Требование: О признании частично недействительным договора, взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по уплате государственной пошлины

Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2017 N 16АП-5230/2016 по делу N А20-603/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2017 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 18 января 2017 года.
Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Жукова Е.В.,
судей: Джамбулатова С.И., Сомова Е.Г.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Авдыш М.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Каббалкэнерго" на решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016
по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ММП Водоканал г. Нарткала", г. Нарткала
к публичному акционерному обществу "Каббалкэнерго", г. Нальчик,
о взыскании 955 740 рублей,
третье лицо: публичного акционерного общества "МРСК Северного Кавказа Кабардино-Балкарской Республики", г. Нальчик, (судья А.Ю. Маирова),
при участии в судебном заседании представителей:
от публичного акционерного общества "Каббалкэнерго" — Сабанова М.М. по доверенности N 07АА0489677 от 09.01.2017;
от общества с ограниченной ответственностью "ММП Водоканал г. Нарткала" — Егожев Р.А. по доверенности N 28 от 17.02.2016;
в отсутствие иных, неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

установил:

общество с ограниченной ответственностью "ММП Водоканал г. Нарткала" (далее — истец, ООО "ММП Водоканал г. Нарткала") обратилось в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с иском к публичному акционерному обществу "Каббалкэнерго" (далее — ответчик, ПАО "Каббалкэнерго"), в котором просило:
— признать ничтожным включение уровня напряжения НН в приложения к договорам энергоснабжения от 01.01.2013 и от 01.07.2013 N У-226 г и N У-481 в той части, в которой такое включение уровня напряжения НН толкуется в качестве основания для применения ПАО "Каббалкэнерго" тарифа на услуги по передаче электрической энергии, соответствующего уровня напряжения НН, в отношении точек поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) и ТП-330 (скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная, Водозабор 2);
— взыскать с ответчика 820 269 руб. с НДС сумму неосновательного обогащения исходя из разницы между стоимостью электрической энергии, рассчитанной по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему низкому уровню напряжения (НН), и стоимостью электрической энергии, подлежащей расчету по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему среднему второму уровню напряжения (СН-2), в том числе: 735 592 руб. с НДС по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная) за период с февраля 2013 года по февраль 2015 года включительно; 84 676 руб. с НДС по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) за период с февраля 2013 года по декабрь 2014 года включительно;
— взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с неправильным применением тарифа на услуги по передаче электрической энергии за период с 01.03.2013 по 01.03.2016 в размере 135 471 рубль, в том числе: 121 555 руб., по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная); 13 916 руб. по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала);
— взыскать с ответчика 22 114 руб. 80 коп. расходов по уплате государственной пошлины.
В суде первой инстанции истец заявлением от 14.09.2016 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования и просил:
— признать ничтожным включение уровня напряжения НН в приложения к договорам энергоснабжения от 01.01.2013 и от 01.07.2013 N У-226 г и N У-481 в той части, в которой такое включение уровня напряжения НН толкуется в качестве основания для применения ПАО "Каббалкэнерго" тарифа на услуги по передаче электрической энергии, соответствующего уровня напряжения НН, в отношении точек поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) и ТП-330 (скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная, Водозабор 2);
— взыскать с ответчика 791 256 руб. с НДС сумму неосновательного обогащения исходя из разницы между стоимостью электрической энергии, рассчитанной по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему низкому уровню напряжения (НН), и стоимостью электрической энергии, подлежащей расчету по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему среднему второму уровню напряжения (СН-2), в том числе: 709 459 руб. 68 коп. с НДС по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная) за период с февраля 2013 года по февраль 2015 года включительно; 81 796 руб. 49 коп. с НДС по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) за период с февраля 2013 года по декабрь 2014 года включительно;
— взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с неправильным применением тарифа на услуги по передаче электрической энергии за период с 01.04.2013 по 10.10.2016 в размере 169 397 руб., в том числе: 151 943 руб. по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная); 17 453 руб. по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала);
— взыскать с ответчика 22 114 руб. 80 коп. расходов по уплате государственной пошлины.
Судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты к рассмотрению уточненные исковые требования общества.
Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016 судом первой инстанции признано ничтожным включение уровня напряжения НН в приложения к договорам энергоснабжения от 01.01.2013 и от 01.07.2013 N У-226 г и N У-481 в той части, в которой такое включение уровня напряжения НН толкуется в качестве основания для применения ПАО "Каббалкэнерго" тарифа на услуги по передаче электрической энергии, соответствующего уровня напряжения НН, в отношении точек поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) и ТП-330 (скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная, Водозабор 2).
Кроме того, с публичного акционерного "Каббалкэнерго" взыскано в пользу ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" 791 256 руб. с НДС сумма неосновательного обогащения исходя из разницы между стоимостью электрической энергии, рассчитанной по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему низкому уровню напряжения (НН), и стоимостью электрической энергии, подлежащей расчету по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему среднему второму уровню напряжения (СН-2), в том числе: 709 459 руб. 68 коп. с НДС по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная) за период с февраля 2013 года по февраль 2015 года включительно; 81 796 руб. 49 коп. с НДС по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) за период с февраля 2013 года по декабрь 2014 года включительно.
С публичного акционерного общества "Каббалкэнерго" также взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью "ММП Водоканал г. Нарткала" 169 397 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с неправильным применением тарифа на услуги по передаче электрической энергии за период с 01.04.2013 по 10.10.2016, в том числе: 151 943 руб. по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная); 17 453 руб. по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала).
С публичного акционерного общества "Каббалкэнерго" взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью "ММП Водоканал г. Нарткала" 22 114 руб. 80 коп. расходов по уплате государственной пошлины.
Не согласившись с решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016, ПАО "Каббалкэнерго" обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требованиях ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" к ПАО "Каббалкэнерго" отказать.
В обоснование жалобы, апеллянт ссылается на то, что при вынесении обжалуемого решения судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права и не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела.
В отзыве на апелляционную жалобу ООО "ММП Водоканал г. Нарткала", ссылаясь на законность и обоснованность вынесенного судебного акта, просило отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.
В судебном заседании от 11.01.2017 представитель ПАО "Каббалкэнерго", поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу — удовлетворить.
Представитель ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились, явку представителей не обеспечили.
В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.
Правильность решения Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016 проверена в апелляционном порядке в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Арбитражный суд апелляционной инстанции, рассмотрев повторно дело по апелляционной жалобе, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, учитывая доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, в отзыве на апелляционную жалобу, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив в совокупности материалы дела, считает, что решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, между ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" и ПАО "Каббалкэнерго" заключены следующие идентичные (за исключением точек поставки в отношение которых они были заключены) по содержанию их условий (публичные) договоры:
а) договоры энергоснабжения N У-481 от 01.01.2013 (срок действия с 01.01.2013 по 01.07.2013) и от 01.07.2013 (срок действия с 01.07.2013 по настоящее время) (далее — договор У-481). Данные договоры заключены в отношении единственной спорной точки поставки: ТП-18 (ранее ТП-12) — водозабор 1 с. Шитхала. Указанная точка поставки отражена в Приложении 3 к данному договору энергоснабжения. Описание присоединения: Водозабор 1 с. Шитхала подключен от трансформаторной подстанции N 18 (ранее ТП-12) сетевой организации с высшим (питающим центром) уровнем напряжения 6 кВ (СН-2) и низшим уровнем напряжения 0,4 кВ (НН), кабельной линией потребителя от контактных соединений кабельных наконечников 0,4кВ на отходящем рубильнике (коммутационном аппарате) в распределительном устройстве (РУ-0,4 кВ) ТП-18 (ранее ТП-12). Границей балансовой принадлежности, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон от 01.01.2013 (см. приложение 11 к иску), является точка присоединения кабельной линии к ТП-12, так как пунктом 1 данного акта на баланс сетевой организации отнесена сама ТП-12, а отходящая от ТП-12 линия на баланс истца. Впоследствии, на основании письма истца от 04.09.2014 N 210, сетевой организацией подготовлен акт разграничения границ балансовой принадлежности сторон от 25.09.2014, составленный по формату, предусмотренному Приложением 7 к Правилам технологического присоединения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861, в котором конкретизированы границы балансовой принадлежности и определены на контактных соединениях кабельных наконечников 0,4кВ на отходящем рубильнике в распределительном устройстве (РУ-0,4) ТП-18 (ранее — ТП-12), что соответствует предыдущему акту от 01.01.2013. Рубильник является коммутационным аппаратом;
б) договоры энергоснабжения N У-226 г от 01.01.2013 (срок действия с 01.01.2013 по 01.07.2013) и от 01.07.2013 (срок действия с 01.07.2013 по настоящее время) (далее — договор У-226г). Договоры У-226 г заключены в отношении 8-ми точек поставки, в том числе одной из них спорной точки поставки: ТП-330 — скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная (Водозабор 2).
Указанная точка поставки отражена в Приложении 3 к данному договору энергоснабжения по строке с номером 6. Описание присоединения: Скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная (Водозабор 2) подключена от трансформаторной подстанции N 330 (далее ТП-330) с высшим (питающим центром) уровнем напряжения 6 кВ (СН-2) и низшим уровнем напряжения 0,4 кВ (НН), кабельной линией потребителя от контактных соединений кабельных наконечников 0,4кВ на отходящем рубильнике (коммутационном аппарате) в распределительном устройстве (РУ-0,4 кВ) ТП-330. Границей балансовой принадлежности, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон от 01.01.2013, является ТП-330 с силовым трансформатором, который был отнесен пунктом 1 данного акта на баланс истца.
Впоследствии, на основании письма истца от 04.09.2014 N 210 сетевой организацией подготовлен акт разграничения границ балансовой принадлежности сторон от 25.09.2014, составленный по формату, предусмотренному Приложением 7 к Правилам технологического присоединения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861, в котором конкретизированы границы балансовой принадлежности и определены на контактных соединениях кабельных наконечников 0,4кВ на отходящем рубильнике в распределительном устройстве (РУ-0,4) ТП-330. Рубильник является коммутационным аппаратом.
Пунктом 6.1. договоров У-481 и У-226 г от 01.01.2013 и от 01.07.2013 предусмотрено, что оплата по настоящему Договору производится по цене и (или) в соответствии с порядком определения цены, установленном в соответствии с положениями действующих на момент оплаты федеральных законов, иных нормативных правовых актов, а также актов уполномоченных органов власти в области государственного регулирования тарифов. В случае, если в ходе исполнения настоящего Договора вступил в силу нормативный правовой акт, изменяющий порядок определения цены по договору, или уполномоченным органом власти в области государственного регулирования тарифов принят акт об установлении новой цены (тарифа), Стороны, с момента введения его в действие при осуществлении расчетов по настоящему Договору, обязаны применять новый порядок определения цен и (или) новую цену (тариф) без дополнительного согласования.
Пункт 10.1. договоров У-481 и У-226 г от 01.01.2013 и от 01.07.2013 предусматривает условие о том, что настоящий Договор заключен в соответствии с положениями законов и (или) иных нормативных правовых актов, действующих на момент его заключения.
В пункте 10.2. договоров У-481 и У-226 г от 01.01.2013 и от 01.07.2013 сторонами согласовано условие, что в случае, если после заключения настоящего Договора будут приняты законы и (или) иные нормативные правовые акты, устанавливающие иные правила исполнения публичных договоров или содержащие иные правила деятельности Гарантирующего поставщика, сетевой организации, Потребителя и иных субъектов, деятельность которых влияет на надлежащее исполнение настоящего Договора, то установленные такими нормативными правовыми актами новые (в том числе измененные) нормы обязательны для Сторон настоящего Договора с момента их вступления в законную силу (в том числе с момента, указанного в самих нормативных правовых актах). При этом считаются согласованными императивные нормы без дополнительного согласования.
Пункт 12.3. договоров У-481 и У-226 г от 01.01.2013 и от 01.07.2013 предусматривает, что при исполнении настоящего Договора стороны руководствуются законами в области электроэнергетики, в том числе утверждаемыми Правительством Российской Федерации основными положениями функционирования розничных рынков, а также устанавливающими правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и иными регулирующими функционирование (ценообразование) розничных рынков нормативными документами в области электроэнергетики.
В связи с отсутствием у истца квалифицированного персонала, в октябре 2014 года истец заключил договор с независимым экспертом в сфере электроэнергетики — ООО "Агентство региональных энергетических проектов", в рамках которого была проведена экспертиза предъявляемых к оплате истцу счетов за электрическую энергию.
На основе проведенной независимой экспертизы, в числе прочих выявленных нарушений, в пункте 1.2. заключения ООО "АРЭП" от 14.10.2014 N 1 было отражено неосновательное использование в расчетах низкого уровня напряжения (НН) вместо подлежащего применению среднего второго (СН-2) по спорным точкам поставки (л.д. 122-132, том 1).
Выводы вышеуказанного заключения послужили основанием для направления в адрес ОАО "Каббалкэнерго" письма от 17.10.2014 N 101, в котором истец для начала просил согласовать условия применения тарифа на услуги по передаче электрической энергии соответствующего среднему второму уровню напряжения (СН-2) вместо применяемого в тот момент низкого уровня напряжения (НН) в отношение двух спорных точек поставки. ОАО "Каббалкэнерго" данное заявление направило для рассмотрения в сетевую организацию Кабардино-Балкарский филиал ОАО "МРСК Северного Кавказа" (письмо от 24.10.2014 N 01/13-2462.
Первоначально истец получил немотивированный отказ, который содержался в письме Кабардино-Балкарского филиала ОАО "МРСК Северного Кавказа" от 18.11.2014 N КБФ/01/2231 и письме ОАО "Каббалкэнерго" от 20.11.2014 N 02/13-2637, которые не содержали мотивированных опровержений доводов приведенных истцом в обоснование необходимости согласования для целей расчетов за услуги по передаче электрической энергии уровня напряжения СН-2 по спорным точкам поставки.
В этой связи истец направил в адрес ОАО "Каббалкэнерго" и ОАО "МРСК Северного Кавказа" претензию N 275 от 05.12.2014.
ОАО "Каббалкэнерго" направило ответ N 02/13-08 от 13.01.2015, в котором указывается, что решением КБФ ОАО "МРСК Северного Кавказа" от 26.12.2014, которое также было согласовано ответчиком, по одной из спорных точек поставки, а именно ТП-18 (ранее — ТП-12), определено применить тариф СН-2 с 01.01.2015. Однако, по второй спорной точке поставки (ТП-330) вновь дан немотивированный отказ, хотя в обеих точках поставки границы балансовой принадлежности были определены идентично.
Данное решение направлено ответчику письмом КБФ ОАО "МРСК Северного Кавказа" от 30.12.2014 N КБФ/01/2587.
Учитывая немотивированный отказ сетевой организации в переводе второй спорной точки поставки (ТП-330) на расчеты по СН-2, истец направил в адрес ОАО "Каббалкэнерго" и КБФ ОАО "МРСК Северного Кавказа" повторную претензию от 15.01.2015 N 3 и одновременно обратился в Управление ФАС по КБР с жалобой от 12.01.2015 N 1.
Рассмотрев жалобу истца, Управление ФАС по КБР вынесло предупреждение от 17.02.2015 N 06/591 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства.
В соответствии с указаниями УФАС РФ по КБР решением КБФ ОАО "МРСК Северного Кавказа" от 01.03.2015, которое также согласовано ответчиком, уже по второй спорной точке поставки, а именно ТП-330, определено применить тариф СН-2, но только с 01.03.2015.
Полагая, что ответчик совместно с сетевой организацией в итоге признали, что исходя из условий подключения истца к сети в расчетах должны применять тариф СН-2, однако недобросовестно уклонялись от перевода на законный вид тарифа, получая при этом неосновательную выгоду, вынуждая истца оплачивать по более высокому тарифу, что ежемесячно причиняло убытки истцу и то, что тариф СН-2 должен применяться с даты заключения договоров энергоснабжения, то сеть с 01.01.2013 года, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.
Суд первой инстанции правильно определил характер спорных правоотношений и применил нормы права, регулирующие спор.
Оценивая законность и обоснованность заявленных истцом к ответчику требований о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.
Суд первой инстанции верно посчитал, что правовые основы экономических отношений, сложившихся между истцом и ответчиком установлены общими нормами права, регулирующими договорные отношения.
Частью 1 пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) предусмотрено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).
Пункт 1 статьи 422 ГК РФ определяет, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Пункт 2 статьи 422 ГК РФ установил, что если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.
Абзац 2 пункта 1 статьи 424 ГК РФ гласит, что в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления.
Вышеуказанные общие нормы гражданского законодательства императивно предопределяют общие принципы установления условий договоров на основании иных нормативных правовых актов, и их приоритет над условиями договора при противоречии друг другу таких норм и условий.
Дополнительно к общим нормам, правовыми основами экономических отношений между истцом и ответчиком являются также следующие специальные нормы права, регулирующие публичные отношения в сфере электроснабжения, которые не допускают согласования сторонами иных условий публичного договора, кроме как тех, которые предусмотрены таким законодательством:
В соответствии с частью 2 пункта 1 статьи 426 ГК РФ (в ред. действовавшей в спорный период 2013-2014 годы), коммерческая организация не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим в отношении заключения публичного договора, кроме случаев, предусмотренных законом и иными правовыми актами.
Согласно пункту 2 статьи 426 ГК РФ (в ред. действовавшей в спорный период 2013-2014 годы), цена товаров, работ и услуг, а также иные условия публичного договора устанавливаются одинаковыми для всех потребителей, за исключением случаев, когда законом и иными правовыми актами допускается предоставление льгот для отдельных категорий потребителей.
Согласно пункту 5 статьи 38 Закона об электроэнергетике и абзацу 7 пункта 28 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 N 442 (далее — Основные положения N 442), договор энергоснабжения, заключаемый гарантирующим поставщиком с потребителем электрической энергии, является публичным, что указывает на обязательность применения к нему норм статьи 426 ГК РФ, являющихся специальными по отношению к общим нормам, содержащимся в главе 27 ГК РФ.
Согласно пункту 1.1. статьи 23.2. Закона об электроэнергетике, деятельность по оказанию услуг по передаче электрической энергии осуществляется в условиях естественной монополии и регулируется в соответствии с законодательством о естественных монополиях, Законом об электроэнергетике и другими федеральными законами.
Пунктом 4 статьи 23.1. Закона об электроэнергетике, установлено, что государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках подлежат в числе прочих цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов).
В соответствии с пунктом 41 Основных положений N 442, существенными условиями договора энергоснабжения являются условия, предусмотренные пунктом 40 настоящего документа, а также, в числе прочих, существенные условия договора оказания услуг по передаче электрической энергии в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии.
Согласно пункту 78 Основных положений N 442 расчеты за электрическую энергию (мощность) по договору энергоснабжения осуществляются с учетом того, что стоимость электрической энергии (мощности) по договору энергоснабжения включает стоимость объема покупки электрической энергии (мощности), стоимость услуг по передаче электрической энергии, сбытовую надбавку, а также стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям.
В соответствии с подпунктом "б" пункта 13 (пп. "б" в ред. Постановления Правительства РФ от 04.05.2012 N 442) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 861 27.12.2004 (далее — Правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии), договор должен содержать следующие существенные условия: порядок определения размера обязательств потребителя услуг по оплате услуг по передаче электрической энергии в соответствии с пунктом 15 (1) настоящих Правил, включающий, в том числе, порядок расчета стоимости услуг сетевой организации по передаче электрической энергии.
Согласно пункту 15 (1) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется исходя из тарифа на услуги по передаче электрической энергии, определяемого в соответствии с разделом V настоящих Правил, и объема оказанных услуг по передаче электрической энергии.
Пунктом 48 (содержащегося в разделе V) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, установлено, что тарифы на услуги по передаче электрической энергии устанавливаются в соответствии с Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике и Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике.
В пункте 1 статьи 23 Закона об электроэнергетике (в ред. Федерального закона от 26.07.2010 N 187-ФЗ) закреплено, что государственное регулирование цен (тарифов) осуществляется в порядке, установленном основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике и правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными Правительством Российской Федерации. При этом регулируемые цены (тарифы) могут устанавливаться как в числовом выражении, так и в виде формул или порядка определения таких цен.
Такие Основы ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике и Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утверждены Постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 N 1178, в соответствии с полномочиями, предоставленными пунктом 1 статьи 24 Закона об электроэнергетике.
Согласно пункту 1 Положения о Федеральной службе по тарифам, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 N 332 (далее — Положение о ФСТ России), Федеральная служба по тарифам (ФСТ России) является федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным осуществлять правовое регулирование в сфере государственного регулирования цен (тарифов) на товары (услуги) в соответствии с законодательством Российской Федерации и контроль за их применением. В соответствии с абзацем 3 подпункта 5.2.1. пункта 5.2. Положения о ФСТ России, последнее на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации самостоятельно принимает нормативные правовые акты в установленной сфере деятельности, в том числе методические указания (методики) по расчету регулируемых тарифов (цен) и (или) их предельных уровней на электрическую энергию (мощность) и размера платы за услуги, оказываемые на оптовом и розничных рынках электрической энергии (мощности), с использованием установленных методов регулирования. Это положение согласуется на наш взгляд с пунктом 7 статьи 3 и пунктом 4 статьи 426 ГК РФ.
Руководствуясь Положением о ФСТ России, Законом об электроэнергетике, Правительственными актами, такими как — Основами ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в Российской Федерации и Правилами государственного регулирования и применения тарифов (цен) на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации, Приказом ФСТ России от 06.08.2004 N 20-э/2 были утверждены Методические указания по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке (далее — Методические указания).
Пунктом 44 Методических указаний предусмотрена дифференциация ставки для исчисления размера тарифа на услуги по передаче электрической энергии на четыре уровня напряжения, в том числе СН2 и НН.
Пунктом 45 Методических указаний установлена особенность оплаты электрической энергии в части составляющей услуг по передаче электрической энергии потребителями, энергопринимающие устройства которых присоединены к электрическим сетям сетевой организации при определенных данным пунктом условиях. В частности, пунктом 45 Методических указаний предусмотрено, что при расчете тарифа на услуги по передаче электрической энергии за уровень напряжения принимается значение питающего (высшего) напряжения центра питания (подстанции) независимо от уровня напряжения, на котором подключены электрические сети потребителя (покупателя, ЭСО), при условии, что граница раздела балансовой принадлежности электрических сетей рассматриваемой организации и потребителя (покупателя, ЭСО) устанавливается на: выводах проводов из натяжного зажима портальной оттяжки гирлянды изоляторов воздушных линий (ВЛ), контактах присоединения аппаратных зажимов спусков ВЛ, зажимах выводов силовых трансформаторов со стороны вторичной обмотки, присоединении кабельных наконечников КЛ в ячейках распределительного устройства (РУ), выводах линейных коммутационных аппаратов, проходных изоляторах линейных ячеек, линейных разъединителях.
Судом первой инстанции верно установлено, что из выводов, содержащихся в Решении ВАС РФ от 26.02.2006 N 16609/05, следует, что пунктом 45 Методических указаний установлено правило определения уровня напряжения, используемого при расчетах за электроэнергию при определенных условиях подключения сетей регулируемой организации и потребителя. Также в Решении ВАС РФ отмечено, что:
— данное правило соответствует требованиям о применении дифференциации платы за услуги по передаче электрической энергии в едином порядке для всех потребителей (покупателей),
— регулируемая организация при осуществлении расчетов с потребителями за поставляемую электроэнергию обязана применять тариф, соответствующий уровню напряжения, по которому она фактически и поставляет электроэнергию потребителю. При этом обеспечивается принцип, при котором потребитель не оплачивает услуги, которые не были ему оказаны,
— ФСТ России правомерно предусмотрела в главе VIII Методических указаний пункт 45, содержание которого направлено на достижение баланса интересов потребителей и субъектов естественных монополий.
Кроме того, в последнем абзаце Информационного письма ФСТ России от 24.03.2006 N ЕЯ-1433/14 "О применении п. 45 методических указаний" указано, что "… расчет тарифов на услуги по передаче в настоящее время необходимо производить в строгом соответствии п. 45 Методических указаний, а также в обязательном порядке учитывать действие данного пункта при заключении договоров с потребителями на услуги по передаче электроэнергии." (эти требования относятся к договорам энергоснабжения в силу пункта 41 Основных положений N 442 и подпункта "б" пункта 13 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии). В соответствии с пунктом 6.13 Положения о ФСТ России, разъяснения по правилам применения тарифов на услуги субъектов естественных монополий, а также по применению методических указаний по расчету размера платы за услуги, оказываемые на рынках электроэнергии, уполномочена давать Федеральная служба по тарифам. В связи с этим позиция указанного федерального органа исполнительной власти должна учитываться для правильного разрешения спора (подобная формулировка о необходимости учета разъяснений ФСТ России при разрешении дел прямо отражена в определении Верховного Суда РФ от 19.06.2015 N 305-ЭС15-2545 по делу N А40-78260/2013 и определении Верховного Суда РФ от 26.10.2015 N 305-ЭС15-8748 по делу N А40-53908/2014).
Более того, порядок определения уровня напряжения, установленный пунктом 45 Методических указаний, не только не был отменен впоследствии, но и был укреплен на Правительственном уровне Постановлением Правительства РФ от 31.07.2014 N 740, которым с 01.08.2014 введена новая редакция абзаца 3 пункта 15 (2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, согласно которому, при расчете и применении цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии, дифференцированной по уровням напряжения в соответствии с Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, уровень напряжения в отношении каждой точки поставки определяется в следующем порядке: если граница раздела балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства сетевой организации и энергопринимающих устройств и (или) иных объектов электроэнергетики потребителя электрической энергии (мощности) установлена на объектах электросетевого хозяйства, на которых происходит преобразование уровней напряжения (трансформация), принимается уровень напряжения, соответствующий значению питающего (высшего) напряжения указанных объектов электросетевого хозяйства.
Указанная редакция абзаца 3 пункта 15 (2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии полностью согласуется с пунктом 45 Методических указаний и повышает юридическую силу данного правила поведения сторон в иерархии нормативных правовых актов при исполнении публичного договора.
В силу вышеуказанных норм части 1 пункта 4 статьи 421, статьи 422, пунктов 2 и 4 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 26 Закона об электроэнергетике, части 13 статьи 6 Федерального закона от 26.03.2003 N 36-ФЗ "Об особенностях функционирования электроэнергетики и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "Об электроэнергетике" (далее — Закон об особенностях функционирования электроэнергетики) указанные особенности определения тарифа для оплаты услуг по передаче электрической энергии независимо от условий заключенных договоров являются обязательными для лиц, производящих расчеты за услуги по передаче электрической энергии в случаях, предусмотренных пунктом 45 Методических указаний и абзацем 3 пункта 15 (2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии.
Таким образом, по смыслу и содержанию вышеуказанных норм федерального законодательства, подзаконных актов Правительства Российской Федерации и нормативного правового акта уполномоченного федерального органа исполнительной власти, они так же как и общие нормы гражданского законодательства, императивно предопределяют условия публичных договоров и не допускают согласования сторонами иных условий, кроме как тех, которые предусмотрены в законодательстве.
Судом первой инстанции обоснованно учтено, что данный вывод истца подтверждается также следующими официальными разъяснениями.
Абзацем 1 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" дается разъяснение императивности норм, в частности судам указано, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы). Так, в пункте 45 Методических указаний и в абзаце 3 пункта 15 (2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии:
— не указано права сторон отступить от содержащегося в указанных нормах правил ни в какую из сторон;
— недвусмысленно запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этими нормами правила, выражен в диспозиции данных норм права, содержащей единственно возможное правило поведения субъектов права (а именно — принимается уровень напряжения, соответствующий значению питающего (высшего) напряжения указанных объектов электросетевого хозяйства), попавших в условия, описанные в гипотезе данных норм права (а именно — если граница раздела балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства сетевой организации и энергопринимающих устройств и (или) иных объектов электроэнергетики потребителя электрической энергии (мощности) установлена на объектах электросетевого хозяйства, на которых происходит преобразование уровней напряжения (трансформация).
В абзаце 3 пункта 1 данного постановления Пленума ВАС РФ указано, что судам следует учитывать, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.
Судом первой инстанции верно установлено, что все вышеуказанные требования по содержанию условий публичного договора в части порядка определения и установления цены (тарифа), пунктами 6.1., 10.2. и 12.3. договоров У-481 и У-226 г от 01.01.2013 и от 01.07.2013 стороны согласовали — порядок определения цены (в том числе в части определения, подлежащего применению тарифа на услуги по передаче электрической энергии) должен предусматриваться законодательством, что соответствует достижению баланса экономических интересов потребителей и субъектов естественных монополий, при котором потребитель не оплачивает услуги, которые не были ему оказаны, а также за счет применения единого порядка для всех потребителей электрической энергии, что соответствует требованиям пункта 2 статьи 426 ГК РФ.
Суд первой инстанции правомерно посчитал, что указанные условия договоров также соответствуют пункту 2 статьи 422 ГК РФ во взаимосвязи с частью 13 статьи 6 Закона об особенностях функционирования электроэнергетики, в которой установлено, что утверждаемые Правительством Российской Федерации основные положения функционирования розничных рынков и иные регулирующие функционирование (ценообразование) оптового и розничных рынков нормативные документы обязательны для сторон публичного договора со дня их вступления в силу и распространяются также на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров, если указанными нормативными документами не установлен иной срок их вступления в силу.
Судом первой инстанции верно установлено, что ответчик при расчетах за отпущенную электрическую энергию, начиная с января 201 3 года использовал регулируемый тариф на услуги по передаче электрической энергии, установленный для низкого уровня напряжения (НН).
Суд первой инстанции правильно посчитал, что спор по настоящему делу заключается в определении уровня напряжения, необходимого для определения тарифа на услуги по передаче электрической энергии для исчисления стоимости электрической энергии, подлежащей оплате. Спор по оплате электрической энергии по нерегулируемой цене отсутствует.
Суд первой инстанции также обоснованно посчитал, что для решения вопроса о том, какой уровень напряжения стороны должны были использовать в расчетах за услуги по передаче электрической энергии, необходимо установить, что спорные энергопринимающие устройства потребителя присоединены к электрическим сетям сетевой организации внутри трансформаторной подстанции, в которой происходит преобразование уровней напряжения (трансформация).
Судом первой инстанции верно установлено, что исходя из представленных актов разграничения границ балансовой принадлежности, такая граница установлена на контактных соединениях кабельных наконечников 0,4кВ на отходящем рубильнике (т.е. на коммутационном аппарате) в распределительном устройстве (РУ-0,4) трансформаторных подстанций ТП-18 и ТП-330, то есть внутри трансформаторной подстанции, в которой происходит преобразование уровней напряжения (трансформация). При таком присоединении кабеля принимается уровень питающего напряжения подстанции, независимо от уровня напряжения, на котором подключены сети истца, что соответствует уровню напряжения СН-2.
Следовательно, уровень напряжения для проведения расчетов, с учетом условий пунктов 6.1., 10.2. и 12.3. договоров У-481 и У-226г, и в соответствии с императивным порядком определения цены, установленным пунктом 45 Методических указаний и впоследствии абзацем 3 пункта 15 (2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, не может определяться соглашением сторон и зависит от условий технологического присоединения истца к сети.
При заключении публичного договора тариф на электрическую энергию (услуги по передаче) определяется условиями технологического присоединения и требованиями законодательства. Применяемый "зеркальный" принцип выбора тарифа в отношениях "потребитель — гарантирующий поставщик" и "гарантирующий поставщик — сетевая организация" также свидетельствует о том, что установленное пунктом 45 Методических указаний правило в отношении уровня напряжения распространяется на субъектов розничного рынка электрической энергии, в расчеты между которыми включены услуги по передаче электрической энергии.
Принимая во внимание, что Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, обязанность по представлению документов для формирования цен (тарифов) возложена на регулируемые организации, по роду своей профессиональной деятельности обладающие информацией, влияющей на порядок расчетов за приобретенный ресурс и оказанные услуги, негативные последствия представления не соответствующей нормативным актам информации в отношении потребителя, не участвующего в формировании тарифов, не должны возлагаться на такого потребителя.
Таким образом, суд первой инстанции правильно посчитал, что начиная с января 2013 года ответчик при определении стоимости подлежащей оплате переданной электроэнергии, необоснованно применял тариф для низкого уровня напряжения (НН), что отражено в представленных в материалы дела счетах-фактурах, выставленных истцу к оплате по спорным точкам поставки, которые были полностью оплачены истцом, что также подтверждается представленными актами сверки расчетов от 15.04.2015 за 1 квартал 2015 год,, в которых зафиксирована переплата истца по обоим договорам энергоснабжения.
Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что в результате применения в расчетах тарифа для низкого уровня напряжения (НН) вместо подлежащего применению тарифа для среднего второго уровня напряжения (СН-2), ОАО "Каббалкэнерго" неосновательно обогатилось, а ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" неосновательно переплатило (с учетом заявленных уточненных расчетов) 791 256 руб.
В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 8 ГК РФ одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является неосновательное обогащение, которое приводит к возникновению отдельной разновидности внедоговорного обязательства, регулируемого нормами главы 60 ГК РФ.
Согласно части 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.
Целью обязательств из неосновательного обогащения является восстановление имущественной сферы потерпевшего путем возврата неосновательно полученного или сбереженного за счет него другим лицом (приобретателем) имущества.
Согласно абзацу 1 пункта 30 Основных положений N 442, в рамках договора энергоснабжения гарантирующий поставщик несет перед потребителем ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, в том числе за действия сетевой организации, привлеченной для оказания услуг по передаче электрической энергии.
В соответствии с абзацем 4 этого же пункта Основных положений гарантирующий поставщик имеет право обратного требования (регресса) к лицам, за действия (бездействия) которых он несет ответственность перед потребителем по договору энергоснабжения.
Судом первой инстанции верно установлено, что согласно уточненным расчетам истца сумма неосновательного обогащения ПАО "Каббалкэнерго" исходя из разницы между стоимостью электрической энергии, рассчитанной по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему низкому уровню напряжения (НН), и стоимостью электрической энергии, подлежащей расчету по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, соответствующему среднему второму уровню напряжения (СН-2) составила 791 256 руб. с НДС, в том числе: 709 459 руб. 68 коп. с НДС по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная) за период с февраля 2013 года по февраль 2015 года включительно; 81 796 руб. 49 коп. с НДС по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала) за период с февраля 2013 года по декабрь 2014 года включительно.
В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Оценив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что истец доказал, что ответчик при расчетах за отпущенную электрическую энергию начиная с 2013 года использовал регулируемый тариф на услуги по передаче электрической энергии, установленный для низкого уровня напряжения (НН), а также доказал наличие правовых оснований для применения иного способы расчета, в связи с чем отсутствуют правовые основания для отказа в удовлетворении заявленных требований.
При этом довод ответчика о пропуске срока исковой давности судом первой инстанции обоснованно отклонен ввиду следующего.
В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с положениями статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.
В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Судом первой инстанции верно установлено, что истец в исковом заявлении просит признать ничтожным только одну отметку в договоре энергоснабжения — "НН", которая содержится в различных приложениях к договорам энергоснабжения от 01.01.2013 и от 01.07.2013 N У-226 г и N У-481.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу, признав, что позиция ответчика относительно того, что истец подал реституционный иск по правилам пункта 2 статьи 167 ГК РФ, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.
Судом первой инстанции также обоснованно принято во внимание, что реституция в смысле пункта 2 статьи 167 ГК РФ является самостоятельным гражданско-правовым институтом, отличным от института взыскания неосновательного обогащения по своей правовой сущности и обладающим рядом отличительных характеристик (публичный характер; взаимный (двусторонний) характер; наличие некоторых черт обязательства; посессорность и другие).
Судом первой инстанции верно учтено, что подобная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.09.2014 по делу N 310-ЭС14-79, А09-9146/2013.
В этой связи, суд первой инстанции правильно посчитал, что к требованиям о взыскании неосновательного обогащения, предъявленным по правилам статьи 1102 ГК РФ, не подлежат применению правила пункта 1 статьи 181 ГК РФ, устанавливающие порядок определения и исчисления срока исковой давности для реституционных исков, предъявляемых по правилам пункта 2 статьи 167 ГК РФ.
Из изложенного следует, суд первой инстанции верно признал, что аргументы ответчика в этой части являются несостоятельными и подлежат отклонению.
Суд первой инстанции также правомерно признал, что довод ответчика о пропуске срока исковой давности по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ ввиду оспоримости условий договора энергоснабжения при противоречии его нормам действующего законодательства в силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ также необоснованно по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно пункту 5 статьи 38 Закона об электроэнергетике и абзацу 7 пункта 28 Основных положений N 442, договор энергоснабжения, заключаемый гарантирующим поставщиком с потребителем электрической энергии, является публичным, что указывает на обязательность применения к нему норм статьи 426 ГК РФ.
Более того, абзацем 3 пункта 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что в силу пункта 5 статьи 426 ГК РФ условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктами 2 и 4 этой статьи, являются ничтожными. Пунктом 76 этого же постановления определено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ).
Суд первой инстанции правомерно посчитал, что изложенное также свидетельствует о несостоятельности доводов ответчика о пропуске срока исковой давности.
Положения пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагают возможность начисления процентов за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. При этом подразумевается, прежде всего, осведомленность о соответствующем факте, но не о конкретном и точном размере обозначенных средств.
Судом первой инстанции верно установлено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ и в связи с неправильным применением тарифа на услуги по передаче электрической энергии истец начислил ответчику сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, что согласно представленному расчету (уточненному) за период с 01.04.2013 по 10.10.2016 составило 169 397 руб., в том числе: 151 943 руб. по точке поставки ТП-330 (водозабор 2, скважина N 6, г. Нарткала, ул. Красная); 17 453 руб. по точке поставки ТП-18 (водозабор 1 с. Шитхала).
В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в редакции, действующей с 01.06.2015, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 03.07.2016 N 315-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" с 01 августа 2016 года пункт 1 статьи 395 ГК РФ действует в следующей редакции: в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором".
В соответствии с пунктом 1 статьи 314 ГК РФ обязательство должно быть исполнено в определенный договором срок. Неисполнение должником обязательства в виде конкретной обязанности в установленный для нее срок является нарушением принципа надлежащего исполнения обязательства (статья 309 ГК РФ) и порождает обязательства, связанные с его неисполнением.
Судом первой инстанции верно установлено, что факт неправильного применения ответчиком тарифа на услуги по передаче электрической энергии подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами.
Суд первой инстанции обоснованно посчитал, что методологический и арифметический уточненный расчет процентов за пользование чужими денежными средствами произведен правильно, контррасчет процентов за пользование чужими денежными средствами ответчиком не представлен, каких либо возражений по примененному подходу к расчету процентов за пользование чужими денежными средствами не заявлено.
С учетом изложенного, суд первой инстанции, оценив представленный расчет процентов, пришел к правильному выводу, признав его верным, соответствующим условиям обязательств и требованиям законодательства, в связи с чем, пришел к правомерному выводу о том, что требования истца о взыскании процентов подлежат удовлетворению в заявленном размере.
Оценив и проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, в их совокупности с применением положений статей 65, 67, 68, 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению.
Изложенные в апелляционной жалобе ответчика доводы о необоснованном удовлетворении заявленных ООО "ММП Водоканал г. Нарткала" требований о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами не обоснованы и противоречат закону, исследовались судом первой инстанции, им дана надлежащая оценка и обоснованно отклонены как не соответствующие закону и противоречащие материалам дела.
Результаты оценки этих доводов заявителя отражены в принятом по делу судебном акте. Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным по делу обстоятельствам и нормам материального права.
Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции сделал правильный вывод об удовлетворении заявленных требований ООО "ММП Водоканал г. Нарткала".
Суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела в порядке апелляционного производства по представленным доказательствам считает, что решение суда первой инстанции при рассмотрении дела не имеет нарушений процессуального характера. Судом правильно применены нормы материального права, верно дана оценка доказательствам с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Исходя из сложившейся судебной практики по единообразию в толковании и применении норм права, вынесено законное и обоснованное решение.
В соответствии со статьями 102, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы следует возложить на подателя жалобы, однако взысканию не подлежат, поскольку государственная пошлина в сумме 3 000 руб. уплачена при подаче апелляционной жалобы.
Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебных актов (часть 4 ст. 270 АПК РФ) не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268 — 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.10.2016 по делу N А20-603/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Каббалкэнерго" — без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.

Председательствующий Е.В.ЖУКОВ

Судьи С.И.ДЖАМБУЛАТОВ Е.Г.СОМОВ