлявшиеся в течение ряда лет. Суммы задолженности неоднократно уточнялись самими спорящими сторонами и по-разному оцениваются в обширных заключениях двух независимых аудиторов.
Проводить повторную сплошную проверку состояния сложных расчетов спорящих сторон состав арбитража не может ввиду отсутствия в материалах дела большинства первичных документов, а назначение новой аудиторской проверки не способно внести правовую ясность в расчеты сторон, поскольку по спору уже имеются обширные заключения двух независимых организаций.
Состав арбитража оценивает взаимоотношения спорящих сторон как проявление и последствия неблагоприятных коммерческих и расчетных рисков, которые сопутствуют операциям на современном рынке. Такие неблагоприятные последствия согласно применимому к спору праву падают на самих участников предпринимательской деятельности (п. 1 ст. 2 ГК РФ). По настоящему спору эти неблагоприятные последствия должны в равной мере нести обе спорящие стороны, заключившие Договор и проводившие расчеты по нему с просрочкой и без должной аккуратности.
При таком положении состав арбитража считает правильным и справедливым возложить спорную по делу сумму задолженности, остающуюся после исключения из нее требований Истца, в равных долях на обе спорящие стороны и, соответственно, присудить Истцу, а в остальной части его исковых требований отказать. При этом арбитраж учитывает, что Ответчик в представленных в МКАС документах признавал возможность уплаты им 50% требования по гарантированному налету.
Арбитражный сбор по данному делу полностью уплачен Истцом.
Пункт 2 § 6 Положения об арбитражных сборах и расходах, являющегося Приложением к Регламенту МКАС (далее — Положение), предусматривает, что если иск удовлетворен частично, то арбитражный сбор возлагается на Ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований и на Истца — пропорционально той части исковых требований, в которой иск не удовлетворен.
Руководствуясь п. 2 § 6 Положения и учитывая, что исковые требования Истца удовлетворены частично, Ответчик обязан уплатить Истцу сумму в возмещение его расходов по уплате арбитражного сбора.
Учитывая поступившее в МКАС ходатайство Истца о процессуальном правопреемстве, в котором Истец сообщил, что Истцом и Обществом был заключен Договор уступки прав требований, руководствуясь ст. 384 ГК РФ, в которой предусмотрено, что "если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права", состав арбитража приходит к заключению, что надлежащим Истцом по данному делу является Общество.

III. Резолютивная часть решения

На основании изложенного и руководствуясь § 37 — § 39 Регламента МКАС, Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации

РЕШИЛ:

1. Взыскать с Компании, имеющей местонахождение на территории Великобритании, в пользу Истца — Общества, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации, сумму в возмещение расходов Истца по уплате арбитражного сбора.
2. В остальной части иска отказать.