Требование: О признании недействительным решения антимонопольного органа о нарушении части 1 статьи 10 и пункта 10 части 1 статьи 10 Федерального закона "О защите конкуренции"

Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 20.01.2017 N 02АП-9080/2016 по делу N А31-3070/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2017 года.
Полный текст постановления изготовлен 20 января 2017 года.
Второй арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Ившиной Г.Г.,
судей Кононова П.И., Немчаниновой М.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Феофилактовой Д.Н.,
при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Арбитражном суде Ярославской области:
представителя заявителя — Лабутиной А.М. действующей на основании доверенности от 01.01.2017;
представителя ответчика — Нахмурова С.А., действующего на основании доверенности от 29.08.2016,
рассмотрев апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Костромская сбытовая компания"
на решение Арбитражного суда Костромской области от 10.08.2016 по делу N А31-3070/2016, принятое судом в составе судьи Мосунова Д.А.,
по заявлению публичного акционерного общества "Костромская сбытовая компания" (ИНН: 4401050567, ОГРН: 1044408642629)
к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Костромской области (ИНН: 4401004867, ОГРН: 1024400537556),
третье лицо: Николаева Анна Игоревна (место жительства: <…>),
о признании недействительным решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства,

установил:

публичное акционерное общество "Костромская сбытовая компания" (далее — заявитель, ПАО "КСК", Общество) обратилось в Арбитражный суд Костромской области с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Костромской области (далее — ответчик, Управление, УФАС, антимонопольный орган) от 28.12.2015 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290, в соответствии с которым Общество признано нарушившим часть 1 статьи 10 и пункт 10 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее — Закон о защите конкуренции, Закон N 135-ФЗ).
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Николаева Анна Игоревна (далее — третье лицо, Николаева А.И.), жалоба которой явилась основанием для возбуждения в отношении ПАО "КСК" дела о нарушении антимонопольного законодательства.
Решением суда от 10.08.2016 в удовлетворении заявленного требования отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, считая его незаконным и необоснованным, Общество обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.
Возражая против обоснованности вменения ему нарушения пункта 71 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178 (далее — Основы ценообразования), в части порядка ценообразования, заявитель, ссылаясь на статьи 25, 26 Жилищного кодекса Российской Федерации, пункт 1.7.1 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 27.09.2003 N 170, пункты 4.1, 4.2.1 Инструкции о порядке согласования применения электрокотлов и других электронагревательных приборов, утвержденной Министерством топлива и энергетики Российской Федерации 24.11.1992, пункт 34 Положения об установлении и применении социальной нормы потребления электрической энергии (мощности), утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 22.07.2013 N 614, настаивает на том, что для населения, проживающего в городских населенных пунктах, понижающий коэффициент в отношении утвержденного тарифа может быть установлен только при условии фактического оборудования помещений электроплитами для пищеприготовления и (или) электроотопительными установками, соблюдения порядка оборудования помещений такими электроустановками, а также в случае той степени благоустройства помещений, которая не позволяет осуществлять его газоснабжение; учитывая, что данные обстоятельства в рассматриваемом случае не исследовались, соблюдение приведенных выше условий не устанавливалось, безусловных оснований для применения понижающего коэффициента у ПАО "КСК" не имелось; при этом указывает, что для различных случаев установки электроплиты и (или) электроотопительной установки (изначально, при вводе дома в эксплуатацию или в результате санкционированного переоборудования жилого помещения) предусмотрен самостоятельный порядок согласования, переоборудование помещения допускается производить только после получения разрешения органа местного самоуправления, соответствующие полномочия которого вопреки мнению антимонопольного органа и суда закреплены действующим законодательством; отсутствие такого согласования, по убеждению заявителя, не может свидетельствовать об установке электроплиты и (или) электроотопительной установки в помещении именно с соблюдением установленного порядка и, как следствие, исключает наличие совокупности условий для изменения стоимости оказываемых услуг (в части возможности применения понижающего коэффициента).
Также ПАО "КСК" отмечает, что не требовало от потребителя документов, подтверждающих факт установки стационарной электроплиты и (или) электроотопительной установки и соблюдение предусмотренной законом процедуры их установки в целях заключения договора, поскольку отсутствие таких документов не является препятствием для заключения договора энергоснабжения, а необходимо лишь в целях рассмотрения вопроса о применении понижающего коэффициента, в связи с чем находит безосновательными выводы о нарушении им пункта 74 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442 (далее — Основные положения N 442); в связи с согласованием сторонами договора энергоснабжения всех существенных условий Общество считает данный договор заключенным.
Управление представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором опровергает доводы ПАО "КСК", настаивает на законности и обоснованности решения суда первой инстанции и не усматривает правовых оснований для его отмены.
В соответствии со статьями 153.1, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) дело рассматривалось с отложением судебного разбирательства с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Костромской области (15.11.2016), Арбитражного суда Владимирской области (20.12.2016) и Арбитражного суда Ярославской области (19.01.2017).
Распоряжением председателя Второго арбитражного апелляционного суда от 18.01.2017 N 29-р в соответствии со статьей 18 АПК РФ, пунктом 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации и в связи с невозможностью (по причине нахождения в отпуске) дальнейшего участия судьи Минаевой Е.В. в рассмотрении настоящего дела произведена ее замена на судью Немчанинову М.В.
После замены судьи в судебном заседании, состоявшемся 19.01.2017, рассмотрение дела начато с самого начала.
В судебных заседаниях представитель Общества настаивал на доводах и требованиях, изложенных в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить; представитель Управления в судебных заседаниях 15.11.2016 и 19.01.2017 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, приведенным в отзыве.
Николаева А.И. в суд апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и об отложениях судебного разбирательства извещалась надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьего лица.
Законность решения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ПАО "КСК" осуществляет реализацию (продажу) электрической энергии на оптовом и розничных рынках электрической энергии (мощности) потребителям (в том числе гражданам), имеет статус гарантирующего поставщика в границах Костромской области.
13.04.2014 в УФАС поступило заявление Николаевой А.И. о нарушении Обществом антимонопольного законодательства, что, по ее мнению, выразилось в неправомерном применении повышенного тарифа за потребленную электроэнергию и запросе в рамках договора энергоснабжения дополнительных документов, представление которых действующим законодательством не предусмотрено.
Из существа заявления следует, что в 2014 году семья Николаевой А.И. поселилась в садовом доме, расположенном на территории садоводческого товарищества по адресу: Костромская область, город Кострома, шоссе Кинешемское, садовое товарищество "Восток-1", участок N 36. Как указано в заявлении, поскольку садоводческое товарищество не газифицировано и в нем отсутствует электроснабжение мощностью 380 В, Николаева А.И. обратилась в ПАО "Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра" для заключения договора технологического присоединения с целью получения дополнительной мощности и напряжения на уровне 380 В для подключения проточного нагревателя, электроплиты и системы электроотопления дома.
Одновременно Николаева А.И. обратилась в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области с декларацией об объекте недвижимого имущества. Впоследствии ею было получено свидетельство о государственной регистрации права на жилой дом.
ПАО "Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра" выполнило договор об осуществлении технологического присоединения и выдало Николаевой А.И. необходимые документы для заключения договора энергоснабжения.
02.02.2015 между Николаевой А.И. и ПАО "КСК" заключен договор энергоснабжения.
В целях заключения данного договора Николаевой А.И. в адрес гарантирующего поставщика были предоставлены следующие документы: заявление о заключении договора энергоснабжения; копия свидетельства о государственной регистрации права от 03.12.2014 44-АБ N 803823; копия свидетельства о государственной регистрации права от 09.10.2013 44-АБ N 677730; копия паспорта гражданина Российской Федерации; акт об осуществлении технологического присоединения от 17.12.2014 N 4366/2014 А-Ц (с приложением актов разграничения границ балансовой принадлежности сторон и эксплуатационной ответственности сторон); копия акта проверки приборов учета от 20.11.2014 N (Ф)44/Р-1/055263; копия однолинейной схемы.
При заключении договора энергоснабжения Николаева А.И. обратила внимание на то, что в приложении N 3 к договору неясно указана тарифная группа — "население НН". В связи с этим в приложении N 3 к договору абонентом указаны возражения и проставлена отметка о том, что договор подписан с замечаниями о том, что дом оборудован электронагревателем и электроплитой.
25.02.2015 Николаева А.И. обратилась к ПАО "КСК" с претензией, содержащей просьбу уточнить тарифную группу, а также напоминание о том, что договор энергоснабжения подписан с разногласиями, касающимися тарифной группы. Потребитель указал, что тарифная группа указана неверно, дом не газифицирован и, соответственно, оборудован стационарной электроплитой и электрическим оборудованием.
В ответном письме от 11.03.2015 N 03-2/10/2786 Общество сообщило, что на основании постановления департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/500 в отношении населения, проживающего в городских населенных пунктах и домах, оборудованных и установленном порядке стационарными электроплитами и (или) электроотопительными установками, применяется тариф 2,41 руб./кВтч. Применение указанного тарифа возможно при оборудовании жилого дома стационарными электрическими плитами и (или) электроотопительными установками в установленном законом порядке. В соответствии с Правилами технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденными приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 N 6, дом считается оборудованным стационарными электрическими плитами и (или) электроотопительными установками в установленном порядке, если указанное оборудование установлено при строительстве дома в соответствии с проектом или если произведена реконструкция электрических сетей дома, для которой необходимо:
— получить разрешение органа исполнительной власти на реконструкцию;
— получить технические условия в энергоснабжающей организации;
— составить проект на реконструкцию инженерных сетей жилого дома;
— выполнить строительно-монтажные работы в соответствии с проектом;
— согласовать проектную документацию с энергоснабжающей организацией, выдавшей технические условия, и органом государственного энергетического надзора;
— оформить акт о приемке реконструкции инженерных сетей в эксплуатацию;
— внести изменения в технический паспорт жилого дома.
Также Общество пояснило, что в настоящее время в отношении Николаевой А.И. применяется тариф в размере 3,44 руб. /кВтч, утвержденный пунктом 1 постановления департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/500. Договор энергоснабжения подписан Николаевой А.И. без указания на наличие разногласий. Разногласия, указанные в приложении N 3 к договору энергоснабжения от 02.02.2015, не могут быть приняты во внимание, так как оформлены ненадлежащим образом. Вопрос об установлении тарифа для населения, проживающего в городских населенных пунктах и домах, оборудованных и установленном порядке стационарными электроплитами и (или) электроотопительными установками, может быть рассмотрен лишь после предоставления необходимых документов.
13.03.2015 Николаева А.И. направила в ПАО "КСК" заявление о необоснованности требования с нее дополнительных документов.
08.04.2015 потребителем получен счет-извещение на оплату электрической энергии за март 2015 года, из которого следовало, что Общество продолжает применять тариф на электрическую энергию без понижающего коэффициента.
Письмом от 10.04.2015 ПАО "КСК" сообщило Николаевой А.И., что в настоящее время в отношении нее применяется тариф в размере 3,44 руб. /кВтч. При несогласии с указанным тарифом для его изменения ей рекомендовано предоставить предусмотренные законом документы, подтверждающие установку электрической плиты при строительстве дома, либо при его реконструкции. Одновременно Общество сообщило, что не требует каких-либо документов для заключения договора энергоснабжения, поскольку договор заключен и вступил в силу с момента подписания.
В ходе комиссионного рассмотрения возбужденного на основании заявления Николаевой А.И. дела о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290 Управление пришло к выводу о том, что Общество, имея в своем распоряжении документы, согласно которым объект Николаевой А.И. определен как жилой дом с электроотоплением (акт об осуществлении технологического присоединения, акт разграничения границ балансовой принадлежности, акт разграничения эксплуатационной ответственности, схема электроснабжения), не исполнило свою обязанность по проверке соблюдения необходимых для заключения договора энергоснабжения условий в отсутствие соответствующих документов у Николаевой А.И., при этом требуя их с потребителя. В результате данных действий ПАО "КСК" неправомерно отнесло Николаеву А.И. к группе "Население и приравненные к нему, за исключением населения и потребителей, указанных в пунктах 2 и 3 Приложения N 1 к постановлению департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области N 14/500", и начисляло ей плату с применением тарифа для вышеуказанной группы потребителей, что привело к ущемлению прав и интересов Николаевой А.И. Истребование Обществом у Николаевой А.И. дополнительных документов, не предусмотренных пунктом 34 Основных положений N 442, также признано незаконным.
16.12.2015 комиссией УФАС принято решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290 (в полном объеме изготовлено 28.12.2015), в соответствии с которым ПАО "КСК" признано нарушившим пункт 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, что выразилось в несоблюдении предусмотренного пунктом 71 Основ ценообразования порядка ценообразования на потребляемую в соответствии с договором энергоснабжения от 02.02.2015 электрическую энергию в жилом доме, находящемся по адресу: г. Кострома, Кинешемское шоссе, садовое товарищество "Восток-1", участок N 36, а также часть 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, что выразилось в истребовании Обществом у Николаевой А.И. дополнительных документов, не предусмотренных пунктом 34 Основных положений N 442, что привело к нарушению пункта 74 Основных положений и ущемлению прав и законных интересов потребителя.
Не согласившись с указанным решением, заявитель обратился в Арбитражный суд Костромской области с требованием о признании его недействительным.
Суд первой инстанции согласился с доводами антимонопольного органа об оборудовании жилого дома Николаевой А.И. электрической плитой, отсутствии газификации данного дома и недоказанности несоблюдения установленного порядка установки электрической плиты, что в совокупности должно было повлечь необходимость применения понижающего коэффициента при расчете платы по договору энергоснабжения; счел незаключенным представленный в материалы дела договор энергоснабжения между ПАО "КСК" и Николаевой А.И. и признал наличие у Общества обязанности самостоятельно проверить соблюдение необходимых для заключения договора условий в отсутствие соответствующих документов у потребителя, в связи с чем пришел к выводу о злоупотреблении гарантирующим поставщиком своим доминирующим положением на товарном рынке вследствие совершения рассматриваемых действий и обоснованности признания его нарушившим часть 1 статьи 10 и пункт 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, ввиду чего не усмотрел оснований для признания оспариваемого решения Управления недействительным и отказал в удовлетворении заявленного требования.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.
Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.
Для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, что также отражено в пункте 6 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".
Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. При этом в силу части 5 указанной статьи обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).
В силу статьи 25 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее — Закон об электроэнергетике) на оптовом и розничных рынках электрической энергии и мощности действует система регулярного контроля за их функционированием, имеющая целью своевременное предупреждение, выявление, ограничение и (или) пресечение действий (бездействия), которые имеют или могут иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов субъектов электроэнергетики и потребителей электрической энергии, в том числе злоупотребления доминирующим и (или) исключительным положением на оптовом и розничных рынках.
Организационные и правовые основы защиты конкуренции определены Законом N 135-ФЗ.
Целями указанного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1 Закона о защите конкуренции).
По смыслу взаимосвязанных положений названного Закона, конкурентная среда подлежит правовой защите при четком определении юридически значимых признаков товарного рынка, в том числе наличия на нем соперничества хозяйствующих субъектов, которые своими самостоятельными действиями могут исключить или ограничить возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров.
В силу части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей на момент совершения рассматриваемых действий и принятия решения УФАС) запрещались действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являлись или могли являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц. В частности, пунктом 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции предусмотрен запрет на нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования.
Для выявления в действиях хозяйствующего субъекта состава данного правонарушения необходимо, чтобы на соответствующем товарном рынке он занимал доминирующее положение и совершил действие (бездействие), характеризующееся как злоупотребление этим положением.
В силу части 1 статьи 5 Закона о защите конкуренции доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта (группы лиц) или нескольких хозяйствующих субъектов (групп лиц) на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту (группе лиц) или таким хозяйствующим субъектам (группам лиц) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам.
Доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта, доля которого на рынке определенного товара превышает пятьдесят процентов, если только при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства или при осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией не будет установлено, что, несмотря на превышение указанной величины, положение хозяйствующего субъекта на товарном рынке не является доминирующим (пункт 1 части 1 статьи 5 Закона N 135-ФЗ).
Как указано в пункте 13 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 N 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства", установление доминирующего положения хозяйствующего субъекта производится с учетом его доли на рынке определенного товара. При этом доля признается, если не доказано иное, равной указанной в реестре хозяйствующих субъектов.
Антимонопольным органом установлено, что постановлением Региональной службы по тарифам администрации Костромской области от 23.10.2006 N 06/51 "О присвоении статуса гарантирующего поставщика и согласовании границ зон деятельности гарантирующего поставщика" с 2006 года ПАО "КСК" присвоен статус гарантирующего поставщика в границах Костромской области. Приказом УФАС от 17.08.2005 N 92 Общество включено в реестр хозяйствующих субъектов, занимающих долю на рынке определенного товара более 35 процентов, с рыночной долей более 50% на рынке розничной реализации электрической энергии в границах Костромской области.
Следовательно, в силу пункта 1 части 1 статьи 5 Закона N 135-ФЗ ПАО "КСК" правомерно признано антимонопольным органом и судом первой инстанции занимающим доминирующее положение на рынке розничной реализации электрической энергии в границах Костромской области.
При таких обстоятельствах заявитель при осуществлении деятельности, связанной с продажей электрической энергии, обязан соблюдать запреты, предусмотренные статьей 10 Закона о защите конкуренции.
Оценивая правильность квалификации ответчиком рассматриваемых действий ПАО "КСК", суд апелляционной инстанции исходит из следующего.
В соответствии со статьей 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления.
В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 424 ГК РФ в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами.
Из содержания пункта 2 статьи 23 Закона об электроэнергетике следует, что цены (тарифы) на электрическую энергию, на услуги по передаче электрической энергии подлежат государственному регулированию.
Согласно пункту 15 Правил предоставления коммунальных услуг гражданам, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.05.2006 N 307 (действовавших в период рассматриваемых правоотношений), размер платы за электроснабжение рассчитывается по тарифам, установленным для ресурсоснабжающих организаций в порядке, определенном законодательством Российской Федерации. Аналогичное положение содержится в пункте 38 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354.
В силу пункта 83 Основных положений N 442 на территориях субъектов Российской Федерации, объединенных в неценовые зоны оптового рынка, для определения размера платежей, которые должны быть произведены гарантирующему поставщику потребителем (покупателем) в течение месяца, в котором осуществляется потребление электрической энергии (мощности), стоимость электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объеме покупки определяется исходя из регулируемых цен на электрическую энергию (мощность) за предшествующий расчетный период для соответствующей ценовой категории с учетом дифференциации регулируемых цен.
Основные принципы и методы регулирования цен (тарифов) в электроэнергетике определены утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178 Основами ценообразования.
Пунктом 71 Основ ценообразования предусмотрено, что при утверждении цен (тарифов) на электрическую энергию (мощность), поставляемую населению, проживающему в городских населенных пунктах в домах, оборудованных в установленном порядке стационарными электроплитами для пищеприготовления и (или) электроотопительными установками, а также для населения, проживающего в сельских населенных пунктах, в зависимости от региональных особенностей, социальных и экономических факторов, сложившихся в субъекте Российской Федерации, по решению органа исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов применяются понижающие коэффициенты от 0,7 до 1.
Во исполнение указанных положений постановлением департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/499 "Об установлении понижающих коэффициентов к ценам (тарифам) на электрическую энергию для населения и приравненным к нему категориям потребителей по Костромской области на 2015 год и о признании утратившим силу постановления департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 21.03.2014 N 14/28" установлены понижающие коэффициенты к ценам (тарифам) на электрическую энергию на 2015 год, утвержденным постановлением департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/500 "Об установлении цен (тарифов) для населения и приравненным к нему категориям потребителей по Костромской области на 2015 год и о признании утратившим силу постановления департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 17.12.2013 N 13/577".
В соответствии с пунктом 1 постановления департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/499 к ценам (тарифам) на электрическую энергию для населения, проживающего в городских населенных пунктах в домах, оборудованных в установленном порядке стационарными электроплитами и (или) электроотопительными установками, применяется понижающий коэффициент в размере 0,7.
Как следует из материалов дела, Николаева А.И. обратилась в сетевую организацию (ПАО "МРСК Центра") с заявкой на технологическое присоединение к электрическим сетям от 27.08.2014 (т. 2 л.д. 7), максимальной мощностью 15 кВт, напряжения на уровне 380 В, наименование энергопринимающего устройства — садовый дом с пристройкой, указав перечень оборудования: водонагреватель — 12 кВт, освещение — 3 кВт, стиральная машина-2 кВт, посудомоечная машина -2.4 кВт, духовой шкаф-2.4 кВт.
С соответствии с договором об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 10.09.2014 N 40960171 (2936-Ц/1 (3)-ТП(2014)И) объектом технологического присоединения является садовый дом с пристройкой. Аналогичное наименование объекта содержится в технических условиях для присоединения к электрическим сетям (т. 2 л.д. 8-10).
По результатам выполнения предусмотренных договором мероприятий сторонами составлены акт об осуществлении технологического присоединения от 17.12.2014 N 4366/2014А-Ц, акт разграничения границ балансовой принадлежности сторон, акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон в отношении присоединяемого объекта — садовый дом с пристройкой по адресу: г. Кострома, Кинешемское шоссе, СТ "Восток", участок 36 (т. 2 л.д. 11-13).
18.12.2014 Николаева А.И. обратилась к гарантирующему поставщику за заключением договора электроснабжения, приложив к своему заявлению, в том числе документы, составленные по результатам исполнения договора об осуществлении технологического присоединения. Наименование объекта в заявлении — жилой дом г. Кострома, ш. Кинешемское, СТ "Восток-1", участок 36, электроотопление и электроплита.
26.12.2014 Николаева А.И. обратилась в филиал ОАО "МРСК-Центра" — "Костромаэнерго" с заявлением о внесении изменений в акт ТП с приложениями в части изменения наименования уже технологически присоединенного объекта — "дом жилой, оборудован электроплитой и электроотоплением" (т. 1 л.д. 147).
Согласно записи на заявлении от 18.12.2014 "акт об осуществлении технологического присоединения выдан на руки для внесения изменений 30.12.2014 и впоследствии представлен 14.01.2015" (т. 1 л.д. 99).
Согласно имеющемуся в деле акту от 17.12.2014 N 4366/2014А-Ц наименование объекта изменено — "жилой дом с электроотоплением по адресу: г. Кострома, Кинешемское шоссе, СТ "Восток", участок 36" (т. 1 л.д. 149).
02.02.2015 ОАО "КСК" и потребителем Николаевой А.И. подписан договор энергоснабжения (т. 1 л.д. 101). В приложении N 3 к договору энергоснабжения от 02.02.2015 объект определен как жилой дом, тарифная группа — Население НН, при этом потребителем от руки дописано, что договор подписан с замечаниями и разногласиями, отмечено, что дом оборудован электроотоплением и электроплитой.
В своей претензии от 25.02.2015 Николаева А.И. выразила несогласие с определением тарифной группы, указала, что принадлежащий ей дом не газифицирован и, соответственно, оборудован стационарной электроплитой и электроотопительным оборудованием, при этом потребитель не просил внести какие-либо изменения в договор энергоснабжения, а просил сообщить в отношении применяемой тарифной группы (группы потребителей).
В заявлении от 13.03.2015 Николаева А.И. указала, что свидетельство о праве собственности на жилой дом выдано на основании декларации об объекте недвижимого имущества, выразила готовность помочь Обществу в оформлении технического паспорта на жилой дом за счет средств ОАО "КСК", сообщила о намерении обратиться в компетентные органы с заявлением о нарушении Обществом антимонопольного законодательства.
В письмах от 11.03.2015 и от 10.04.2015 Общество уведомляло Николаеву А.И. о том, что применение тарифа с понижающим коэффициентом возможно при оборудовании жилого дома стационарными электрическими плитами и (или) электроотопительными установками в установленном законом порядке, и предлагало представить предусмотренные законом документы, подтверждающие установку электрических плит при строительстве дома либо при его реконструкции. Между тем потребителем такие документы представлены не были, Николаева А.И. обратилась в контрольно-надзорные органы с целью принятия в отношении гарантирующего поставщика мер реагирования.
Антимонопольный орган и суд первой инстанции сочли, что информация, содержащаяся в акте о выполнении технических условий, акте осмотра (обследования) электроустановки, акте разграничения границ балансовой принадлежности сторон, акте разграничения эксплуатационной ответственности сторон, а также акте об осуществлении технологического присоединения, являлась достаточной для надлежащего определения ПАО "КСК" точки поставки; данная информация в совокупности с содержанием заявления Николаевой А.И. от 18.12.2014, в котором указано на оборудование дома электрической плитой, а также сведениями об отсутствии газификации садового товарищества при отсутствии доказательств несоблюдения установленного порядка установки электрической плиты в доме являлась необходимой и достаточной для применения Обществом правил о понижающем коэффициенте.
Вместе с тем суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом антимонопольного органа и суда о том, что рассмотренные действия заявителя в сложившейся ситуации могут быть квалифицированы в качестве нарушения антимонопольного законодательства в силу следующего.
Важно отметить, что нарушением антимонопольного законодательства являются не любые действия хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на товарном рынке, а только те, которые направлены на сохранение или укрепление своего положения на соответствующем товарном рынке с использованием запрещенных методов, наносящих ущерб конкурентам и (или) иным лицам. Сам по себе факт доминирования на рынке не свидетельствует о нарушении антимонопольного законодательства.
Сфера применения Закона о защите конкуренции ограничена определенным кругом общественных отношений. Квалификация действий лица как нарушающих запрет, предусмотренный Законом N 135-ФЗ, в частности отдельными положениями части 1 статьи 10 данного Закона, предполагает доказанность того, что такое поведение обусловлено именно злоупотреблением хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением, результатом которого являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц. Таким образом, важно доказать, что деяние лица содержит в себе антиконкурентный компонент, подпадающий под объект регулирования Закона N 135-ФЗ и требующий принятия мер именно антимонопольного контроля.
Закон N 135-ФЗ распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, организации, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели (часть 1 статьи 3).
Под монополистической деятельностью понимается злоупотребление хозяйствующим субъектом, группой лиц своим доминирующим положением, соглашения или согласованные действия, запрещенные антимонопольным законодательством, а также иные действия (бездействие), признанные в соответствии с федеральными законами монополистической деятельностью (пункт 10 статьи 4 Закона о защите конкуренции).
В целях исполнения возложенных на него функций, в том числе по обеспечению государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства хозяйствующими субъектами, предупреждением монополистической деятельности, антимонопольный орган наделен полномочиями, к числу которых согласно статье 23 Закона о защите конкуренции отнесены полномочия по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства, проведению проверок соблюдения антимонопольного законодательства коммерческими и некоммерческими организациями, федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, а также государственными внебюджетными фондами и физическими лицами, получению от них необходимых документов и информации, объяснений в письменной или устной форме.
Вместе с тем реализация предоставленных антимонопольному органу полномочий ограничена необходимостью соблюдения установленных Законом о защите конкуренции требований, служащих гарантией прав и законных интересов проверяемого лица.
В данном конкретном случае спорная ситуация вытекает из правоотношений Николаевой А.И. и ПАО "КСК", складывающихся в рамках договора энергоснабжения. По убеждению Управления, Общество безосновательно отнесло потребителя к группе "Население и приравненные к нему, за исключением потребителей, указанных в пунктах 2 и 3 Приложения N 1 к постановлению департамента государственного регулирования цен и тарифов Костромской области от 23.12.2014 N 14/500" и начисляло плату с применением тарифа для указанной группы потребителей. Посчитав, что ПАО "КСК" как доминант на товарном рынке розничной реализации электрической энергии не могло не обладать информацией о наличии в доме Николаевой А.И. установленной электрической плиты и не учитывать данную информацию при рассмотрении заявления о заключении договора энергоснабжения и даже при отсутствии разрешительной документации не могло применять тариф не в соответствии с фактически установленным оборудованием, антимонопольный орган признал ПАО "КСК", действиями которого ущемляются законные интересы потребителя, нарушившим пункт 10 части 1 статьи 10 и часть 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.
Между тем такой вывод сделан ответчиком без учета целей Закона о защите конкуренции, без установления обстоятельств, свидетельствующих о нарушении гарантирующим поставщиком норм антимонопольного законодательства, которое обусловлено именно злоупотреблением им своим доминирующим положением, имеет антиконкурентную направленность, напрямую нарушает антимонопольный запрет, привело или могло привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц и, соответственно, требует принятия мер антимонопольного регулирования. В этой связи не представляется возможным сделать однозначный вывод о том, что описанное поведение при отсутствии в законодательстве положений о том, что применение тарифа с понижающим коэффициентом осуществляется непосредственно в заявительном порядке, является нарушением антимонопольного законодательства.
Так, применительно к вмененному нарушению пункта 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции суд апелляционной инстанции учитывает следующее.
Пунктом 71 Основ ценообразования, который вменен антимонопольным органом в качестве нарушения пункта 10 части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ, установлено, что при утверждении цен (тарифов) на электрическую энергию (мощность), поставляемую населению, проживающему в городских населенных пунктах в домах, оборудованных в установленном порядке стационарными электроплитами для пищеприготовления и (или) электроотопительными установками, а также для населения, проживающего в сельских населенных пунктах, в зависимости от региональных особенностей, социальных и экономических факторов, сложившихся в субъекте Российской Федерации, по решению органа исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов применяются понижающие коэффициенты от 0,7 до 1.
Таким образом, данный пункт регламентирует утверждение цен (тарифов) на электрическую энергию органом исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов, а не их применение гарантирующим поставщиком. Нарушение какой-либо иной нормы права в качестве нарушения пункта 10 части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ не вменено.
Более того, отвечая на заявления потребителя от 25.02.2015 и от 13.03.2015, Общество обоснованно указало, что применение понижающего коэффициента в силу прямого указания нормы закона возможно только в том случае, когда дома оборудованы стационарными электроплитами для пищеприготовления и (или) электроотопительными установками в установленном порядке.
Такая формулировка нормы предполагает, что в целях применения понижающего коэффициента должен быть соблюден и подтвержден установленный порядок оборудования домов электроплитами для пищеприготовления и (или) электроотопительными установками. Применение понижающего коэффициента предусмотрено не в "заявительном", безусловном порядке, а при соблюдении определенных условий.
Как установлено пунктом 4.1 Инструкции о порядке согласования применения электрокотлов и других электронагревательных приборов, утвержденной Минтопэнерго Российской Федерации 24.11.1992 (зарегистрировано в Минюсте РФ 26.01.1993 N 127) вопросы применения кухонных электроплит в жилых домах, где не предусмотрено центральное отопление и горячее водоснабжение, должны согласовываться с региональными энергетическими комиссиями, образованными при правительствах республик, входящих в состав Российской Федерации, органах исполнительной власти краев, областей, г. Москвы, г. Санкт — Петербурга.
В силу пункта 1.6 данной Инструкцией должны руководствоваться все потребители электроэнергии, применяющие электронагревательные приборы независимо от ведомственной принадлежности и форм собственности.
Как установлено судом первой инстанции, действующими нормативными актами Костромской области не определены полномочия какого-либо органа исполнительной власти Костромской области на согласование установки электроплит.
Вместе с тем отсутствие нормативно урегулированного в субъекте Российской Федерации порядка согласования установки электрических плит, не изменяет вышеназванный нормативно определенный порядок применения понижающего коэффициента и не может с однозначностью влечь вывод о нарушении гарантирующим поставщиком, сославшимся на необходимость подтверждения соблюдения установленного порядка оборудования жилого дома электрической плитой, антимонопольного запрета.
Даже при условии, что такие действия гарантирующего поставщика не могут быть признаны безупречными, вывод о нарушении антимонопольного законодательства должен быть обоснован и доказан ответчиком.
Совокупность установленных по делу обстоятельств не свидетельствует в рассматриваемом конкретном случае о проявлении Обществом его рыночной силы и злоупотреблении доминирующим положением.
Само по себе неприменение Обществом понижающего коэффициента при отсутствии в законодательстве положения о его "автоматическом" применении в заявительном порядке по требованию потребителя, не может быть квалифицировано в качестве нарушения антимонопольного запрета.
В рассматриваемом случае на наличие в жилом доме электроотопления и электроплиты было указано только в заявлении потребителя Николевой А.И. от 18.12.2014 о заключении договора электроснабжения, адресованном Обществу. В то же время по условиям заявки на технологическое присоединение, договора об осуществлении технологического присоединения от 10.09.2014, заключенного Николаевой А.И. с ОАО "МРСК Центра — Костромаэнерго", технических условий, первоначально составленных актов об осуществлении технологического присоединения, разграничения границ балансовой принадлежности сторон, разграничения границ эксплуатационной ответственности сторон, объектом технологического присоединения являлся садовый дом с пристройкой по адресу: г. Кострома, Кинешемское шоссе, СТ "Восток", участок 36, точка присоединения — контактные соединения ВЛИ-0,4кВ района ТП N 237 на наружной стене садового дома (т. 2 л. Д. 7-13). Впоследствии наименование объекта изменено ОАО "МРСК Центра — Костромаэнерго" по заявлению потребителя (т. 1 л.д. 147) на "жилой дом с электроотоплением". Доказательств проверки и подтверждения факта установки в жилом доме электроотопления и электроплиты в деле не имеется. Из акта проверки прибора учета (т. 2 л.д. 77) иного не следует.
Вышеназванные акты с измененным наименованием объекта были представлены потребителем в ОАО "КСК". Вместе с тем вопреки утверждению антимонопольного органа из заявления потребителя и представленных актов с неизбежностью не следовал вывод об оборудовании жилого дома электроплитой в установленном порядке.
Утверждение антимонопольного органа в решении (листы 12-13 решения УФАС), что нормативно не предусмотрено, что при поставке электроэнергии в отсутствие разрешения подлежат применению тарифы не в соответствии с фактически установленным оборудованием, безотносительно к данному делу и установленным по делу обстоятельствам, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, однозначно подтверждающие факт установки определенного оборудования в жилом доме потребителя.
При использовании в нормативном правовом акте приведенной формулировки самостоятельная установка бытовых электрических плит не дает оснований для применения понижающего коэффициента при оплате электроэнергии (постановление Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2016 N 304-АД16-3532).
Таким образом, в данном деле ответчиком не доказано наличие в действиях Общества предусмотренного нормами антимонопольного законодательства нарушения установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования.
Рассматриваемые действия заявителя не могут быть признаны следствием сложившейся в Обществе политики по расчетам за поставленную электрическую энергию, по фактическим обстоятельствам являются единичным случаем. Обратного ответчиком в решении не доказано.
Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает, что применение одного из тарифов, установленных уполномоченным государственным органом, не связанное с включением в расчет оплаты дополнительных платежей к установленному тарифу (в данном случае — применение тарифа без учета понижающего коэффициента), не может рассматриваться как нарушение антимонопольного порядка ценообразования. Аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2012 N 8433/11.
При изложенных обстоятельствах следует признать необоснованным вывод антимонопольного органа и суда первой инстанции о наличии и доказанности в действиях ПАО "КСК" нарушения антимонопольного запрета, предусмотренного пунктом 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.
То обстоятельство, что впоследствии департамент государственного регулирования цен и тарифов Костромской области на основании тех же документов, что Николаева А.И. представляла в ПАО "КСК" при заключении договора энергоснабжения, сделал вывод о необходимости применения тарифа с понижающим коэффициентом, также с неизбежностью не свидетельствует о допущенном со стороны Общества нарушении антимонопольного законодательства, поскольку департамент государственного регулирования цен и тарифов Костромской области является уполномоченным органом в области государственного регулирования цен (тарифов). На момент рассматриваемых отношений (ведения между Николаевой А.И. и Обществом переписки по вопросу представления документов, подтверждающих установку электрической плиты в установленном порядке) разъяснения уполномоченного органа по данному вопросу, изложенные в его письмах от 02.06.2015 N Д/РЦТ-1821 и от 03.06.2015 N Д/РЦТ-1846, отсутствовали и не могли быть приняты во внимание. Следовательно, спорные действия не могут быть признаны совершенными вопреки позиции компетентного органа с исключительным намерением причинить вред потребителю.
Последующее непосредственно после получения ответа Департамента проведение Обществом перерасчета за потребленную электрическую энергию с применением тарифа с понижающим коэффициентом дополнительно косвенно подтверждает отсутствие злоупотребления рыночной властью.
Пунктом 34 Основных положений N 442 предусмотрено, что потребитель (покупатель), имеющий намерение заключить с гарантирующим поставщиком договор энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)), предоставляет гарантирующему поставщику заявление о заключении соответствующего договора и следующие документы:
— подписанный заявителем проект договора энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)) или протокол разногласий к проекту договора;
— правоустанавливающие и иные документы заявителя;
— документы, подтверждающие право собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, аренды и иные законные права владения и (или) пользования, предусмотренные законодательством Российской Федерации) на энергопринимающие устройства, либо документы, подтверждающие право владения и (или) пользования земельным участком, о снабжении которых электрической энергией указано в заявлении о заключении договора;
— подписанная уполномоченным лицом энергосбытовой (энергоснабжающей) организации выписка из договоров энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)), заключенных с потребителями, в интересах которых энергосбытовая (энергоснабжающая) организация намеревается приобретать электрическую энергию (мощность) у гарантирующего поставщика;
— документы, подтверждающие технологическое присоединение (в том числе и опосредованно) в установленном порядке к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации энергопринимающих устройств;
— документы о допуске в эксплуатацию приборов учета;
— документ, подтверждающий наличие технологической и (или) аварийной брони;
— иные документы, необходимые для заключения договора оказания услуг по передаче электрической энергии в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг.
Согласно пункту 74 Основных положений N 442 в случае если гражданин имеет намерение заключить в простой письменной форме договор энергоснабжения с гарантирующим поставщиком, то он направляет гарантирующему поставщику, в зоне деятельности которого расположены энергопринимающие устройства такого гражданина, заявление о заключении соответствующего договора с приложением к нему имеющихся у него на дату направления заявления документов из числа указанных в пункте 34 Основных положений.
По желанию указанный гражданин вправе приложить к заявлению на заключение договора подписанный им проект договора энергоснабжения или протокол разногласий к проекту договора энергоснабжения.
Если представленных этим гражданином документов недостаточно для подтверждения выполнения условий, необходимых для заключения договора в соответствии с пунктом 34 Основных положений, и у такого гражданина отсутствуют соответствующие документы, соблюдение указанных условий должно быть проверено гарантирующим поставщиком самостоятельно.
Договор энергоснабжения, заключенный между гарантирующим поставщиком и указанным гражданином в письменной форме, должен соответствовать Основным положениям.
Названные положения предусматривают перечень документов, необходимых для заключения договора энергоснабжения.
Из материалов дела следует, что договор энергоснабжения между ПАО "КСК" и Николаевой А.И. был заключен и исполнялся. Каких-либо препятствий к его заключению не имелось, пакет представленных потребителем документов являлся достаточным и соответствовал перечню, приведенному в пункте 34 Основных положений N 442, дополнительные материалы, необходимые именно для заключения договора, гарантирующим поставщиком не запрашивались. Из ответов Общества от 11.03.2015 и от 10.04.2015 на претензии потребителя следует, что документы необходимы именно для решения вопроса о применении тарифа с понижающим коэффициентом, но не для заключения договора. Общество указывало, что договор заключен и вступил в силу с момента подписания. Сторонами были согласованы все существенные условия договора энергоснабжения, вследствие чего вывод антимонопольного органа в оспариваемом решении о незаключенности договора представляется недоказанным.
В рассматриваемой ситуации вменение нарушения пункта 34 Основных положений N 442 является безосновательным. При этом не любое нарушение доминирующим субъектом отраслевых норм может быть признано нарушением антимонопольного законодательства, злоупотреблением доминирующим положением.
Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении Обществом, предлагающим обратившемуся к нему потребителю подтвердить факт установки в его доме электрической плиты в установленном порядке, как того требует нормативный акт, именно норм антимонопольного законодательства, которое обусловлено злоупотреблением им своим доминирующим положением, имеет антиконкурентную направленность, привело или могло привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц, Управлением в оспариваемом решении не установлено, как и не установлено, в чем конкретно в рассматриваемом случае выразилось злоупотребление Обществом доминирующим положением на соответствующем рынке.
При таких условиях вывод Управления о нарушении Обществом части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ ввиду истребования у Николаевой А.И. дополнительных документов, не предусмотренных пунктом 34 Основных положений N 442, также следует признать недоказанным. Нарушений порядка заключения договора из материалов дела не усматривается, а применительно к механизму определения статуса потребителя (отнесения его к конкретной группе) и установления в отношении него того или иного тарифа в целях начисления платы за электрическую энергию пункты 34, 74 Основных положений N 442, нарушение которых усмотрено ответчиком в действиях ПАО "КСК", являются безотносительными.
Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.
Повторно исследовав обстоятельства дела и представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае имелась предусмотренная статьями 198, 201 АПК РФ совокупность условий, необходимых для признания недействительным оспариваемого решения Управления от 28.12.2015 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290.
При таких условиях решение Арбитражного суда Костромской области от 10.08.2016 по делу N А31-3070/2016 подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ в связи с несоответствием изложенных в нем выводов о допущенных ПАО "КСК" нарушениях антимонопольного законодательства обстоятельствам дела; требование заявителя надлежит удовлетворить.
Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
Согласно положениям подпунктов 3, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче в арбитражные суды заявлений о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными государственная пошлина для юридических лиц составляет 3 000 рублей, а при подаче апелляционной жалобы на решения арбитражного суда по делам данной категории — 1500 рублей.
Учитывая, что согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, принимая во внимание, что требование заявителя подлежит удовлетворению, понесенные Обществом расходы по государственной пошлине за рассмотрение заявления в суде первой инстанции (в размере 3000 рублей) и апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции (в размере 1500 рублей) подлежат взысканию с ответчика в пользу заявителя.
При подаче заявления в суд первой инстанции ПАО "КСК" представило платежные поручения от 02.09.2015 N 4219 и от 02.09.2015 N 4220, подтверждающие уплату государственной пошлины в общей сумме 4 000 рублей по другому делу и просило зачесть ее в счет уплаты государственной пошлины по настоящему делу. Излишне уплаченная по платежному поручению от 02.09.2015 N 4220 государственная пошлина в размере 1 000 рублей возвращена заявителю на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации (справка на возврат государственной пошлины выдана Арбитражным судом Костромской области).
При подаче апелляционной жалобы Общество по платежному поручению от 08.09.2016 N 4243 уплатило государственную пошлину в размере 3 000 рублей, в связи с чем на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 1 500 рублей также подлежит возврату из федерального бюджета ее плательщику.
Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

постановил:

апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Костромская сбытовая компания" удовлетворить.
Решение Арбитражного суда Костромской области от 10.08.2016 по делу N А31-3070/2016 отменить, принять по делу новый судебный акт.
Требование публичного акционерного общества "Костромская сбытовая компания" (ИНН: 4401050567, ОГРН: 1044408642629) о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Костромской области от 28.12.2015 (резолютивная часть объявлена 16.12.2015) по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290 удовлетворить.
Решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Костромской области от 28.12.2015 (резолютивная часть объявлена 16.12.2015) по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 04-19/1290 признать недействительным.
Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Костромской области (ИНН: 4401004867, ОГРН: 1024400537556) в пользу публичного акционерного общества "Костромская сбытовая компания" судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 500 (четырех тысяч пятисот) рублей, в том числе 3 000 (трех тысяч) рублей за рассмотрение заявления в суде первой инстанции и 1 500 (одной тысячи пятисот) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции.
Арбитражному суду Костромской области выдать исполнительный лист.
Возвратить публичному акционерному обществу "Костромская сбытовая компания" из федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 000 (одной тысячи) рублей, излишне уплаченную по платежному поручению от 02.09.2015 N 4220 за рассмотрение заявления в суде первой инстанции.
Справку на возврат государственной пошлины не выдавать.
Возвратить публичному акционерному обществу "Костромская сбытовая компания" из федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 500 (одной тысячи пятисот) рублей, излишне уплаченную по платежному поручению 08.09.2016 N 4243 за рассмотрение апелляционной жалобы.
Выдать справку на возврат государственной пошлины.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.
Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 — 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Г.Г.ИВШИНА

Судьи П.И.КОНОНОВ М.В.НЕМЧАНИНОВА