Приговор по делу о краже, разбое, убийстве изменен: содеянное переквалифицировано, так как квалификация содеянного по уголовному закону, введенному в действие после совершения преступления и никаким образом не улучшающему положение осужденных, является ошибочной

Определение Верховного Суда РФ от 20.04.2005 N 92-004-28сп

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
в составе председательствующего Кудрявцевой Е.П.
судей Верховного Суда РФ Боровикова В.П. и Линской Т.Г.
рассмотрела в судебном заседании от 20 апреля 2005 года кассационные жалобы осужденных Бурбу, Чамзы, защитника Ондар В.С. на приговор Верховного Суда Республики Тыва от 31 мая 2004 года по уголовному делу, рассмотренному с участием присяжных заседателей, которым
Чамзы А.Х.-о., <…>, судимый 25.03.03 года по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "б" УК РФ к лишению свободы на 3 года условно с испытательным сроком 3 года,
осужден к лишению свободы: по ст. 116 ч. 2 в редакции ФЗ от 8.12.03 года на 1 год; по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ — на 10 лет; по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж, з" УК РФ — на 16 лет. По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ наказание ему назначено в виде лишения свободы на 21 год.
На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ постановлено отменить условное осуждение по приговору от 25 марта 2003 года по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "б" УК РФ и окончательное наказание на основании ст. 70 УК РФ назначено ему в виде лишения свободы на 23 года в исправительной колонии строгого режима;
Бурбу М.-Х.Я., <…>, судимый:
1) 3.07.00 г. по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. п. "а, б, в, г" УК РФ к лишению свободы на 4 года;
2) 22.03.01 г. по ст. ст. 148 ч. 2 УК РСФСР, 69 ч. 5 УК РФ к лишению свободы на 6 лет, освобожденный 9.09.02 г. условно-досрочно на 2 года 12 дней,
осужден к лишению свободы: по ст. 116 ч. 2 в редакции ФЗ от 8.12.03 года на 1 год; по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ — на 11 лет; по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж, з" УК РФ — на 16 лет. По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ наказание ему назначено в виде лишения свободы на 22 года. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности с неотбытой частью наказания по приговору от 22 марта 2001 года по ст. 148 ч. 2 УК РСФСР окончательное наказание ему назначено в виде лишения свободы на 24 года в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад судьи Кудрявцевой Е.П., выступление осужденных Бурбу и Чамзы, а также адвокатов Стассий А.Д. и Шипиловой Т.В., поддержавших кассационные жалобы, возражения прокурора Костюченко В.В. на доводы, изложенные в кассационных жалобах и полагавшего приговор по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ изменить с учетом положений ст. 9 УК РФ, судебная коллегия

установила:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей Чамзы и Бурбу признаны виновными в том, что 27 мая 2003 года около 3 часов во дворе дома <…> встретили ранее им не знакомого Б. и в ходе совместного распития пива Чамзы А.Х. отвел в сторону Б. для разговора. Через некоторое время к ним подошел Бурбу М.-Х.Я. и без всякого повода ударил кулаком по лицу Б., от чего тот упал на землю. После этого Бурбу и присоединившийся к его действиям Чамзы без всякого повода в присутствии посторонних лиц стали совместно группой лиц наносить множественные удары руками и ногами лежащему на земле Б. по различным частям тела. При этом Бурбу волочил Б. по земле, причинив ему ссадины в области конечностей, подвздошной кости и правой ягодичной области, не повлекшие вреда здоровью.
В ходе совершения этих действий Чамзы напал на Б. с целью завладения деньгами; требуя их у него, сдавливал руками шею, причинив ссадины в этой области. Бурбу с этой же целью присоединился к Чамзы и они, требуя деньги, избивали его руками и ногами по различным частям тела и голове; Бурбу при этом обшаривал карманы брюк потерпевшего. От полученной сочетанной тупой травмы головы, груди, живота с разрывом внутренних органов и множественными переломами ребер, с кровоизлиянием в мозг и внутренние органы, осложнившихся развитием шока, наступила смерть потерпевшего.
На основании данного вердикта Чамзы и Бурбу осуждены за умышленное убийство Б., сопряженное с разбоем, совершенное группой лиц, а также за разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.
В кассационных жалобах:
осужденный Бурбу, не считая себя виновным в содеянном, с приговором не согласен. Он считает, что осужден по сфабрикованным материалам уголовного дела. По его мнению, не установлена принадлежность трупа. Со ссылкой на применение недозволенных методов следствия, осужденный обращает внимание на его оговор со стороны свидетеля Д.
Осужденный также считает, что нарушено его право на защиту тем, что на следствии не предоставляли адвоката, а предоставленный позже адвокат не оказывал ему действенной помощи; в судебном заседании председательствующий судья ограничивал его последнее слово. Он также обращает внимание на необоснованность отказа в удовлетворении его ходатайства о возобновлении судебного следствия;
в дополнении к кассационной жалобе со ссылкой на то, что смерть потерпевшего наступила не сразу после причиненных ему телесных повреждений, а в период от нескольких десятков минут до двух часов, высказывается мнение о квалификации содеянного по ст. 111 ч. 4 УК РФ, оспаривается обоснованность применения квалификационного признака умышленного убийства — совершение его с особой жестокостью, а также корыстные мотивы содеянного. С учетом изложенного в жалобе поставлен вопрос об отмене приговора в отношении Бурубу с прекращением производства за отсутствием в его действиях состава преступления;
адвокат Ондар В.С. считает, что председательствующий судья необоснованно отказал в роспуске коллегии присяжных заседателей по признаку ее тенденциозности; при замене присяжного заседателя председательствующий не выяснил у вновь введенного присяжного необходимость возобновления судебного следствия; Защита ссылается на неясность вердикта, обусловленной отсутствием данных о распределении голосов при голосовании, на не исследованность доказательств, имеющих значение для дела (отказано в ходатайстве о допросе дополнительного свидетеля Т.); у Бурбу не выяснялось желает ли он участвовать в судебных прениях; по делу исследованы недопустимые доказательства — показания свидетеля Д., которая задерживалась в качестве подозреваемой по данному делу. С учетом изложенного защита просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное разбирательство;
в дополнении к кассационной жалобе осужденного Бурбу и адвоката Ондар В.С. со ссылкой на доводы, не являющиеся кассационным поводом поставлен вопрос об отмене приговора с прекращением производства по делу в связи с отсутствием в действиях Бурбу состава преступления; высказываются рекомендации "для оценки доказательств". В данных дополнениях делается вывод о том, что "ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не добыто доказательств причастности обвиняемых к совершению инкриминируемых деяний". При этом оспаривается обоснованность вывода суда относительно умысла на убийство потерпевшего, а также обоснованность квалификации содеянного с учетом того, что, как указано в дополнении к кассационной жалобе, "нападавшие на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений причинили потерпевшему тяжкие телесные повреждения"; оспаривается также и квалификация содеянного как умышленного убийства, совершенного с особой жестокостью;
осужденный Чамзы со ссылкой на необъективность предварительного и судебного следствия с приговором не согласен. Считает, что осужден на основании противоречивых показаний Д. Приговор просит отменить с направлением дела на новое судебное разбирательство.
в дополнении к кассационной жалобе осужденного Чамзы поставлен вопрос об отмене приговора с прекращением производства по делу за недоказанностью вины осужденного Чамзы. В обоснование поставленного вопроса в дополнении к кассационной жалобе имеется ссылка на то, что обвинение в отношении осужденного основано на показаниях несовершеннолетнего свидетеля Д., которая "фактически являлась участником преступления" и не предотвратила его при наличии такой возможности. В дополнении к кассационной жалобе высказывается также предположение о применении недозволенных методов следствия в отношении названного свидетеля, с которой, по мнению стороны защиты, после ее задержания "естественно не чай пили". В жалобе обращается внимание на противоречивость показаний этого свидетеля, при этом приводится оценка исследованных судом доказательств с точки зрения стороны защиты. Стороной защиты оспаривается доказанность умысла на убийство, обращается внимание на неисследованность одежды Чамзы. С учетом изложенного в кассационной жалобе, наряду с отменой приговора с прекращением производства по делу поставлен вопрос и о переквалификации действий осужденных на ст. 111 ч. 3 п. "а", и 111 ч. 2 п. "б" УК РФ, а со ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ на ст. 162 ч. 2 УК РФ.
Государственный обвинитель с доводами, изложенными в кассационных жалобах, не согласен и просит оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах, судебная коллегия не усматривает оснований для их удовлетворения.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем ограничения или лишения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем могли повлиять или повлияли на постановление законного приговора, по данному уголовному делу не имеется.
Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ. Оснований для роспуска коллегии присяжных заседателей по мотивам ее тенденциозности по делу не имеется, на что обоснованно указано в постановлении председательствующего судьи при разрешении ходатайства относительно этого вопроса (т. 3 л.д. 68 — 69).
В судебном заседании с участием присяжных заседателей исследованы допустимые доказательства, необходимые и достаточные для постановления законного приговора. Доводы о недопустимости доказательств в судебном заседании проверены и по результатам такой проверки председательствующим судьей приняты обоснованные процессуальные решения. Так, председательствующий судья удовлетворил ходатайство защиты об исключении из числа допустимых к судебному разбирательства протокола опознания свидетелем Д. осужденных по фотографии; доводы о недопустимости в качестве доказательств показаний свидетеля Д. по мотивам применения в отношении нее недозволенных методов следствия, как и ходатайство о допросе Т. в качестве свидетеля, также обоснованно опровергнуты в соответствующих постановлениях судьи (т. 3, л.д. 78 — 80, 85 — 86, 103 — 106, т. 4 л.д. 135). Оснований для возобновления судебного следствия по делу не имелось.
Не основаны на материалах дела и доводы о не предоставлении осужденным возможности выступит в прениях. Из протокола судебного заседания усматривается, что еще в подготовительной стадии судебного заседания осужденным были разъяснены их права, в том числе и их право ходатайствовать о выступлении в прениях (т. 4, л.д. 42). В стадии прений после выступления прокурора и потерпевшей перед удалением коллегии присяжных заседателей в совещательную комнату председательствующим судьей такая возможность осужденным была предоставлена. По этому поводу защита заявила ходатайство об объявлении перерыва для обсуждения этого вопроса с подзащитными, после которого в прениях приняли участие защитники (т. 4, л.д. 156 — 157). В стадии обсуждения последствий вердикта осужденный Бурбу заявил ходатайство об участии в прениях, которое и было удовлетворено (т. 4, л.д. 171, 173). Чамзы такого ходатайства не заявлял. Таким образом, действия председательствующего судьи и в этой части соответствовали уголовно-процессуальному закону, в частности, положениям ч. 2 ст. 292 УПК РФ.
Доводы о нарушении права на защиту Бурбу вследствие не предоставления ему защитника на следствии не основаны на материалах уголовного дела, из которого усматривается, что Бурбу был задержан по подозрению в совершении данных преступлений 29 мая 2003 года в 17 час. 58 мин. И с этого же дня он был обеспечен защитой для оказания юридической помощи (т. 1, л.д. 88 — 89).
Из протокола судебного заседания усматривается, что обоим осужденным была предоставлена не только возможность произнести последнее слово, но и по ходатайству Бурбу ему предоставлялось время для подготовки последнего слова (т. 4, л.д. 173 — 177).
Принадлежность трупа с момента его обнаружения женой погибшего не подвергалась сомнению.
Вердикт по данному делу постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 338, 339, 341 — 343 УПК РФ.
Приговор по данному уголовному делу постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 348, 351 УПК РФ, согласно которым обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей обязателен для председательствующего судьи и влечет постановление обвинительного приговора.
Не основаны на законе и доводы, касающиеся недоказанности вины осужденных в содеянном и неправильной оценке доказательств по делу. Согласно положениям ст. ст. 334, 299 ч. 1 п. п. 1, 2 и 4 УПК РФ установление обстоятельств совершения преступлений, в том числе и причастность к содеянному конкретного лица и соответственно оценка исследованных в суде доказательств является исключительной компетенцией коллегии присяжных заседателей. В этой связи вердикт коллегии присяжных заседателей при отсутствии нарушений процедуры его принятия обжалованию не подлежит.
Юридическая оценка содеянному дана в приговоре в соответствии с установленными присяжными заседателями фактическими обстоятельствами совершения преступления. Довод о необоснованности квалификации умышленного убийства как совершенного с особой жестокостью противоречит описательно-мотивировочной части приговора, согласно которой председательствующим судьей исключен из приговора данный квалифицирующий признак. Аналогичное решение принято судьей и в части корыстных мотивов содеянного осужденными. Доводы об отсутствии умысла на убийство в приговоре опровергнуты. Совокупность установленных присяжными заседателями фактических обстоятельств совершения преступлений, в частности, способ причинения телесных повреждений, сопряженный с нанесением ударов не только руками, но и ногами в различные части тела, в том числе в жизненно важные — голову, грудь, живот, множественность и тяжесть телесных повреждений в области жизненно важных органов, наступление смерти на месте происшествия, то есть непосредственно после случившегося свидетельствует о наличии прямого умысла у осужденных на убийство потерпевшего. Оснований для переквалификации содеянного осужденными на ст. 111 УК РФ по делу не имеется.
Вместе с тем, с учетом положений ст. 9 УК РФ о том, что преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, судебная коллегия считает необходимым переквалифицировать содеянное осужденными с п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ в редакции ФЗ от 13 июня 1996 года, действовавшим в момент совершения инкриминированного осужденному деяния. Согласно ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление. Таких обстоятельств по данному уголовному делу не имеется. С учетом изложенного квалификация содеянного по уголовному закону, введенному в действие после совершения преступления и никаким образом не улучшающим положение осужденных, является ошибочной.
Наказание осужденным назначено с учетом степени общественной опасности содеянного ими. В качестве смягчающего наказание Бурбу суд учел его положительную характеристику; в качестве отягчающего его наказание обстоятельства суд учел совершение им преступления при рецидиве. При назначении наказания Чамзы суд также учел обстоятельства отрицательно характеризующие его. Оснований для смягчения назначенного им наказания по делу не имеется.
Руководствуясь ст. 376, 377, 378 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Тыва от 31 мая 2004 года в отношении Чамзы А.Х.-о. и Бурбу М.-Х.Я. по уголовному делу, рассмотренному с участием присяжных заседателей, изменить с переквалификацией содеянного обоими осужденными с п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ в редакции ФЗ от 13 июня 1996 года, по которой назначить наказание:
Чамзы А.Х.-о. в виде лишения свободы на 10 лет;
Бурбу М.-Х.Я. — в виде лишения свободы на 11 лет.
На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "ж, з" УК РФ, ст. ст. 116 ч. 2, 162 ч. 3 п. "в" УК РФ в редакции ФЗ от 13 июня 1996 года назначить им наказание в виде лишения свободы:
Чамзы А.Х.-о. в виде лишения свободы на 21 год;
Бурбу М.-Х.Я. — в виде лишения свободы на 22 года.
Окончательное наказание назначить:
Чамзы А.Х.-о. в соответствии с ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч. 2 п. "б" УК РФ от 25 марта 2003 года в виде лишения свободы на 23 года в исправительной колонии строгого режима;
Бурбу М.-Х.Я. в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 22 марта 2001 года по ст. 148 ч. 2 УК РСФСР в виде лишения свободы на 24 года в исправительной колонии строгого режима.
В остальном тот же приговор в отношении Чамзы А.Х.-о. и Бурбу М.-Х.Я. оставить без изменения, а кассационные жалобы — без удовлетворения.