Приговор по делу о хулиганстве, убийстве, покушении на убийство оставлен без изменения, так как вина осужденного в содеянном подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре; наказание виновному назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 19.02.2007 N 83-О06-26

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего — Магомедова М.М.
судей — Пелевина Н.П. и Грицких И.И.
рассмотрела в судебном заседании от 19 февраля 2007 года кассационные жалобы осужденного Козловского С.Ю. и адвоката Чаловой Т.И. на приговор Брянского областного суда от 9 октября 2006 года, которым
Козловский С.Ю. <…>
осужден:
по ст. 213 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы,
по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "и" УК РФ к 17 годам лишения свободы,
по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "а", "и" УК РФ к 9 годам лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений ему назначено 22 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Козловский С.Ю. признан виновным в совершении хулиганства с применением предметов в качестве оружия; в убийстве из хулиганских побуждений С. и М., а также в покушении на убийство из хулиганских побуждений Б.
Преступления совершены в <…> 28 и 29 августа 2005 года при изложенных в приговоре обстоятельствах.
Заслушав доклад судьи Пелевина Н.П., объяснение осужденного Козловского С.Ю., адвоката Пудова В.Н., поддержавших кассационные жалобы по изложенным в них доводам, мнение прокурора Морозовой Л.М., возражавшей против удовлетворения кассационных жалоб осужденного и адвоката и полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

Козловский С.Ю. в судебном заседании виновным себя не признал, заявив о своей непричастности к совершению преступлений.
В кассационных жалобах и дополнении к ним осужденный Козловский С.Ю. и адвокат Чалова Т.И. указывают, что дело сфабриковано в связи с длительной неприязнью к нему сотрудников милиции из-за его жалоб на их неправомерные действия. Преступлений он не совершал, приговор основан только на недостоверных и противоречивых показаниях потерпевшего Б., которые суд без надлежащей оценки необоснованно признал достоверными. Указывают, что Б. по просьбе следователя был признан потерпевшим и сам пояснил в судебном заседании, что сделал это по просьбе следователя, с учетом негативных данных о его личности. Он, Б. на предварительном следствии лишь подписывал составленные следователем его показания, которых он фактически не давал и не читал их, на основании которых он, Козловский, стал преступником, без проведения его опознания ранее незнакомым Б. Изъятие у него вещей произведено без понятых и их надлежащей упаковки, что не исключает их контакта с вещами потерпевшего М. На опознании потерпевший Б. и свидетели опознали его, Козловского, по настоянию оперативных работников и оказанного ими давления, хотя свидетели видели драку между другими лицами, а перед этим им показали его фотографию в изъятом читательском билете. Осужденный дает подробную оценку показаниям Б. и делает вывод о их недостоверности и несоответствии другим доказательствам, в силу чего они не могут иметь доказательственного значения. К другим лицам также применялись недозволенные методы ведения следствия. Соединение в одно производство двух уголовных дел в отношении него нарушает его процессуальные права, в том числе, права на защиту.
О возбуждении уголовного дела он был уведомлен без текста постановления, поэтому был лишен права на его обжалование. Его ходатайства о собирании дополнительных доказательств о его непричастности к преступлению необоснованно оставлены без удовлетворения, жалобы на действия следователя в судебном порядке не рассмотрены. Не приняты во внимание показания свидетеля С. о причинах изменения им показаний в судебном заседании и их недостоверности на предварительном следствии. Полагают, что именно Б. и мог совершить убийство М. после чего давал непоследовательные показания. Судом не была обеспечена явка в суд свидетелей, которые могли дать показания в защиту его, Козловского. Никакой неприязни к бомжам он не испытывал и никогда не пытался совершить в отношении них противоправные действия. Указание в приговоре, что на его одежде и обуви обнаружены следы крови потерпевших, противоречит выводам биологической экспертизы. Утверждение следователя о том, что в день содеянного и в момент его задержания он находился в одной и той же одежде, не соответствует действительности, поскольку в эти дни он был одет в различную одежду, при этом дает ее описание, экспертом не установлена группа крови потерпевшего М. и принадлежность крови в пятнах на брюках осужденного. Считают, что результаты экспертизы подведены экспертами под версию следствия, поэтому необходимо проведение повторной независимой экспертизы. Не проведена дактилоскопическая экспертиза по следам рук на орудии преступления. Ряд доказательств получен с нарушением уголовно-процессуального закона, однако ходатайства о признании их недопустимыми оставлены без удовлетворения. Немотивированно показания С., Т., Н., К. в судебном заседании признаны недостоверными, и в основу приговора положены их показания, данные на предварительном следствии, хотя никто из них не привлечен за дачу ложных показаний к ответственности. Не получили оценки их доводы об оказании на осужденного на следствии психологического и физического воздействия. Незаконно Козловский осужден по ст. 213 ч. 1 УК РФ ввиду наличия у него алиби. Не получили оценки в приговоре факты обнаружения трупа М. и С. с телесными повреждениями в других местах, но сравнением с предъявленным обвинением, неправильная оценка в приговоре дана выводам судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевших. Просят приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство.
В возражении на кассационные жалобы государственный обвинитель Щербаков С.М. считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.
Выводы суда о виновности Козловского основаны на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.
Из показаний потерпевшего Б. видно, что 28 августа 2005 года возле приемного пункта стеклотары <…> к нему подошел ранее незнакомый ему Козловский С.Ю., высказал недовольство по поводу выпитого им самогона, а затем стал бить его палкой, при этом говорил, что всех бомжей надо уничтожать. В это время выбежали родственники осужденного, увели последнего в сторону, а он убежал. На следующий день он, М. и С. находились во дворе одного из заброшенных домов. К ним подошел Козловский, вновь заявил о необходимости уничтожения бомжей и пнул его, Б. затем за ноги вытащил из дома М. и стал требовать от него мобильный телефон, но тот был пьян и ничего не говорил. Козловский сначала ногами, а затем лопатой стал избивать М. по различным частям тела, у потерпевшего потекла кровь, он захрипел. Когда С. спросил у Козловского причину избиения М., осужденный и его стал бить лопатой, рассек ему ухо. Потерпевший упал, но Козловский нанес ему еще около 5 ударов. После избиения М. и С. Козловский нанес черенком лопаты 3 — 4 удара ему, Б. но в это время у осужденного зазвонил телефон, он вышел со двора на улицу и стал с кем-то разговаривать, а ему приказал оставаться на месте. По телефону Козловский кому-то сказал, что двоих он оприходовал, остался один. Он воспользовался этим и убежал.
Из протокола опознания видно, что Б. опознал Козловского С.Ю. как лицо, избивавшее его и других потерпевших (т. 1 л.д. 148 — 150).
Из показаний свидетеля К. усматривается, что, находясь у себя дома, услышал с улицы крики, вышел на улицу, где увидел незнакомого мужчину и брата Козловского С.Ю. с палкой в руках, которого успокаивала их мать, пытаясь оттащить его от мужчины, в его присутствии брат схватил мужчину за грудь и стал трясти, кричал на него, что-то спрашивал про телефон, а затем ударил его палкой, после чего они с матерью оттащили его от мужчины и отобрали палку (т. 1 л.д. 84 — 88).
Указанные показания К. даны на предварительном следствии и исследованы в судебном заседании.
Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетелей Т. и Н. данных на предварительном следствии, видно они пришли в дом <…>, где раньше проживали, и увидели рядом с выходом из дома лежавшего мужчину с окровавленной головой. Рядом с ним стоял ранее незнакомый осужденный с палкой в руках и спрашивал у мужчины про сотовый телефон. Поодаль стоял еще один мужчина с окровавленным лицом, он был испуган (т. 1 л.д. 71 — 74, 75 — 78, т. 2 л.д. 214 — 217).
Согласно протоколам предъявления лица для опознания, свидетели Т. и Н. опознали Козловского С.Ю., как мужчину, стоявшего с палкой (т. 1 л.д. 161 — 168, 229 — 231).
Факт обнаружения трупов С. и М. в указанном выше месте с признаками насильственной смерти подтверждается протоколами осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 8 — 22, 99 — 100), показаниями свидетелей С. А. Л. Н.
Из актов судебно-медицинских экспертиз следует:
смерть С. наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся набуханием, отеком и сдавлением вещества головного мозга, что и явилось непосредственной причиной смерти (т. 2 л.д. 52 — 61);
смерть М. последовала в результате открытой черепно-мозговой травмы с повреждением вещества головного мозга;
на трупе установлены и другие телесные повреждения, описанные в акте и приговоре (т. 1 л.д. 27 — 43).
По заключению эксперта, на черенке лопаты и двух фрагментах кирпича, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека, происхождение которой от М. не исключается;
на одном фрагменте кирпича обнаружена кровь человека, которая могла произойти от С. либо от М. (т. 1 л.д. 215 — 227).
Согласно выводам экспертизы, совковая лопата с сохранившимся фрагментом деревянного черенка и обломанный черенок, изъятые с места происшествия, ранее составляли единое целое и разделены в результате разлома (т. 2 л.д. 107 — 111).
Из акта экспертизы следует, что на рубашке и брюках Козловского С.Ю. имеются волокна общей родовой принадлежности с волокнами ткани брюк М. а на джемпере последнего имеются волокна общей родовой принадлежности с волокнами ткани брюк Козловского С.Ю. (т. 1 л.д. 198 — 207).
Согласно выводам судебно-биологической экспертизы, в смывах с кроссовок Козловского С.Ю. и в пятнах на его брюках обнаружена кровь человека, происхождение которой от М. и С. не исключается.
Приведенные доказательства в приговоре получили мотивированную оценку с точки зрения их достоверности и допустимости, и в совокупности обоснованно признаны достаточными для выводов о виновности Козловского С.Ю. в совершении названных выше преступлений.
При таких обстоятельствах юридическая квалификация действий Козловского по ст. ст. 213 ч. 1, 105 ч. 2 п. п. "а", "и", 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "а", "и" УК РФ является правильной, законной и обоснованной.
Доводы осужденного и адвоката о том, что в основу приговора положены недостоверные и недопустимые доказательства, полученные с применением недозволенных методов ведения следствия, в ходе судебного разбирательства проверялись, подтверждения не нашли и в приговоре подробно и мотивированно признаны несостоятельными.
Вопреки доводам кассационных жалоб, каких-либо существенных противоречий в доказательствах не содержится.
Опознание осужденного потерпевшим Б. и свидетелями проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением процессуальных прав участников данных следственных действий, изъятие вещественных доказательств также проведено в соответствии с нормами закона, и доводы жалоб в этой части нельзя признать обоснованными.
Версия о причастности к преступлениям других лиц органами следствия и судом проверялась и подтверждения не нашла.
Фактически все доводы кассационных жалоб соответствуют позиции осужденного в судебном заседании и нашли мотивированное разрешение в приговоре.
Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о неправосудности приговора, по делу не имеется.
Наказание Козловскому назначено с учетом содеянного, тяжести наступивших последствий, данных о его личности и не свидетельствует о его чрезмерной суровости и несправедливости.
Оснований для удовлетворения кассационных жалоб по изложенным в них доводам, а также для снижения наказания не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Брянского областного суда от 9 октября 2006 года в отношении Козловского С.Ю. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Козловского С.Ю. и адвоката Чаловой Т.И. — без удовлетворения.

Председательствующий МАГОМЕДОВ М.М.

Судьи ПЕЛЕВИН Н.П. ГРИЦКИХ И.И.