По делу обжалуется уклонение властей от установления того, имела ли полицейская жестокость при задержания расистский мотив. По делу нарушены требования статьи 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Информация о постановлении ЕСПЧ от 10.03.2009 по делу "Джакир (Cakir) против Бельгии" (жалоба N 44256/06)

[неофициальный перевод] *

Джакир против Бельгии (Cakir v. Belgium) (N 44256/06)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 10 марта 2009 года (вынесено II Секцией)

———————————
* Перевод с английского Николаева Г.А.

Обстоятельства дела

Заявитель, происходящий из Турции, был задержан полицейскими, которые прибыли в жилище, где проживала его семья, с целью задержания его брата. Версии обстоятельств задержания, представленные заявителем и государством-ответчиком, отличаются. Так или иначе, в медицинской справке, выданной на следующий день, были зафиксированы многочисленные травмы на теле заявителя, в связи с чем он был госпитализирован. Он обратился в суд, жалуясь на нападение, причинившее реальный вред здоровью и повлекшее нетрудоспособность, которое нарушало закон от 30 июля 1981 г., запрещавший определенные действия расистского и ксенофобского характера, поскольку он претерпел расистские оскорбления со стороны полицейских. Следственный судья принял ряд мер для выяснения обстоятельств дела, и с учетом собранной информации обвинение пришло к выводу, что дальнейшие действия во исполнение указаний следственного судьи не требуются. Совещательная камера * рассмотрела заявление прокурора о прекращении производства. По требованию адвоката заявителя совещательная камера поручила произвести дополнительные следственные действия, что и было исполнено. Они включали внутреннее полицейское расследование. Следственный судья издал новое распоряжение. В то же время королевский прокурор поставил перед совещательной камерой вопрос об отсутствии оснований для продолжения производства, поскольку собранные по делу доказательства свидетельствовали о том, что насилие, предположительно совершенное обвиняемым, было спровоцировано собственным поведением потерпевшего, и что обвиняемый применил силу при исполнении служебных обязанностей, исключительно в законных целях. Что касается предполагаемых нарушений вышеупомянутого закона, прокурор пришел к выводу о том, что они не отличаются от других обвинений. Дело было вновь передано в совещательную камеру, которая установила, что отсутствуют основания для привлечения к ответственности. Заявитель подал жалобу в обвинительную камеру, но дело не было рассмотрено, несмотря на повторные обращения адвоката заявителя в прокуратуру. Обвинительная камера постановила, что для преследования истек срок давности. В письме на имя заявителя министр юстиции признал наличие недостатков в национальном разбирательстве. Он отметил необходимость принятия структурных мер для исключения подобных ситуаций в будущем. Министерство опубликовало пресс-релиз, в который было включено письмо министра с признанием того, что в течение пяти лет делу не уделялось внимания, которое оно заслуживало, но указало, что это была не сознательная попытка воспрепятствовать разбирательству, а случай небрежности, который объясняется серьезными проблемами здоровья судьи, рассматривавшего дело. В пресс-релизе также указывалось, что не имеется данных о намеренном бездействии или сговоре между обвинением и полицией. Следственно-консультативный комитет признал жалобу адвоката заявителя обоснованной, указав, что, несмотря на заверения в том, что это изолированный случай, такую задержку разбирательства нельзя считать допустимой, и что главный прокурор должен был осуществлять надзор за рассмотрением дел в пределах своей компетенции.
———————————
* Совещательная камера — орган контроля над следствием (прим. переводчика).

Вопросы права

По поводу соблюдения статьи 3 Конвенции. (a) Материально-правовой аспект. Заявитель получил телесные повреждения при задержании полицией, что подтверждается медицинской справкой, выданной на следующий день, и еще одной справкой, выданной 10 дней спустя, в которой указывалось, что заявитель освобожден от работы на 10 дней, в течение которых он находился в больнице. Трое полицейских не отрицали, что избили заявителя. Однако Европейский Суд не может принять их довод о том, что состояние заявителя после задержания и доставления в полицейский изолятор было результатом падения на землю и нескольких ошибочных пинков со стороны толпы, собравшейся на месте происшествия, которая намеревалась пинать полицейского, пытавшегося удержать заявителя. Заявитель провел 10 дней в больнице, его тело было покрыто ранами и ушибами, ему сломали нос и выбили несколько зубов. Как видно из медицинских справок, выданных примерно 10 лет спустя, он все еще продолжал страдать от последствий нападений. Соответственно, не было доказано, что повреждения могли быть причинены при применении полицейскими такой силы, которую делало строго необходимой поведение заявителя.

Постановление

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (принято единогласно).
(b) Процессуальный аспект. Власти не оставались безучастны к утверждениям заявителя о жестоком обращении. Следственный судья назначил судебно-медицинскую экспертизу для исследования повреждений заявителя и определения их природы, способа их причинения и их вероятных последствий. Было подготовлено экспертное заключение. Следственный судья дал указание установить троих полицейских, причинивших повреждения заявителю, и допросить родителей и сестру последнего. Действуя по его указаниям, полицейский инспектор, помогавший прокурору, составил отчет. На заседании совещательная камера удовлетворила ходатайство адвоката заявителя и предписала произвести дополнительные следственные действия, которые были произведены. В конце концов совещательная камера постановила, что отсутствуют основания для привлечения к ответственности. Что касается вопроса о том, проводили ли власти расследование утверждений заявителя о жестоком обращении со стороны полиции с надлежащей тщательностью, адвокат заявителя подал жалобу в обвинительную камеру на решение о прекращении производства, но дело так и не было рассмотрено. Адвокат заявителя неоднократно обращался в прокуратуру, но безрезультатно. Обвинительная камера установила, что срок давности для привлечения к ответственности истек. В этой связи Европейский Суд указывал, что если представитель государства обвиняется в действиях, противоречащих статье 3 Конвенции, не может допускаться прекращение разбирательства по причине истечения срока давности, применение таких мер, как амнистия или помилование. В частности, национальные власти не должны ни при каких обстоятельствах создавать впечатление о том, что они готовы оставить такое жестокое обращение безнаказанным. Сам министр юстиции был вынужден признать в письме к заявителю, что имели место недостатки, и выпустить пресс-релиз, в котором он пытался дать объяснения задержке рассмотрения дела. Наконец, следственно-консультативный комитет признал жалобу адвоката заявителя обоснованной. Соответственно, расследование, проведенное национальными властями по жалобе заявителя на жестокое обращение, не было эффективным.

Постановление

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (принято единогласно).
По поводу соблюдения статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 3 Конвенции. При расследовании случаев насилия государственные органы обязаны принимать все разумные меры для того, чтобы удостовериться в том, что события не были мотивированы расистскими мотивами или ненавистью или предрассудками, основанными на этническом происхождении. Европейский Суд установил, что власти нарушили статью 3 Конвенции уклонением от проведения эффективного расследования инцидента. Он решил рассмотреть отдельно утверждение о том, что они также оставили без внимания возможность наличия причинной связи между предполагаемыми расистскими настроениями и насилием, которое полиция осуществила в отношении заявителя. Общая обстановка в период, относящийся к обстоятельствам дела, не является достаточной для объяснения предполагаемых расистских настроений полиции во время задержания. В своем заявлении о возбуждении уголовного дела и о намерении вступить в дело в качестве гражданского истца заявитель ссылался на нарушение статей 1 и 4 закона от 30 июля 1981 г., запрещающего определенные действия расистского и ксенофобского характера, утверждая, что полиция использовала такие расистские выражения, как "грязный черномазый" и "арабский мерзавец". В своих объяснениях, ставивших перед совещательной камерой вопрос об отсутствии оснований для привлечения к ответственности, королевский прокурор не выразил мнения по поводу этой части жалобы, указав, что действия, которые могут рассматриваться как нарушения закона от 30 июля 1981 г., эквивалентны тем, которые охватываются другими обвинениями. Совещательная камера поддержала позицию прокурора, а обвинительная камера сочла, что для преследования истек срок давности, в связи с чем Европейский Суд установил процессуальное нарушение статьи 3 Конвенции. Таким образом, власти не исполнили свою обязанность согласно статье 14 во взаимосвязи со статьей 3 Конвенции по принятию всех необходимых мер для установления того, могло ли дискриминационное поведение сыграть свою роль в данных событиях.

Постановление

По делу допущено нарушение требований статьи 14 Конвенции (принято единогласно).
См. Постановление Большой Палаты по делу "Начова и другие против Болгарии" (Nachova and Others v. Bulgaria), жалобы N 43577/98 и 43579/98, § 160 и 161, ECHR 2005-VII, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 77 * .
———————————
* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] N 77 соответствует "Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 1/2006.

Компенсация

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю 15 000 евро в счет компенсации морального вреда.