Приговор: Осужденные-1, 2 - по ч. 3 ст. 159 УК РФ за мошенничество; осужденный-2 - по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ за покушение на мошенничество. Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 02.06.2005 N 35-о05-24

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Каримова М.А.
судей Пелевина Н.П. и Рудакова С.В.
рассмотрела в судебном заседании от 2 июня 2005 г. кассационные жалобы осужденного Киселева С.Н. адвокатов Зуевой Л.Н., Лапаева П.В., Должикова Н.А., защитника Смирновой Е.С. на приговор Тверского областного суда от 11 февраля 2005 г., которым
КИСЕЛЕВ Н.В. <…>
осужден по ст. 159 ч. 3 УК РФ (в редакции от 8 декабря 2003 г.) к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;
КИСЕЛЕВ С.Н. <…>
осужден по ст. 159 ч. 3 УК РФ (в редакции от 8 декабря 2003 г.) к 4 годам лишения свободы, по ст. ст. 30 ч. 3, 159 ч. 3 УК РФ (в редакции от 8 декабря 2003 г.) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений ему назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Киселев В.Н. и Киселев С.Н. признаны виновными в совершении мошенничества группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в крупном размере, а Киселев С.Н., кроме того, в покушении на мошенничество с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Преступления совершены 7 июля 2003 года и 29 апреля 2004 года <…> при изложенных в приговоре обстоятельствах.
Заслушав доклад судьи Пелевина Н.П., объяснения адвокатов Лапаева П.В. и Зуевой Л.Н., поддержавших кассационные жалобы по изложенным в них доводам, мнение прокурора Погореловой В.Ю., возражавшей против удовлетворения кассационных ввиду необоснованности приведенных в них доводов и полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Киселев В.Н. и Киселев С.Н. виновными себя в судебном заседании не признали.
В кассационной жалобе осужденный Киселев С.Н., считает приговор незаконным и необоснованным, постановленным с нарушениями уголовно-процессуального закона. Как депутат законодательного органа субъекта Российской Федерации, к уголовной ответственности он был привлечен с нарушением требований ст. ст. 447 и 448 УПК РФ. Судебная коллегия дала заключение о наличии в его действиях признаков преступления, предусмотренного ст. 290 ч. 4 п. п. "в", "г" УК РФ, а обвинение ему было дополнительно и по ст. 159 ч. 3 УК РФ, при этом согласия на привлечение его по данной статье к уголовной ответственности Судебная коллегия не давала вообще. В нарушение ч. 1 ст. 448 УПК РФ постановление о привлечении его в качестве обвиняемого вынесено не прокурором области, а начальником отдела прокуратуры области, неправомочным процессуальным лицом, и с нарушением ч. 6 ст. 448 УПК РФ, однако этим нарушениям закона суд дал неправильную оценку, повлекшую нарушение его конституционных прав. В основу приговора положены недопустимые доказательства, а также не подтвердившиеся в ходе судебного разбирательства, и его ходатайства об исключении данных доказательств, необоснованно оставлены без удовлетворения. Считает недопустимым доказательства, полученные на основе оперативно-розыскных мероприятий, проводившихся сотрудниками УФСБ <…> до возбуждения уголовного дела, с нарушением подследственности данного дела Оперативно-розыскные мероприятия сотрудниками УФСБ проведены за пределами их полномочий и являются незаконными. Оперативный эксперимент мог быть проведен только после возбуждения уголовного дела, на основании постановления руководителя данного органа, которое в деле отсутствует, результаты сбора информации в ходе оперативно-розыскных мероприятий не имеют надлежащего процессуального оформления. В деле отсутствует заявление Х. о требовании у него денег, не выяснены обстоятельства и основания возбуждения дела. Прослушивание телефонных переговоров проводилось на основании решения судьи, а не коллегии из трех судей, как требует закон. В судебном заседании не выяснено, каким образом и из каких источников получены аудиовидеозаписи, отсутствуют документы о выдаче Х. записывающей аппаратуры и ее осмотра, не установлены даты записей, не проверена возможность их монтажа, о чем свидетельствует их содержание. Коллегия судей областного суда не давала согласия на проведение обыска в его служебном кабинете, и его результаты не имеют доказательственного значения. Считает, что в отношении его была совершена провокация взятки, что подтверждается видеозаписью. При проведении освидетельствования и обыска в качестве понятых участвовали студенты юридического вуза, проходившие практику в прокуратуре области, чем нарушена ст. 60 УПК РФ, в других протоколах следственных действий подписи понятых подделаны.
Между ПМК и хлебокомбинатом существовали гражданско-правовые отношения основанные на договоре, что не дает оснований считать действия привлеченных лиц уголовно наказуемыми, денежные средства ими не присваивались, данных о фиктивности договора не имеется, все действия по движению денежных средств нашли бухгалтерское оформление, и нет оснований считать его действия мошенничеством. Просит приговор отменить и дело производством прекратить.
В кассационной жалобе и дополнениях к ней адвокаты Лапаев П.В., Должиков Н.А. и защитник Смирнова Е.С. указывают, что приговор в отношении Киселева С.Н. является незаконным и необоснованным. При рассмотрении дела судом допущены грубые нарушения уголовно-процессуального закона, неправильно применен уголовный закон. В соответствии со статусом Киселева С.Н. судом дано согласие на привлечение его к уголовной ответственности только по ст. 290 ч. 4 п. п. "в", "г" УК РФ, а не по иной норме уголовного закона, при этом в нарушение требований ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о привлечении Киселева С.Н. к уголовной ответственности принято не прокурором области, а начальником отдела прокуратуры области, не правомочным делать это. Заключения о привлечении его по ст. 159 ч. 3 УК РФ не выносилось, и данную статью ему не имел право вменять. Суд не учел этих существенных нарушений закона и конституционных прав осужденного, постановив незаконный приговор, в основу которого положил недопустимые доказательства и предположения, а ходатайства об исключении этих доказательств необоснованно отклонил. Собирание доказательств по делу проведено УФСБ <…> к подследственности которого дело не отнесено, без поручения следователя. Оперативные материалы получены до возбуждения дела, что свидетельствует о недопустимости доказательств. Разрешение на прослушивание телефонных переговоров, проведение аудиовидеозаписей в соответствии со ст. 448 ч. 9 УПК РФ должна давать Судебная коллегия из трех судей областного суда, что по данному делу не соблюдено, доказательства получены с нарушением закона и не имеют юридической силы. Оперативный эксперимент мог быть проведен только в рамках возбужденного дела, по постановлению руководителя органа, его проводившего, которое в деле отсутствует, что свидетельствует о незаконности данного эксперимента. Не имеется процессуальных документов о выдаче Х. и осмотре аудиовидеозаписывающей аппаратуры. Не установлены даты переговоров между Киселевым С.Н., Х. и другими лицами, не проверена возможность монтажа записей. Обыск в служебном кабинете Киселева С.Н. проведен без согласия областного суда. В отношении осужденного неправильно применен уголовный закон, приговор основан на недопустимых доказательствах, в проведении ряда следственных действий участвовали лица, не проводившие предварительного расследования по делу, вне их компетенции, что свидетельствует о незаконности этих следственных действий. Нарушен порядок возбуждения уголовного дела в отношении Киселева С.Н., избрания меры пресечения и производства отдельных следственных действий, предусмотренный главой 52 УПК РФ. Решения принимались не коллегией из трех судей областного суда, а единолично судьей, ряд из них проведен без разрешения суда, что влияет на допустимость доказательств. Часть доказательств получены в рамках расследования дела в отношении Х. по ст. 291 УК РФ и не могут использоваться в отношении Киселева С.Н., обладающего специальным статусом. Не дано оценки тем фактам, которые свидетельствуют о провокации взятки. Не дано оценки достоверности показаний Х. и его жены Р. заинтересованных в исходе дела. Необоснованной является квалификация действий осужденного по ст. 159 ч. 3 УК РФ, поскольку в них отсутствует признак присвоения денежных средств, и действия обоих осужденных могли быть квалифицированы по ст. 165 ч. 2 УК РФ. При наличии соответствующего заявления Х. цело подлежало прекращению на основании ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, и то лишь при доказанности безвозмездности получения денег хлебокомбинатом от ПМК. Выводы судом сделаны вопреки доказательствам. Фактически между этими организациями имеют место договорные гражданско-правовые отношения при отсутствии в действиях осужденных состава преступления. Просят приговор в отношении Киселева С.Н. отменить и дело производством прекратить.
В кассационной жалобе адвокат Зуева Л.Н. в защиту Киселева В.Н. указывает, что за хищение денежных средств он осужден необоснованно, при отсутствии признака их присоединения. Поступившие на счет хлебокомбината деньги от ПМУ были израсходованы на хозяйственные нужды предприятия, руководителем которого является Киселев В.Н. Вывод суда о безвозмездном изъятии им денег не соответствует материалам дела. Надлежащее оформление бухгалтерских документов по перечислению денег свидетельствует об отсутствии умысла на их хищение и давало ПМУ основания и возможность для их возврата. Показания осужденного Киселева В.Г., потерпевшего Х. и главного бухгалтера ПМУ Р. в приговоре приведены выборочно, за исключением тех, которые свидетельствуют в пользу осужденного и подтверждают, что он не пытался скрыть факт получения денег на основании договора и имел намерение вернуть их. Всю сумму ПМК возвратил добровольно, и Х. подтвердил письмом об отсутствии у него претензий к хлебокомбинату и Киселеву В.Н. Последний не был осведомлен о переговорах его брата Киселева С.Н. с Х. и сам никаких требований не высказывал. Между ЗАО <…> и ЗАО "<…> хлебокомбинат" имели место договорные гражданско-правовые отношения, осужденные денег не присваивали и состав преступления в их действиях отсутствует. Просит приговор в отношении Киселева В.Н. отменить и дело производством в отношении его прекратить.
В возражении осужденного Киселева С.Н. на жалобы адвокатов он поддерживает эти жалобы.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.
Выводы суда о виновности Киселева С.Н. и Киселева В.Н., несмотря на непризнание ими вины и отказ от дачи показаний в судебном заседании, основаны на исследованных судом и изложенных в приговоре доказательствах.
Из показаний потерпевшего Х. следует, что с Киселевым С.Н. он познакомился с целью получения подряда на строительство роддома <…> по рекомендации директора Государственного унитарного предприятия <…> З. Договор должна была заключить данная организация, а Киселев С.Н. мог помочь в этом. Киселев С.Н. пообещал содействие в заключении договора подряда, но при этом поставил условие, что это будет стоить денег в размере 6,5% от выделенных на строительство сумм. Он не согласился с этим, после чего на эту тему беседовали неоднократно, а после заключения договора Киселев потребовал от него деньги. Он под различными предлогами не платил ему денег. Тогда Киселев С.Н. попросил у него <…> рублей предложил заключить договор с ЗАО "<…> хлебокомбинат", где директором работал его брат Киселев В.Н., на поставку труб, обещая возвратить деньги через 2-3 недели. Хотя трубы ему были не нужны, он согласился на этот вариант, и Киселев В.Н. приехал с договором.
Считая это помощью хлебокомбинату, он решил помочь ему с условием возврата денег, воспринимая это, как благодарность за заключение договора подряда на строительство, поверив Киселеву С.Н. в возврат денег. Однако труб ему не поставили и денег не вернули, а Киселев В.Н. просил закрыть договор, как исполненный, а трубы, якобы, им получены. Это же требовал и Киселев С.Н., но он отказался подписать акт об исполнении договора. Вместе с тем, за договор подряда на строительство Киселев С.Н. стал требовать еще около <…> рублей, как взятку за подряд и финансирование, на что он не соглашался, а Киселев С.Н. поставил это, как условие возврата денег с хлебокомбината. После этого он обратился в ФСБ, при этом Киселев С.Н. угрожал, что если не дадут денег лично ему, подряд на строительство он не получит, а затем будет чинить препятствия в финансировании объектов. Организация на 80% зависела от бюджета и не могла бы продолжить строительство роддома. Поскольку Киселев С.Н. не выполнял обещание о возврате <…> рублей, он стал просить Киселева В.Н. вернуть деньги по договоренности, но тот отказал. В результате переговоров с Киселевым С.Н. договорились, что Киселев В.Н. возвратит <…> рублей с хлебокомбината после передачи ему наличными <…> рублей. В ФСБ он получил по акту деньги и поехал в служебный кабинет Киселева С.Н., который написал расписку, что якобы, берет это в долг. Смысл расписки заключался в том, что в случае невозврата с хлебокомбината <…> рублей он мог бы получить хотя бы эти <…> рублей. Считал эти деньги взяткой за оформление договора подряда на строительство роддома. Киселев С.Н. обещал ему посодействовать в получении подряда, требовал от С. чтобы <…> заключили договор подряда на строительство роддома, который и был действительно заключен в мае 2003 года.
Показания потерпевшего Х. являются последовательными, непротиворечивыми, что не оспаривается и в кассационных жалобах, однако в качестве доказательства суд использовал эти показания лишь в той их части, которые соответствуют другим доказательствам и подтверждают вину осужденных. Вопреки доводам кассационных жалоб, данная оценка доказательства судом не свидетельствует о каком-либо нарушении закона.
Из показаний свидетеля Р. Х. следует, что по договору поставки труб действительно было перечислено <…> рублей на счет <…> хлебокомбината, где директором был Киселев В.Н. По условиям договора они должны были перечислить деньги, а им поступить трубы. Со слов мужа Х. знала, что это была взятка за получение подряда на строительство <…> роддома. Киселев С.Н., как депутат, оказывал помощь в получении подряда, поэтому и считали перечисленные деньги взяткой, пытались принимать меры по возврату этих денег с хлебокомбината.
Киселев С.Н. угрожал в случае неперечисления денег лишить подряда на строительство роддома, затем не хотел возвращать указанные деньги. Она на эту тему неоднократно беседовала с Киселевым В.Н., но он пояснял, что возврат денег зависит от переговоров ее мужа с Киселевым С.Н. После получения претензии и разговора о необходимости возврата денег Киселев В.Н. сказал, что должен посоветоваться с братом. Затем от мужа узнала, что Киселев С.Н. обещал вернуть эти <…> рублей после передачи ему наличными <…> рублей.
Свидетель З. показал, что он работал директором <…>. Для завершения строительства <…> роддома они вышли на Х. и заключили с ним договор подряда, при этом Киселев С.Н. с просьбой об оказании содействия Х. в получении договора подряда не обращался.
Программа строительства утверждается Законодательным Собранием, и вопросы ее финансирования зависят от депутатов, которые могут лоббировать интересы подрядчика.
Из показаний свидетеля С. видно, он занимался составлением инвестиционной программы и контролировал ее исполнение.
Программа рассматривалась комитетами, после чего рассматривалась и принималась на заседании Законодательного Собрания, при этом могла корректироваться. Предложения депутатов учитывались при составлении программы, но Киселев С.Н., как депутат, не мог оказать влияния на финансирование объектов.
В апреле 2004 года Киселев С.Н. по телефону сообщил, что Х. дал ему взятку.
Свидетель М. показала, что финансирование строительства роддома в 2003 году было полным, в отличие от некоторых других объектов. Со сложившейся практикой работы депутатов, Киселев С.Н. интересовался строительством <…> роддома, брал документы по его финансированию, но никакого воздействия на финансирование не оказывал, не просил уменьшить или увеличить его.
Из показаний свидетеля Т. усматривается, что подтвердил то, что инвестиционная программа до утверждения обсуждалась в комитете, возглавляемом Киселевым С.Н., который, наряду с другими депутатами, делал замечания, мог обратиться к нему с какой-либо просьбой, выполнение которой зависело от возможности бюджета.
Дополняя показания Т. свидетель С. показала, что не помнила, чтобы Киселев С.Н. просил ее внести изменения в программу, хотя депутаты могут добиваться изменения программы по объектам строительства и финансирования при рассмотрении ее.
Из показаний свидетеля К. следует, что подряд на строительство <…> роддома по конкурсу выиграл <…> под руководством Х. До этого у него уже был заключен договор подряда, финансирование объекта было стопроцентным. С Киселевым С.Н. говорили о финансировании объектов <…> он выяснял суммы денег по объектам, этапы строительства, что делали и другие депутаты, и это была нормальная практика.
При формировании инвестиционной программы и заключении договоров подряда Киселев С.Н. никакого давления не оказывал.
Свидетель Г. П. М. Б. И. Н. К. О. показали, что при принятии инвестиционной программы Законодательным Собранием любой депутат, в том числе, и Киселев имели право и возможность оказывать влияние на изменения в программе. Их мнение и предложение могло быть учтено или отвергнуто. Каждый из депутатов мог контролировать исполнение этой программы, качество финансирования объектов в своих округах для отчетов перед избирателями.
Из показаний свидетеля С. следует, что в соответствии с договором поставки труб на хлебокомбинат от <…> поступили <…> рублей, но трубы не поставили. Ввиду имевшихся у предприятия сложностей поступившие деньги ушли на погашение долгов, в том числе и перед бюджетом. Возможностей вернуть деньги в 2003 году у предприятия не было. Поставка труб для хлебокомбината была необычной, действий по выполнению этого договора никто не предпринимал.
Свидетель Р. дала аналогичные показания и дополнительно показала, что договор на поставку труб заключил директор Киселев В.Н., а свидетель К. дополнила, что договор был неполным, в нем не было отражено наименование и количество труб.
Свидетель Ш. дала показания, аналогичные показаниям свидетеля С.
Из показаний свидетеля Г. усматривается, что Киселев С.Н., как депутат Законодательного Собрания и как председатель комитета, никакого особого влияния на принятие инвестиционной программы не имел. Он мог выдвинуть свои предложения, которые могли быть приняты или отвергнуты.
Финансирование объектов от него не зависело, так как этим занимается департамент финансов, который и контролирует расхождение средств строго по программе.
Из показаний свидетеля Б. видно, что <…> роддом строился около 4 лет, после чего строительство прекратилось. Затем ПМК во главе с Х. продолжила возведение объекта, вместо местной строительной организации. Влияние Киселева С.Н. на получение подряда по строительству не было, они лишь информировали его о всех объектах по его просьбе.
Свидетели Ч. и В. показали подряд на строительство роддома <…> возглавляемый Х. получил на конкурсной основе.
Кроме того, вина обоих осужденных подтверждается протоколами исследования в судебном заседании аудиовидеозаписей и приведения в приговоре их содержания об обстоятельствах принуждения Киселевым С.Н. Х. к перечислению денег, их сумме и способе перечисления, последствиях их неперечисления, самого факта получения денег.
Перечисленные в приговоре аудиовидеозаписи были получены в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с требованиями закона, в процессе предварительного следствия в установленном порядке признаны доказательствами, мотивированно признанными судом достоверными и допустимыми и положенными в основу приговора в совокупности с другими доказательствами.
Доводы кассационных жалоб о проведении оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками УФСБ с грубыми нарушениями закона, влияющими на допустимость доказательств, в ходе судебного разбирательства проверялись, подтверждения не нашли, и Судебная коллегия находит выводы суда по данному вопросу в приговоре достаточно полными, обоснованными и мотивированными.
Соответствующим актом подтверждается факт вручения Х. сотрудниками УФСБ <…> рублей с отражением в акте номеров купюр (т. 1 л.д. 91 — 97).
Согласно исследованному в судебном заседании протоколу освидетельствования Киселева С.Н. видно, что прибором ультрафиолетового облучения на пальцах его рук обнаружены следы свечения, аналогичные свечению стоящей на столе коробки (т. 2 л.д. 1 — 5).
Данное следственное действие зафиксировано на видеозапись, как результат оперативно-розыскного мероприятия, которая просмотрена в судебном заседании с оглашением протокола (т. 1 л.д. 168 — 171).
Из протокола обыска, зафиксированного на видеопленку и исследованного в судебном заседании, усматривается, что в служебном кабинете Киселева С.Н. были обнаружены в картонной коробке деньги в сумме <…> рублей (т. 1 л.д. 168 — 171, т. 2 л.д. 6 — 15), при этом номера купюр полностью совпали с теми, которые Х. получил по акту (т. 2 л.д. 16 — 25).
Протоколом выемки подтвержден факт изъятая из ЗАО "<…> хлебокомбинат" договора с ЗАО <…> от 7 июля 2003 года на поставку труб и платежного поручения о получении <…> рублей и поэтому договору (т. 4 л.д. 17 — 18).
Из текста договора видно, что ЗАО "<…> хлебокомбинат" обязуется поставить продукцию — "товар" на сумму <…> рублей с обязательной предоплатой. "Товар" предназначен для строительства канализационного трубопровода.
При этом в договоре не были указаны его обязательные условия для таких договоров, как наименование товара, сроков поставки и других обязательных требований (т. 4 л.д. 21 — 24).
Согласно платежному поручению от 14 июля 2003 года, <…> рублей поступили на счет хлебокомбината (т. 4 л.д. 19, 190 — 193).
Из акта ревизии вино, что полученные от ПМК деньги были израсходованы, в том числе, списаны по инкассовым поручениям на приобретение сырья, труб (т. 4 л.д. 68 — 189).
Согласно имеющейся в деле расписке, Киселев С.Н. получил от Х. <…> рублей (т. 2 л.д. 31).
Из копии Государственного контракта на строительство <…> от 16 мая 2003 год ГУП в лице директора К. и ПМК в лице Х. следует, что был заключен договор подряда на строительство роддома (т. 3 л.д. 174 — 179).
Из копии Государственного контракта <…> на строительство <…> от 8 сентября видно, что аналогичный договор подряда был заключен между теми же лицами, но по итогам конкурса (т. 3 л.д. 180 — 184), что подтверждается исследованными в судебном заседании документами (т. 3 л.д. 257 — 262, 262 — 266).
Факт избрания Киселева С.Н. депутатом Законодательного Собрания <…> и его работы в нем на постоянной основе подтверждается соответствующими документами и сомнений не вызывает (т. 2 л.д. 40 — 48, 39).
Из копии протокола N 1 собрания акционеров хлебокомбината видно, что генеральным директором избран Киселев В.Н. (т. 4 л.д. 79), который согласно Уставу хлебокомбината правомочен совершать различного рода сделки (т. 4 л.д. 80 — 88).
Приведенным доказательством, в том числе, касающихся статуса каждого из осужденных, в приговоре дана соответствующая оценка, при этом, вопреки доводам кассационных жалоб, дано мотивированное обоснование законности проведенных оперативно-розыскных мероприятий и получения на их результатах допустимых доказательств.
Необоснованными являются и доводы кассационных жалоб о допущенных нарушениях закона при привлечении Киселева С.Н. к уголовной ответственности, как депутата Законодательного Собрания, и порядка проведения в отношении него отдельных следственных действий.
Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий, к которым относится осужденный Киселев С.Н., предусмотренные главой 52 УПК РФ, органами предварительного следствия соблюдены полностью, поэтому доводы жалоб в этой части нельзя признать обоснованными.
Изменение в процессе расследования обвинения и переквалификации части его действий на более мягкий уголовный закон не ухудшает положения Киселева С.Н. и не требует повторного обращения в суд для дачи заключения о наличии в действиях признаков преступления, о чем суд мотивированно указал в приговоре.
Доводы жалоб о том, что в отношении Киселева С.Н. имела место провокация взятки, судом проверялись и обоснованно отвергнуты, как не нашедшие подтверждения.
Доводы жалоб о том, что между ЗАО <…> и ЗАО "<…> хлебокомбинат" имели законные гражданско-правовые договорные отношения в судебном заседании проверены с достаточной полнотой и обоснованно признаны несостоятельными в приговоре.
Правильность юридической квалификации действий Киселев С.Н. по ст. ст. 159 ч. 3, 30 ч. 3, 159 ч. 3 УК РФ и Киселева В.Н. по ст. 159 ч. 3 УК РФ в приговоре нашла подробное и мотивированное обоснование отдельным разделом приговора и Судебная коллегия находит выводы суда в этой части соответствующими доказательствами по делу и соглашается с их правильностью.
Таким образом, все доводы кассационных жалоб осужденного Киселева С.Н. и защитников обоих осужденных полностью соответствуют их позициям в судебном заседании и нашли в приговоре мотивированное разрешение с точки зрения их несостоятельности.
Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе, и тех его норм, на которые ссылаются в кассационных жалобах осужденный и защитники и которые бы свидетельствовали о неправосудности приговора, фактически по делу не установлено.
Наказание каждому из осужденных назначено с учетом требований ст. 60 УК РФ, характера содеянного, данных о их личности, смягчающих наказание обстоятельств и не свидетельствует о его чрезмерной суровости и несправедливости.
Оснований для удовлетворения кассационных жалоб по изложенным в них доводам и отмены приговора, а также для снижения осужденным наказания не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Тверского областного суда от 14 февраля 2005 года в отношении Киселева В.Н. и Киселева С.Н. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Киселева С.Н., адвокатов Зуевой Л.Н., Лапаева П.В., Должикова Н.А., защитника Смирновой Е.С. — без удовлетворения.

Председательствующий КАРИМОВ М.А.

Судьи ПЕЛЕВИН Н.П. РУДАКОВ С.В.