Приговор по делу о разбое, убийстве оставлен без изменения, так как вина осужденных подтверждена материалами дела, наказание им назначено соразмерно содеянному, с учетом данных о личности каждого, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на их исправление

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 02.06.2005 N 33-О05-33

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Каримова М.А.
судей Истоминой Г.Н. и Рудакова С.В.
рассмотрела в судебном заседании от 2 июня 2005 года кассационные жалобы осужденных Сутормина А.В., Никитина В.К. и адвоката Сухиной Л.Г. на приговор Ленинградского областного суда от 24 декабря 2004 года которым
Сутормин А.В. <…>
осужден к лишению свободы по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 1996 г.) сроком на 10 лет, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет.
По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Никитин В.К. <…>
осужден к лишению свободы по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 1996 г.) сроком на 10 лет, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет.
По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Сутормина А.В. и Никитина В.К. в пользу М. в счет компенсации морального вреда по <…> рублей с каждого, в пользу Н. <…> рублей в возмещение материального ущерба.
Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., мнение прокурора Митюшова В.П., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

В кассационной жалобе адвокат Сухина Л.Г. в защиту Сутормина указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
По доводам жалобы вина Сутормина в убийстве и разбое не нашла подтверждения в судебном заседании. Достоверно был установлен только факт завладения обманным путем мебелью потерпевшего.
Показания потерпевших и свидетелей Л. К. П. Ч. Т. Щ. на которые суд сослался в приговоре, не противоречат показаниям осужденного Сутормина.
Основным свидетелем обвинения стал К. Анализируя показания К. и сопоставляя их с показаниями свидетелей П. П. с показаниями осужденных, с заключением судебно-медицинского эксперта, отмечает наличие в них противоречий, которым суд не дал надлежащей оценки в приговоре. Полагает, что К. находившийся на месте преступления, выгораживая себя, возложил ответственность за убийство на других.
Показания свидетеля Т. также считает ложными, однако суд сослался на них в приговоре.
Показания Сутормина о непричастности к убийству М. косвенно подтверждаются показаниями свидетеля Ч.
Роль свидетелей Т. и Щ. которые частично оплатили за мебель, забрали вместо двух комплектов мебели, о чем состоялась договоренность, все пять комплектов, не выяснена.
Назначенное Сутормину наказание является чрезмерно суровым. Ранее он не судим, характеризуется положительно, длительное время находился в условиях жесткой изоляции.
Просит переквалифицировать действия Сутормина с п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ.
Аналогичные доводы о непричастности к убийству и разбойному нападению на М. приводит в своей кассационной жалобе осужденный Сутормин А.В., утверждая, что умысла на убийство потерпевшего не имел, никаких активных действий по лишению его жизни не совершал. Фактически в основу приговора суд положил показания К. однако и из них следует, что все активные действия, направленные на причинение смерти М. были совершены Никитиным, который сдавил шею потерпевшего петлей. Его же действия никак не могли причинить смерть.
Исходя из этого, считает неправильной оценку показаний К. а приговор необоснованным.
Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное разбирательство.
Осужденный Никитин В.К. в кассационной жалобе и дополнении к ней указывает на отсутствие доказательств его виновности в убийстве М. и разбое.
По его мнению, свидетели К. Т. и Щ. были умышленно выведены органами предварительного следствия из числа участников преступлений и переведены в статус свидетелей, чтобы таким образом создать доказательства по делу.
Свидетель К. давал противоречивые показания на предварительном следствии и в суде, и умышленно оговорил и его Сутормина в совершении преступлений в отношении М. однако суд положил его показания в основу приговора.
Других доказательств его виновности не имеется, а потому ссылка суда в приговоре на наличие совокупности доказательств его вины является неправильной.
В судебном заседании было нарушено его право на защиту, но в чем конкретно это выразилось, не отмечает. Указывает также на нарушение порядка составления протокола судебного заседания.
Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство.
В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Рябцова В.Ю. и потерпевший М. просят оставить приговор без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных в убийстве Щ. и разбойном нападении на него правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.
Судом тщательно проверялись доводы осужденных об их непричастности к совершению разбоя и убийства, поддержанные и в кассационных жалобах.
При этом суд правильно признал достоверными показания свидетеля К. который пояснил в судебном заседании, что по просьбе Сутормина помог разгрузить мебель <…>. Продавец мебели М. стал спрашивать, когда с ним рассчитаются, и Сутормин попросил его выйти из дома. Находясь на улице, он услышал звуки ссоры и вернулся в дом и увидел, что лежащего на спине на полу М. душит веревкой Никитин, а Сутормин в это время, стоя сбоку с пистолетом "ПМ" в руках, наносит удары потерпевшему ногами по телу. По требованию Сутормина он вновь вышел из дома. Находясь на улице, он видел, как Сутормин и Никитин вынесли свернутый ковер, в котором, как он понял, находился труп М. погрузили этот сверток в фургон автомобиля <…> Никитин сел за руль этого автомобиля, а он по требованию Сутормина сел к нему в автомашину. На окраине какой-то деревни Сутормин остановил машину, так как дальше невозможно было проехать, а Никитин поехал дальше через 30 — 40 минут Никитин вернулся пешком, сел к ним в автомашину и они уехали.
Судом исследовались и показания К. данные им на предварительном следствии, при этом его пояснения о действия осужденных в отношении потерпевшего М. о характере применяемого ими насилия в доме не имеют каких-либо противоречий.
Показания К. с его слов подтвердил в судебном заседании свидетель К. которому К. через несколько дней после случившегося рассказал о совершении Суторминым и Никитиным убийства продавца мебели.
Показания свидетеля К. о характере примененного осужденными насилия к потерпевшему объективно подтверждаются заключением судебно-медицинского эксперта по результатам исследования трупа М. согласно которому смерть потерпевшего наступила от сдавления шеи петлей. На трупе М. обнаружены также пять ушибленных ран головы с привнесенным в них металлом, которые могли быть причинены нижней частью рукоятки пистолета.
Соответствуют показания свидетеля К. о наличии у Сутормина пистолета и показаниям свидетеля Ч. о том, что 1 апреля 2001 года Сутормин пришел к ней с пистолетом, который она впоследствии выдала работникам милиции; показаниям свидетеля Т. о том, что в марте 2001 года из его автомашины пропал газовый пистолет "ИЖ", о месте хранения которого знал Сутормин, этот пистолет впоследствии 16 августа 2001 года ему выдали работники милиции.
Свидетель Т. пояснил также о том, что его пистолет внешне похож на пистолет "ПМ" и без специальных познаний их не различить.
С учетом этих показаний свидетеля суд обоснованно пришел к выводу о том, что свидетель К. мог заблуждаться, называя марку пистолета "ПМ", который он видел в руках у Сутормина.
С учетом последовательности показаний К. о совершении убийства М. Никитиным и Суторминым, их соответствия другим доказательствам, суд обоснованно признал достоверными показания данного свидетеля.
Сами осужденные в судебном заседании также не отрицали, что имели намерение похитить обманным путем пять комплектов мебели у М. что после разгрузки мебели потерпевший был убит, но при этом каждый из них утверждал, что в момент убийства находился на втором этаже дома.
Однако доводы осужденных о том, что они находились на втором этаже дома в момент причинения смерти М. опровергаются показаниями свидетеля Т. которая пояснила в судебном заседании, что, находясь на втором этаже дома, слышала как внизу разгружают мебель, после чего слышала шум ссоры, а когда она стихла, машины уехали со двора, при этом на второй этаж дома никто не поднимался.
Оснований не доверять данному свидетелю суд не имел. Кроме того ее показания соответствуют показаниям свидетеля К.
При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о виновности Сутормина и Никитина в убийстве М. в процессе разбойного нападения на потерпевшего.
Нанесение потерпевшему ударов рукояткой пистолета в жизненно важный орган — голову, сдавление его шеи петлей свидетельствует о наличии у обоих осужденных умысла на лишение жизни М. При этом оба осужденных принимали непосредственное участие в применении насилия к потерпевшему в процессе лишения его жизни. При таком положении не имеет правового значения, от чьих конкретно действий наступила смерть потерпевшего.
По изложенным мотивам Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы Сутормина об отсутствии у него умысла на убийство М. а также о том, что его действия не могли повлечь наступление смерти потерпевшего.
Действиям осужденных суд дал правильную юридическую оценку.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
Приговор составлен в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ. Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку.
Доводы жалоб о том, что кроме показаний свидетеля К. не имеется других доказательств виновности осужденных, не основаны на материалах дела и опровергаются приведенным выше анализом доказательств, исследованных судом и положенных в основу приговора.
Не нарушено и право Никитина на защиту. На предварительном следствии и в судебном заседании его интересы защищал адвокат. В судебном заседании ему предоставлялась возможность задавать вопросы допрошенным лицам, выступить с последним словом.
После постановления приговора Никитин ознакомлен с протоколом судебного заседания в полном объеме и замечаний на него не принес.
По порядку ведения судебного разбирательства и составления протокола никто из участников процесса заявлений не делал, а потому доводы жалобы Никитина о нарушении порядка составления протокола нельзя признать обоснованными.
Наказание назначено осужденным соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на их исправление.
Все положительные данные о личности осужденных учтены судом при назначении им наказания в полной мере, а потому оснований для снижения им наказания не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ленинградского областного суда от 24 декабря 2004 года в отношении Сутормина А.В. и Никитина В.К. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных и адвоката Сухиной Л.Г. — без удовлетворения.