Приговор суда по делу о получении взятки изменен: из описательно-мотивировочной части исключена ссылка на полное непризнание осужденным вины как на одно из оснований, не позволяющее применить к нему ст. 73 УК РФ, поскольку по смыслу закона непризнание вины не влечет никаких юридических последствий при назначении наказания

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 11.02.2004 N 64-003-28

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председательствующего — Линской Т.Г.
Судей — Ермолаевой Т.А. и Русакова В.В.
Рассмотрела в судебном заседании от 11 февраля 2004 года кассационные жалобы адвоката Ефимчука Е.А. и осужденного Конькова В.Л. на приговор Сахалинского областного суда от 12 августа 2003 года, по которому
Коньков В.Л., <…>
осужден по ст. 290 ч. 4 п. "г" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 5 лет без конфискации имущества в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Конькова в доход государства судебные издержки в сумме <…> рублей.
Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., мнение прокурора Шаруевой М.В., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

Коньков признан виновным в том, что являясь должностным лицом, работая старшим государственным инспектором рыбоохраны — начальником <…> морской инспекции <…>, получил взятку в крупном размере в виде денег в сумме <…> долларов США за общее покровительство и попустительство по службе.
Преступление совершено <…> 24 января 2003 года при изложенных в приговоре обстоятельствах.
В кассационной жалобе основной и дополнительной адвокат Ефимчук выражает несогласие с приговором. Он считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Суд положил в основу приговора в качестве доказательств показания потерпевших, которые на предварительном следствии не были признаны достоверными и в судебном заседании не проверялись и не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. В деле нет объективных данных о том, что Коньков подтвердил К. свои требования о безвозмездной передаче денег за создание благоприятной обстановки для ООО <…>. Приводя и анализируя показания потерпевшего К., показания свидетелей М., Б. и В. — сотрудников ФСБ адвокат считает, что им дана неправильная юридическая оценка. Показания свидетеля В. адвокат считает домыслом, который положен в основу приговора. Показания свидетеля М., по его мнению, судом истолкованы неправильно, в жалобе также подвергается сомнению допустимость протокола следственного эксперимента. Адвокат считает, что Коньков не мог создать благоприятную обстановку для деятельности ООО <…> и оказать им покровительство, вследствие чего отсутствует субъективная сторона преступления, ссылается на то, что судом не дана полная оценка всем доводам защиты о невиновности Конькова.
Адвокат просит приговор отменить либо с прекращением дела, либо с направлением дела на новое судебное рассмотрение.
Осужденный Коньков в основной и дополнительной жалобе просит приговор отменить и дело производством прекратить за непричастностью его к совершению преступления. Считает, что следователь указал вымышленное время совершения преступления, предъявленное обвинение не конкретизировано, в связи чем нарушено его право на защиту. Мотив обвинения, предложенный государственным обвинителем носит предположительный характер. Как указывает Коньков, в приговоре не приведено ни одного доказательства, свидетельствующего о том, как он мог оказать содействие или покровительство потерпевшим и ООО <…>. Осужденный считает, что потерпевшие не были поставлены в вынужденные условия и следовательно не было оснований к даче взятки.
Государственный обвинитель в возражениях на жалобы адвоката и осужденного полагает, что приговор является законным и обоснованным.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката Ефимчук осужденный Коньков указал, что не опровергая доводы жалобы адвоката, "касающихся технических моментов приговора", не согласен с поданными жалобами по сути. При этом указывает, что не настаивает на отмене приговора, а просит суд отнестись к нему благосклонно, применить условную меру наказания. Вину в совершении преступления в указанных возражениях он признал и считает, что суд правильно квалифицировал его действия. Суд сделал правильные выводы о том, что он не мог вернуть такую крупную сумму денег, взятую у потерпевших, и поэтому он согласен с выводами суда о том, что он получил взятку. Просит не принимать во внимание ранее поданные жалобы, в содеянном раскаивается, это преступление является единственным, просит учесть все смягчающие обстоятельства и применить условное осуждение.
Адвокат Ефимчук в дополнениях к развернутой кассационной жалобе поддерживает позицию Конькова, изложенную в возражениях на его жалобу и просит приговор не отменять, а смягчить его подзащитному наказание с применением ст. 73 УК РФ.
Проверив материалы дела, обсудив изложенные в кассационных жалобах доводы, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.
Вывод суда о доказанности вины Конькова в получении взятки при изложенных в приговоре обстоятельствах, соответствует материалам дела и подтвержден приведенными в приговоре доказательствами:
— показаниями потерпевших К. и Ш. об обстоятельствах, при которых они передали Конькову в качестве взятки <…> долларов США,
— показаниями свидетелей М., Б. и В. — сотрудников ФСБ об обстоятельствах проверки заявления К. о вымогательстве Коньковым с руководства ООО <…> <…> долларов США,
— данными, зафиксированными в протоколе оперативного эксперимента, протоколах осмотра, пометки и вручения К. денежных купюр,
— вещественными доказательствами — изъятой у Конькова валютой, выводами комплексной судебной фонографической экспертизы предметом исследования которой являлись две аудиокассеты с записями разговоров К. и Конькова, прослушанные и исследованные в судебном заседании,
— показаниями свидетелей М., В., М., А. и другими приведенными в приговоре доказательствами.
Доводы, изложенные в первоначальных кассационных жалобах о том, что Коньков не мог оказать покровительства по службе К. и Ш., а в их лице — ООО <…>, не могут быть признаны состоятельными.
Как следует из Положения о <…> инспекции и должностной инструкции Конькова в круг его должностных обязанностей входил контроль за соблюдением российскими и иностранными физическими и юридическими лицами российского законодательства и международных договоров в ходе ведения промысла морских биоресурсов, а в качестве руководителя структурного подразделения <…> — участие в принятии решений об ответственности нарушителей природоохранного законодательства. Коньков и подчиненные ему инспектора имели право приостанавливать и осматривать рыболовецкие российские и иностранные суда для проверки соблюдения ими правил рыболовства и задерживать их до решения вопроса об ответственности.
Обстоятельства проверок российских и иностранных судов в судебном заседании были подробно исследованы, и как обоснованно указал суд, возможны ситуации составления соответствующих документов и осмотра шхуны таким образом, чтобы возникли проблемы у капитана корабля, и при этом фирма понесла потери.
Именно Коньков, являясь начальником инспекции, концентрировал в своих руках материалы проверок и вправе был решать вопрос о привлечении или не привлечении к ответственности капитана и владельца шхуны.
Из показаний свидетеля М. — непосредственного начальника Конькова следует, что инспектора могут препятствовать деятельности рыбопромышленников и повлечь для них финансовые потери.
Из показаний свидетелей М., З. следует, что Коньков, являвшийся их начальником мог дать указания на проверку судна в избирательном порядке, проверять корабль более длительное время, либо напротив ускорить проверку, а мог дать указание вообще не проверять шхуну и составить документы о надлежащем ее состоянии.
Данные обстоятельства в совокупности с показаниями потерпевших Ш. и К. свидетельствует о том, что они давали <…> долларов США Конькову за общее покровительство, т.е. выполнение или невыполнение тех или иных действий, входящих в круг служебных обязанностей и для решения вопросов в благоприятном для них русле.
Эти доводы объективно подтверждены и ситуацией, сложившейся с рыболовецкой шхуной <…>, анализ которой свидетельствует о возможностях Конькова, как должностного лица, создать сложности в деятельности ООО <…>.
Судом были тщательно исследованы доводы Конькова о том, что полученные им от Ш. и К. <…> долларов являлись займом.
Выводы суда о том, что Коньков не имел реальной возможности выплатить указанную сумму в силу своего материального положения в приговоре подобно мотивированы, и не согласиться с ними у судебной коллегии оснований не имеется. Не отрицал этого обстоятельства и сам осужденный в кассационной жалобе.
Доводы, изложенные в первоначальных кассационных жалобах о том, что аудиозапись не может являться достоверным доказательством виновности Конькова, судебная коллегия считает несостоятельными.
Аудиозапись была прослушана и исследована в судебном заседании. Как обоснованно указал суд в приговоре, анализ ее (подробно приведенный в приговоре), свидетельствует о том, что существо разговора сводится к получению Коньковым взятки в размере <…> долларов США в связи с его профессиональной деятельностью.
Материалы дела опровергают и доводы Конькова о том, что он не был ознакомлен с аудиозаписью при окончании расследования, что является нарушением права на защиту, поскольку как следует из дела, он был ознакомлен с аудиозаписью.
Доводы Конькова о неознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела не соответствуют материалам дела, поскольку материалами дела установлено, что он отказывался от подписи протоколов следственных действий.
Утверждение адвоката о том, что суд необоснованно сослался в приговоре на показания потерпевших К. и Ш. в той части, что ранее они привозили подарки Конькову и передавали ему различные денежные суммы не может быть признано убедительным.
Такие показания Ш. и К. давали на всем протяжении предварительного следствия и в судебном заседании. Эти обстоятельства проверялись органами следствия чем имеются соответствующие процессуальные документы. Как из них следует, факты такие имели место, однако, дело было прекращено за отсутствием состава, а не события преступления. При таких обстоятельствах ссылка в приговоре на эти показания не противоречит требованиям закона.
Вопреки утверждению в жалобе адвоката, что суд не смог установить даты точной разговора Конькова и Ш. о передаче денег, судом установлено, что разговор имел место в двадцатых числах января, как следует из показаний Ш.
Протокол следственного эксперимента, проведенного с целью проверки слышимости разговорной речи между кабинетами <…> с учетом показаний свидетеля М. был тщательно исследован в судебном заседании. Судом обсуждался вопрос о его допустимости в том числе и с учетом доводов защиты, изложенных в жалобе.
Судом протокол следственного эксперимента обоснованно признан допустимым доказательством и указал, что он лишь объективно подтверждает показания свидетеля М. в части затруднений более точно и детально воспроизвести слышанное им. Мотивированные суждения по этому поводу приведены в приговоре, и у судебной коллегии нет оснований с ними не согласиться.
Признавая вывод суда о доказанности вины Конькова обоснованным, судебная коллегия считает, что действиям его дана правильная юридическая оценка.
Судебная коллегия не усматривает оснований для смягчения Конькову наказания с применением к нему на основании ст. 73 УК РФ условного осуждения, о чем ставится вопрос в кассационных жалобах.
Как обоснованно указано в приговоре судом, Коньков совершил особо тяжкое преступление.
Суд, приняв во внимание все обстоятельства дела и обстоятельства, смягчающие наказание, в том числе и те, на которые имеется ссылка в жалобах, счел возможным применить ст. 64 УК РФ и назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного законом.
Вопрос о возможности применения к Конькову условного осуждения в соответствии с требованиями ст. 73 УК РФ судом 1 инстанции обсуждался.
Судом установлено, что Коньков совершил особо тяжкое преступление, дискредитировал органы государственной службы и органы Федеральной пограничной службы Российской Федерации в глазах общественности. С учетом этих данных и конкретных обстоятельств дела, суд пришел к обоснованному выводу о невозможности применения к нему ст. 73 УК РФ.
Вместе с тем, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению ссылка суда на "полное непризнание вины Коньковым" как на одно из оснований, не позволяющее применить к нему ст. 73 УК РФ, поскольку по смыслу закона, непризнание вины не влечет никаких юридических последствий при назначении наказания.
Назначенное Конькову наказание с применением ст. 64 УК РФ, Судебная коллегия не может признать несправедливым вследствие суровости, а поэтому оснований для его смягчения не усматривает.
В силу изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Сахалинского областного суда от 12 августа 2003 года в отношении Конькова В.Л. изменить: исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на "полное непризнание вины Коньковым".
В остальной части приговор оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного и адвоката — без удовлетворения.