Приговор по делу об убийстве оставлен без изменения, так как наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному и данным о личности виновного; оснований для смягчения ему наказания не имеется

Определение Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 16-о02-1

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:
председательствующего — Галиуллина З.Ф.
судей — Ламинцевой С.А. и Родионовой М.А.
рассмотрела в судебном заседании от 5 июня 2002 г. дело по кассационной жалобе осужденного С.Ю. на приговор Волгоградского областного суда от 22 ноября 2001 года, по которому
С.Ю., <…>, несудимый,
осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д", "з" УК РФ на 20 (двадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с С.Ю. в пользу С.Н. в возмещение морального вреда 150.000 рублей.
Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., объяснения осужденного С.Ю. по доводам его жалобы, заключение прокурора Карасевой С.Н. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

установила:

С.Ю. признан виновным в убийстве трех лиц: С.Е., 1997 года рождения, С.В., 1994 года рождения, С.А., 1993 года рождения, заведомо для него находившихся в беспомощном состоянии, из корыстных побуждений, с особой жестокостью.
Преступление совершено 25 октября 1999 года в Ворошиловском районе г. Волгограда.
В судебном заседании С.Ю. виновным себя не признал.
В кассационной жалобе (основной и дополнительной) С.Ю. просит об отмене приговора. Он указывает о том, что не совершал преступления, за которое осужден. Ссылается на то, что на предварительном следствии написал явку с повинной вследствие применения к нему незаконного воздействия со стороны следственных работников. Считает, что по делу не опровергнуто его алиби, а Т. дает ложные показания. Указывает на то, что слова дочери С.А. о том, что поджог совершил отец, внушены девочке ее бабушкой Д., что эти слова, на которые суд сослался в приговоре, противоречат первоначальным показаниям М. Ссылается на то, что пожарные инспектора поверхностно осмотрели место происшествия и не изъяли оттуда всего того, что нужно было изъять; что вызывает сомнение экспертное заключение, сделанное инспектором Б. Далее указывает о том, что суд необоснованно признал достоверными показания его жены и тещи Д., допрошенных в качестве свидетелей. Указывает и о том, что не согласен с выводом судебно-психиатрической экспертизы в отношении себя и с выводами судебно-психологической экспертизы в отношении дочери С.А.; допускает, что поджечь дом мог его сын С.Д.
Потерпевшая С.Н. принесла возражения на жалобу С.Ю., в которых просит приговор оставить без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия находит приговор обоснованным.
Вывод суда о виновности С.Ю. в содеянном основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и оценка которым даны в приговоре.
Вина С.Ю. в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается показаниями свидетеля Б.В., из которых усматривается, что по долгу службы выезжал на пожар по месту проживания семьи С. По прибытии он узнал, что в доме обнаружены трупы двоих детей, а третий ребенок с ожогами находится в соседнем доме. Пройдя туда, он увидел девочку, которая на вопрос о случившемся ответила, что "их поджег папа, закрыл в доме и ушел".
Свидетель Д. показала, что является бабушкой погибших детей. 25 октября 1999 г., около 9 часов утра, она увидела дым со двора дома С. Прибежав к дому С., она увидела, что входная дверь в дом заперта на навесной замок. Забежав за дом, где находилась спальная комната, она увидела внучку С.А., которая просила о помощи.
На девочке горела одежда. Какой-то молодой человек выломал решетку на окне и вытащил С.А. В дом проникнуть не удалось в связи с сильной задымленностью. С.А. соседи отнесли к ней, Д., домой, где девочка сказала, что дом поджег отец и закрыл их.
Свидетель М.А., на которую осужденный ссылается в жалобе, и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 21), и в судебном заседании показала, что на вопрос о случившемся С.А. сказала, что папа поджег дом, их закрыл и ушел.
Свидетель П. — врач скорой помощи пояснил, что при оказании С.А. медицинской помощи он слышал, как девочка сказала, что "папка взял тряпку, поджег матрас, закрыл нас и ушел".
Свидетель С.Д., В. дали аналогичные показания относительно тех слов, которые сказала С.А.
Показания этих свидетелей признаны судом достоверными, поскольку согласуются с другими материалами дела.
По заключению посмертной судебно-психологической экспертизы малолетняя потерпевшая С.А. могла адекватно воспринимать обстоятельства исследуемой ситуации. После полученных ожогов она поддерживала адекватный речевой контакт, в полной мере ориентировалась в месте, времени, собственной личности и могла адекватно сообщать другим лицам об обстоятельствах возникновения пожара и конкретных действиях других лиц, находившихся в доме в момент возникновения пожара.
Эти выводы экспертов не вызвали сомнений у суда — экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона компетентными лицами.
Заявление С.Ю. о том, что приведенные выше слова потерпевшая С.А. дала "под внушением" со стороны бабушки — Д. проверялись судом и мотивированно отвергнуты в приговоре.
Потерпевшая С.Н. и свидетель Д. пояснили, что С.Ю. злоупотреблял спиртными напитками, избивал жену и детей, не приносил денег в семью, тяготился детьми.
Эти показания согласуются с имеющимися в деле характеристиками на С.Ю., объективность которых также не вызвала сомнений у суда.
По заключению экспертов-медиков смерть малолетних С.Е. и С.В. наступила от отравления угарным газом; смерть С.А. наступила в результате термических ожогов головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей.
По заключению эксперта-криминалиста навесной замок, изъятый при осмотре места происшествия — домовладения С., неисправен и для запирания непригоден. Этот замок был сбит в запертом положении путем воздействия постороннего предмета на верхнюю часть корпуса замка (под дужку).
По заключению пожарно-технической экспертизы очаг пожара, произошедшего 25 октября 1999 г. в доме С., находился на кровати в северо-восточном углу комнаты N 4. Причиной пожара явилось воспламенение горючих материалов в выявленном очаге пожара, либо огонь возник от источника открытого огня (горячий факел, пламя зажигалки), либо от малокалорийного источника зажигания (тлеющее табачное изделие и т.п.).
Эти выводы экспертов, не противоречащие выводам инженера испытательной пожарной лаборатории Б., признаны судом обоснованными, поскольку согласуются с другими материалами дела.
Сам осужденный С.Ю. неоднократно на предварительном следствии показывал, что дома стал спичками поджигать тряпку, затем бросил эту тряпку на кровать сына С.Д. в той комнате, в которой спали его трое малолетних детей, закрыл снаружи детей в доме и ушел.
Эти показания С.Ю. давал на допросах, проведенных в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в обстановке, исключающей возможность незаконного воздействия на него.
По существу те же обстоятельства С.Ю. подтверждал в судебном заседании 19 марта 2001 года.
Эти показания С.Ю. получили оценку в приговоре.
Совокупность приведенных выше и иных доказательств, на которые суд сослался в приговоре, опровергает доводы жалобы осужденного С.Ю. о том, что в деле отсутствуют достаточные доказательства его вины.
Обстоятельства дела органами следствия и судом исследованы всесторонне, полно, объективно. Все свидетели, показания которых имеют существенное значение для дела, допрошены.
Все возможные версии, в том числе версия С.Ю. о поджоге дома сыном С.Д. и другими лицами, проверены и получили оценку в приговоре.
Свидетель Т., допрошенный на предварительном следствии и в судебном заседании, (т. 2 л.д. 27 — 28) опроверг алиби С.Ю.
В соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, действиям С.Ю. дана правильная юридическая оценка. Конкретные обстоятельства совершенного преступления, установленные судом, исключают совершение С.Ю. преступления по неосторожности.
Психическое состояние С.Ю. исследовано с достаточной полнотой.
По заключению экспертов-психиатров С.Ю. следует считать вменяемым в отношении инкриминированного ему деяния.
Эти выводы экспертов согласуются с другими материалами дела.
Наказание С.Ю. назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному и данным о личности виновного. Оснований для смягчения ему наказания не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

определила:

приговор Волгоградского областного суда от 22 ноября 2001 года в отношении С.Ю. оставить без изменения, кассационные жалобы — без удовлетворения.

Председательствующий ГАЛИУЛЛИН З.Ф.

Судьи ЛАМИНЦЕВА С.А. РОДИОНОВА М.А.