Обвинительный приговор по делу об организации преступного сообщества, вымогательстве, мошенничестве отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства, так как при назначении наказания осужденным в резолютивной части приговора судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона

Определение Верховного Суда РФ от 30.05.2002 N 5-О02-77

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Ермилова В.М.,
судей Борисова В.П. и Ботина А.Г.
рассмотрела в судебном заседании от 30 мая 2002 года дело по кассационным жалобам осужденных Кочуйкова А.Н., Артемова А.В. и адвокатов Белявской М.И., Кучумовой В.Ф., Гофштейна А.М., Ямпольского Д.В. на приговор Московского городского суда от 22 февраля 2002 года, по которому
Артемов Андрей Владимирович, 22 января 1966 года рождения, уроженец г. Москвы, несудимый —
осужден по ст. 210 ч. 2 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы без конфискации имущества, по ст. 159 ч. 3 УК РФ (признан виновным по ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ) с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы и по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Артемов А.В. по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б", 174 ч. 3 УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления и по ст. 167 ч. 1 УК РФ за недоказанностью;
Новиков Алексей Юрьевич, 14 мая 1970 года рождения, уроженец г. Москвы, несудимый —
осужден по ст. 210 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы без конфискации имущества, по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы без конфискации имущества и по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание считается условным с испытательным сроком 5 лет.
Новиков А.Ю. по ст. 174 ч. 3 УК РФ оправдан за отсутствием состава преступления и по ст. 167 ч. 1 УК РФ за недоказанностью;
Исаковский Александр Николаевич, 23 сентября 1963 года рождения, уроженец г. Тотьмы Вологодской области, несудимый —
осужден по ст. 210 ч. 2 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ к 4 годам лишения свободы без конфискации имущества, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ (признан виновным по ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ) с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы без конфискации имущества и по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание считается условным с испытательным сроком 4 года.
Исаковский А.Н. оправдан по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ за отсутствием состава преступления;
Караманов Марлен Нариманович, 11 августа 1964 года рождения, уроженец г. Ангрена Узбекской ССР, несудимый —
осужден по ст. 210 ч. 2 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы без конфискации имущества, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы без конфискации имущества и по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание считается условным с испытательным сроком 4 года.
Караманов М.Н. оправдан по ст. 167 ч. 1 УК РФ за недоказанностью;
Кочуйков Андрей Николаевич, 18 июля 1965 года рождения, уроженец г. Москвы, несудимый —
осужден по ст. 210 ч. 1 УК РФ к 8 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. 222 ч. 2 УК РФ к 5 годам лишения свободы, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ к 8 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ к 7 годам лишения свободы с конфискацией имущества, по ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ к 7 годам лишения свободы с конфискацией имущества и по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.
Кочуйков А.Н. оправдан по ст. 174 ч. 3 УК РФ за отсутствием состава преступления и по ст. 167 ч. 1 УК РФ за недоказанностью.
Бессонов Игорь Валерьевич, 11 августа 1968 года рождения, уроженец г. Москвы, несудимый —
осужден по ст. 222 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание считается условным с испытательным сроком 3 года.
Бессонов И.В. оправдан по ст. 174 ч. 3 УК РФ за недоказанностью и по ст. 210 ч. 2 УК РФ за отсутствием состава преступления.
Постановлено взыскать с осужденных причиненный материальный ущерб и компенсацию морального вреда в пользу потерпевших.
Дело в отношении Исаковского А.Н., Караманова М.Н. и Бессонова И.В. рассмотрено в кассационном порядке в соответствии с требованиями ст. 332 УПК РСФСР.
Заслушав доклад судьи Ермилова В.М., объяснения адвокатов Гофштейна А.М. и Ямпольского Д.В. поддержавших свою кассационную жалобу и просивших переквалифицировать действия Кочуйкова по эпизоду с шинами на самоуправство, а в остальном приговор отменить и дело производством прекратить, объяснение потерпевшего Гайдашенко А.П., считавшего, что приговор правильный, и заключение прокурора Башмакова А.М., полагавшего приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия

установила:

согласно приговору признаны виновными: Кочуйков в создании преступного сообщества для совершения тяжких и особо тяжких преступлений и в руководстве им, в вымогательстве и в приготовлении к вымогательству, совершенных организованной группой, в целях получения имущества в крупном размере, в мошенничестве, совершенном организованной группой, в крупном размере и в незаконном хранении огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств, совершенном группой лиц по предварительному сговору,
Новиков в участии в преступном сообществе, в вымогательстве и в приготовлении к вымогательству, совершенных, организованной группой, в целях получения имущества в крупном размере;
Артемов, Исаковский и Караманов в участии в преступном сообществе, в вымогательстве, совершенном организованной группой, в целях получения имущества в крупном размере, в мошенничестве, совершенном организованной группой, в крупном размере;
Бессонов в незаконном хранении огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств, совершенном группой лиц по предварительному сговору.
Преступления совершены в 1998 — 1999 годах в г. Москве при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании осужденные Артемов, Кочуйков и Новиков вину не признали.
В кассационных жалобах:
осужденный Кочуйков считает приговор незаконным и необоснованным, просит приговор в отношении него отменить и дело производством прекратить (мотивы не излагает);
осужденный Артемов не согласен с приговором, виновным себя не признает, просит приговор отменить (мотивы не излагает);
адвокаты Гофштейн и Ямпольский в защиту осужденного Кочуйкова считают, что приговор необоснованный, так как вопреки требованиям ст. 20 УПК РСФСР он постановлен без учета ряда обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, а также нарушены требования закона о всесторонности, полноте и объективности разрешения дела. По их мнению, в нарушение закона ряду доказательств и, прежде всего, показаниям потерпевшего, придана заранее установленная сила, что повлекло принятие судом решения ошибочного как с точки зрения юридической оценки приписанных осужденному действий, так и с точки зрения их доказанности.
В дополнительной жалобе адвокаты указывают на то, что никаких угроз в адрес потерпевшего со стороны Кочуйкова или других осужденных до 1 декабря 1998 года суд не установил. Ссылаясь на материалы дела, на показания Кочуйкова, потерпевшего Гайдашенко и свидетелей произвели расчеты вложенных Кочуйковым средств в "Маиру" и полученных им от фирмы. Согласно этим расчетам Кочуйков не только не присвоил средства "Маиры", а наоборот, потерпел убытки в сумме 244706,5 руб. и, кроме того, еще на 50 тысяч долларов — стоимость экскаваторов полученных Гайдашенко и не оплаченных им. Считают, что это свидетельствует о том, что Кочуйков необоснованно осужден по ст. ст. 159, 163 УК РФ, так как согласно закона, эти корыстные преступления должны быть сопряжены с незаконным обращением в свою собственность чужого имущества. Действия же Кочуйкова должны рассматриваться только как возврат средств, вложенных им в совместный с Гайдашенко бизнес. Также полагают, что Кочуйков необоснованно осужден и за приготовлению к вымогательству. Указывают, что доказательства, исследованные судом, не свидетельствуют о приготовлении Кочуйкова к вымогательству. Поскольку отсутствуют данные о совершении осужденными тяжких и особо тяжких преступлений и приготовления к нему, то следует признать несостоятельным приговор и по ст. 210 УК РФ. Утверждают, что Кочуйков также необоснованно осужден по ст. 222 ч. 2 УК РФ. По их мнению, допущены и процессуальные нарушения. В приговоре указывается, что деньги на Долинском ГПЗ получены лицами, за соучастие с которыми Кочуйков не осужден. После объявления Кочуйкову 12 января 2001 года об окончании расследования проводились следственные действия без возобновления следствия. Суд же неосновательно, без всякой проверки признал это опиской в протоколе. Просят приговор в отношении Кочуйкова отменить и прекратить производство по делу;
адвокат Белявская в защиту осужденного Артемова считает, что он необоснованно осужден за участие в преступном сообществе, за вымогательство и мошенничество. Полагает, что признаков преступного сообщества, предусмотренных ст. 35 ч. 4 УК РФ, судом не установлено, как и время создания "сообщества" и наличие прямого умысла Артемова на участие в нем. Утверждает, что Артемов являлся только сотрудником фирмы "Маира", а вывод суда о его активной роли в деятельности "преступного сообщества" направленной на захват этой фирмы, не доказан. Требования Артемова, как сотрудника ЗАО "Маира", от бухгалтера предприятия "Фирма Украина" Бабенко перечисления денежных средств за газ, по ее мнению, были законными. Кроме того, указывает, что действия Артемова уже получили правовую оценку правоохранительных органов Украины, привлекшего его к административной ответственности за мелкое хулиганство. Считает, что по делу не доказана причастность Артемова к завладению векселями завода "Карельский Окатыш".
В дополнительных доводах к кассационной жалобе указывает, что факт заявления Артемовым или другими лицами требования имущественного характера, являющегося основным признаком объективной стороны состава вымогательства, остался недоказанным, и, более того, вообще не установлен. Также полагает, что обвинение Артемова в совершении вымогательства не может считаться обоснованным по причине отсутствия угрозы со стороны Артемова, что признак "с применением насилия" вменен Артемову в вину безосновательно. Считает, что событие преступления в нарушение п. 1 ст. 68 УПК РСФСР, в данном случае осталось недоказанным. Утверждает, что вывод суда о том, что Артемов участвовал в переговорах с ОАО "Карельский окатыш" не находит подтверждения в рассмотренных судом доказательствах. Указывает, что вывод следователя и суда о причастности Артемова к руководству преступлением, предусмотренным ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ, к подделке подписей и реализации векселей остался полностью немотивированным. Не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, и выводы суда об участии Артемова в преступном сообществе. Просит приговор в отношении Артемова отменить и прекратить производство по делу за отсутствием в его действиях состава преступления;
адвокат Кучумова в защиту осужденного Новикова считает, что Новиков необоснованно осужден за участие в преступном сообществе, за вымогательство и за приготовление к вымогательству. Утверждает, что в деле отсутствуют объективные данные, подтверждающие то, что осужденные являлись организованной группой лиц, заранее объединившихся для совершения преступления, и что умысел Новикова на вступление в члены преступного сообщества не доказан. Полагает, что вывод суда о том, что Новиков участвовал в вымогательстве чужого имущества, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не подкреплен доказательствами, а также недостаточно приведенных в приговоре доказательств, для достоверного вывода о приготовлении Новикова к совершению вымогательства. Просит приговор в отношении Новикова отменить и дело производством прекратить за отсутствием его вины в совершении преступления.
Проверив материалы дела, и обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 68 УПК РСФСР, при разбирательстве уголовного дела в суде подлежат доказыванию событие преступления, виновность подсудимого в совершении преступления и мотивы преступления.
В соответствии с требованиями ст. 314 УПК РСФСР описательная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным судом, с указанием места, времени, способа его совершения, характера вины, мотивов и последствий преступления. Если преступление совершено группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, в приговоре должно быть четко указано, какие конкретно преступные действия совершены каждым из соучастников преступления.
В приговоре должен быть приведен всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал выводы, при этом должны получить оценку все доказательства как уличающие, так и оправдывающие подсудимого, и приведены мотивы, по которым суд согласился с одними доказательствами и отверг другие.
Приговор должен быть изложен таким образом, чтобы в нем четко и ясно было указано, в чем конкретно подсудимый признан виновным, какими доказательствами подтверждается его вина, основания правовой оценки его действий.
Этим требованиям закона приговор в отношении Кочуйкова и других осужденных не отвечает.
В обоснование вывода о виновности осужденных в инкриминируемых преступлениях суд сослался в приговоре на показания потерпевшего Гайдашенко, свидетелей Цысаря, Бишко, Степанова и других, изложенных в приговоре в протокольной форме, а также другие данные, а затем сделал вывод о доказанности их вины, перечисляя фамилии свидетелей, которые, по мнению суда, подтверждают выводы о наличии в действиях Кочуйкова и других тех или иных составов преступлений.
Однако из приговора не видно, на основании каких содержащихся в показаниях названных свидетелей и других доказательствах конкретных сведений суд пришел к выводу о наличии в действиях осужденных составов преступлений, признанных доказанными.
Так, суд признал установленным, что в 1998 году Кочуйков создал преступное сообщество для совершения тяжких и особо тяжких преступлений, куда к октябрю 1998 года вошли Артемов, Новиков, Исаковский, Караманов и иные лица, взял на себя руководство преступным сообществом, распределял роли между участниками, ставил перед ними задачи. Далее в приговоре указывается, что преступное сообщество имело достаточные источники финансирования своей деятельности, свое помещение, транспортные средства, технику связи, обладало достаточной информационной базой для совершения конкретных корыстных преступлений в отношении конкретных объектов.
Обосновывая вывод о создании Кочуйковым преступного сообщества и участие в нем Артемова, Новикова, Исаковского, Караманова, суд сослался в приговоре на показания Гайдашенко, Дегтяревой, Крыловой, Туркина, Цысаря, Щеголевой, Савина, Титова, самих подсудимых, Ледвича, Гагиева, Платоновой, Курочкина, Темникова, а также на данные журнала Кочуйкова, распечатки телефонных разговоров, на наличие у этой группы криминальных связей.
При этом суд не указал, какие же конкретные сведения из этих доказательств, подтверждают выводы суда.
Между тем, никто из подсудимых не признал вины в создании преступного сообщества, либо участия в нем.
Из анализа изложенных в приговоре показаний указанных свидетелей также не усматривается наличие в действиях осужденных обязательных признаков указанного состава преступления.
Так, свидетель Темников показал, что Кочуйков занимался предпринимательской деятельностью, производил впечатление состоятельного человека. Осенью 1998 года в разговоре с Кочуйковым он упомянул фирму "Маира", Кочуйков ею заинтересовался и попросил познакомить его с Гайдашенко, что он и сделал. В его присутствии Кочуйков встретился с Гайдашенко. При этой встрече были Новиков и еще кто-то. Через некоторое время Кочуйков сообщил, что он уже работает в "Маире". Зимой 1998 — 1999 года он слышал, что Кочуйков и Гайдашенко довольны совместной работой.
Свидетель Курочкин показал, что он работал менеджером в фирме "Рикко", директором которого был Водоватов. Менеджерами в фирме также являлись Савин, Исаковский, Новиков. Из-за общей обстановки в стране и в силу бездарного руководства Водоватова весной 1996 года фирма развалилась. Бывшими сотрудниками "Рикко", в том числе и им, Курочкиным, была создана фирма "Евротрейд", затем ему там стало работать неинтересно, и он уволился. Кочуйкова он неоднократно видел в офисе "Рикко", тот был партнером и другом Водоватова.
Каким образом показания этих свидетелей и других, на которых сослался суд, подтверждают создание Кочуйковым преступного сообщества и участие в нем Артемова, Исаковского, Новикова и Караманова, из приговора не усматривается.
Далее в описательной части приговора указывается, что задачей преступного сообщества явилось взятие под контроль деятельности ЗАО "Маира" и путем вымогательства завладение его денежными средствами и иным имуществом.
В соответствии со ст. 163 УК РФ под вымогательством понимается, в частности, требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества.
В подтверждение наличия в действиях осужденных указанного состава преступления суд указал в описательной части приговора на то, что осознав сложившуюся ситуацию, Гайдашенко предпринял попытку выйти из-под контроля преступного сообщества, однако 1 декабря 1998 года был избит Кочуйковым и Артемовым, при этом Кочуйков потребовал от Гайдашенко самоустраниться от руководства фирмой, передать руководство фирмой членам преступного сообщества за вознаграждение 10 тысяч долларов ежемесячно. В случае отказа Кочуйков угрожал расправой Гайдашенко, уничтожением его имущества, продемонстрировал Гайдашенко фотографии его загородного дома. Гайдашенко вынужден был согласиться, и Кочуйков, Артемов, Новиков, Исаковский, Караманов, иные лица фактически завладели имуществом "Маиры".
Однако выводы суда противоречивы и не соответствуют доказательствам, которыми суд их обосновал.
Признав установленным, что Кочуйков применил к Гайдашенко, с целью завладения имуществом ЗАО "Маира", насилие и угрозы насилием в декабре 1998 года, суд, в то же время признал, что руководимое Кочуйковым преступное сообщество завладело средствами "Маиры" в сумме 5 497 689, 92 рубля в ноябре 1998 года, то есть еще до того, как Кочуйковым были предприняты действия связанные с вымогательством.
Более того, из показаний потерпевшего Гайдашенко, изложенных в приговоре, которые судом признаны достоверными, видно, что в 1994 году им создана фирма "Маира", которая занималась поставкой широкой фракции легких углеводородов (ШФЛУ), сжиженного пропана и полиэтилена в республики Беларусь, Украину и Молдову и частично на российский рынок, а также работала в сфере закрытия задолженностей и взаимозачетами по поставкам газа на Украину и Беларусь. В 1998 году Темников, руководитель фонда "Правоохрана", предложил ему сотрудничать с одним из подразделений "Правоохраны", убедив его, что сотрудники фонда могли бы оказать содействие в работе "Маиры" по взаимозачетам. Для оказания такого содействия Темниковым был представлен Кочуйков. Одновременно Темников настоял на приеме на работу в "Маиру" своего родственника Караманова, и тот в апреле 1998 года приступил к работе. Еще ранее, в марте 1998 года он передал Кочуйкову документы по предприятиям Украины для их проверки специализированной юридической фирмой, для выяснения перспективы сотрудничества с Кочуйковым. Во время обсуждения с Кочуйковым проблем с украинскими долгами, Кочуйков представил ему Артемова. Предполагалось, что Артемов наладит работу "Маиры" по получению долгов с украинских предприятий. В сентябре 1998 года Кочуйков познакомил его с Новиковым, с которым "Маира" заключила договор о поставке техники в Сургут. Потом Новиков стал вести в "Маире" финансовые вопросы и окончательно обосновался в "Маире" к ноябрю 1998 года, одновременно в офисе появился Исаковский, которому также предлагалось отрабатывать определенные участки деятельности "Маиры". В ноябре 1998 года ему стало ясно, что "Маирой" он уже не руководит. У него была отобрана печать, более того, Артемов, Новиков и еще кто-то из знакомых Кочуйкова ездили с ним, Гайдашенко, в командировку в Сургут, где он вынужден был заявить в организациях, с которыми контактировал, что будет заниматься другого рода деятельностью, а вопросами поставки ШФЛУ будет заниматься Новиков. Когда уже после возвращения в Москву в офисе "Маиры" он увидел документы "Маиры", подписанные Новиковым, то понял, что ему в фирме уже делать нечего, и о своем уходе из фирмы заявил Артемову, при этом неуважительно отозвался о Новикове. Об этом Артемов немедленно известил Кочуйкова, который подъехал через 5 минут и стал на него ругаться, потом ударил пистолетом по лицу, после чего его ударил Артемов. После этого он поехал к своему знакомому Бишко, с которым обратился в больницу, где у него заподозрили сотрясение мозга, но отпустили домой. В декабре 1998 года Артемов уехал на Украину, чтобы проконтролировать выплаты фирмой "Украина" "Маире" за поставленные продукты переработки ШФЛУ, где был задержан. Узнав об этом, туда же выехал Кочуйков. Когда Кочуйков вернулся, то предложил ему работать на "Маире" в качестве сотрудника с оплатой в размере 10 тысяч долларов в месяц. Тогда же Кочуйков показал ему фотографии членов его, Гайдашенко, семьи, его загородного дома, поинтересовался у него, как будет выглядеть этот дом, если выстрелить в него из гранатомета, а также предупредил его, что если он свяжется с милицией и его, Кочуйкова, арестуют, то к нему заявятся "50 голодных бойцов". После этого разговора он дал согласие на работу в "Маире" на условия Кочуйкова и даже получил зарплату 6 000 долларов США.
Таким образом, из показаний потерпевшего усматривается, что он был избит в связи с возникшей ссорой, в ходе которой он неуважительно отозвался о Новикове. Предложение Кочуйкова Гайдашенко перейти работать сотрудником фирмы, связанное с угрозой, было не при его избиении, а спустя определенное время, и не сопряжено с требованиями передачи имущества.
Сам осужденный Кочуйков не отрицает, что избил Гайдашенко, но объясняет это тем, что Гайдашенко публично оскорбил его знакомых.
Свидетель Бишко показал, что был длительное время знаком с Гайдашенко. В августе — сентябре 1998 года он приехал в офис фирмы Гайдашенко, видел там новых сотрудников, из которых запомнил Артемова. В декабре 1998 года к нему приезжал Гайдашенко, который был избит, подавлен, его отвезли в больницу. О существе происшедшего Гайдашенко ничего не рассказывал.
Из показаний других свидетелей, на которые сослался суд, видевших синяк у Гайдашенко, усматривается, что они не знают, в связи с чем был избит Гайдашенко.
Признав Кочуйкова, Исаковского, Артемова и Караманова виновными в завладении векселями "МВЦ Северсталь" на сумму 2 000 000 рублей путем мошенничества, суд указал, что к такому выводу пришел исходя из оценки всех обстоятельств происшедшего, что нашел, что указанные действия совершены под активным руководством Кочуйкова и в достижении общей преступной цели. При этом суд вновь сослался на показания ряда свидетелей, не раскрывая какими конкретно сведениями из их показаний подтверждается обвинение, а также на то, что из протоколов осмотра и изъятия усматривается, что 5 мая 1999 года в Управлении КБ "Диалог-Оптим" изъят вексель МВЦ "Северстали" на сумму 100000 рублей, предъявленный к оплате ЗАО "Электромонтажная Компания" и еще 4 аналогичных векселя было изъято у генерального директора ЗАО "Электромонтажная Компания", в индоссаменте которых имеется печать "Маиры" и подпись от лица Гайдашенко, еще 7 векселей МВЦ "Северстали" по 100000 рублей каждый в индоссаменте которых имеется печать ЗАО "Маира" и подпись от лица Гайдашенко 26 декабря 2000 года было обнаружено и изъято в управлении ОАО МВЦ "Северсталь", указанные векселя имеются в списках таковых проданных по договору ПКВ-75/2000 от 27 апреля 2000 года ЗАО "ТД Эллит" и предпринимателем Булавкиным.
Указывается, что по заключению почерковедческой экспертизы подпись от имени Гайдашенко в строке "Генеральный директор фирмы "Маира" в доверенности N 19-2-99-2 от 19 февраля 1999 года выполнена не Гайдашенко, а другим лицом; подпись от имени Туркина в строке "Главный бухгалтер ЗАО "Маира" в той же доверенности выполнена не Туркиным, а другим лицом; подписи от имени Голубцова в строке "Удостоверяю" в той же доверенности выполнена не Голубцовым, а другим лицом. Равным образом не Голубцовым, а иным лицом выполнены записи в расходном N 58 от 24 февраля 1999 года и в акте о передаче векселей, подписи от имени Гайдашенко в векселях серии А-1 выполнена не Гайдашенко, а другим лицом. Оттиск круглой печати в этих векселях нанесен подлинной печатью "Маиры".
Хотя суд и сослался на указанные и другие доказательства, однако, из них не усматривается, что векселями путем мошенничества завладели именно Кочуйков, Артемов, Исаковский и Караманов, а не другие лица, в связи с чем вывод суда вызывает сомнение.
Не указываются судом в приговоре и конкретные доказательства о доказанности вины Кочуйкова и Новикова в приготовлении к вымогательству прав на имущество ОАО "Рус-Агро-Люкс".
Признавая их виновными в совершении указанного преступления, суд сослался на то, что исходил из схожести действий подсудимых по отношению к ЗАО "Маира", а также из показаний Гагиева, подтвержденных Платоновой, показаний Савина и документов, касающихся изменений в составе учредителей "Рус-Агро-Люкса", что не противоречит показаниям Темникова, Архипова, Захарова.
Однако из показаний свидетеля Гагиева усматриваются только его взаимоотношения с Новиковым, который занимался реализацией продукции завода, о взаиморасчетах между ними, и что, по его мнению, вся работа Новикова, которого планировалось ввести в состав учредителей "Рус-Агро-Люкса", имела показной характер.
Из показаний свидетеля Савина видно, что в октябре 1999 года он по предложению Новикова начал работать на Выхинском колбасном заводе. Новиков там уже работал, занимался сбытом продукции и расчетами с поставщиками, ему же было предложено заняться оформлением документов по аренде и земельному участку, отведенными под площади завода. Кроме того, несколько раз возил деньги, получаемые у Гагиева, в офис "Евротрейда" в Хлебном переулке, затем возвращал их на завод. Один раз он обменял эти рубли на доллары США в обменном пункте, указанном Кочуйковым. При очередной поездке с деньгами завода его задержали сотрудники ГУБОП.
Из учредительных документов ОАО "Рус-Агро-Люкс" видно, что они содержат данные о введении в число учредителей Новикова, даты введения Новикова в число учредителей документы не имеют, равно как отметок о регистрации изменений учредительного договора.
Свидетель Платонова показала, что в конце 1999 года планировалось ввести Новикова в число учредителей, но в последний момент Гагиев что-то заподозрил, и документы на Новикова отозвал.
Осужденный Новиков показал, что Гагиев и Платонова предложили ему заняться реализацией продукции "Рус-Агро-Люкса". Он должен был быть введен в число учредителей "Рус-Агро-Люкса", и даже считал, что уже введен, лишь затем выяснилось, что это не состоялось.
Осужденный Кочуйков также не признал, что у него был умысел на вымогательство имущества "Рус-Агро-Люкса".
Таким образом, выводы суда о том, что Кочуйков и Новиков совершили приготовления к вымогательству имущества ОАО "Рус-Агро-Люкса", фактически основаны на предположении, что не может быть положено в основу обвинительного приговора.
Доказанность вины осужденных Кочуйкова и Бессонова в незаконном хранении огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств, совершенных группой лиц по предварительному сговору суд основал показаниями свидетелей Новгородова, Калинина, Захарова, Титова, Ланиной, Татарниковой, Першиной об обстоятельствах обнаружения оружия, боеприпасов, взрывных устройств, заключениями экспертов, протоколом опознания Титовым карабина, "явке с повинной" Бессонова, в которой он не отрицал ни своей, ни Кочуйкова осведомленности относительно хранящегося в гаражном боксе оружия, боеприпасов, взрывного устройства.
В судебном заседании осужденные Бессонов и Кочуйков утверждали, что они не имеют никакого отношения к обнаруженному оружию, боеприпасам и взрывным устройствам.
Из анализа показаний указанных свидетелей, за исключением показаний свидетеля Захарова, а также протокола опознания Титовым карабина не усматривается данных о том, что обнаруженное и изъятое оружие, боеприпасы и взрывные устройства хранились Бессоновым и Кочуйковым группой лиц по предварительному сговору.
Свидетель Захаров, сотрудник ГУБОП МВД РФ, сослался на то, что данные об оружии Кочуйкова получены в результате оперативных мероприятий, которые в судебном заседании не исследовались.
В явке с повинной Бессонова указывается только на то, что он по просьбе Кочуйкова перевез его личные вещи и карабин из офиса в гараж (т. 2 л.д. 2 л.д. 249).
При таких обстоятельствах приговор в этой части также не может быть признан обоснованным.
Кроме того, при назначении наказания осужденным в резолютивной части приговора судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.
Так, при назначении наказания Артемову по ст. 174 ч. 3 УК РФ, суд не указал по каким пунктам указанного Закона ему назначено наказание.
Исаковский признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ. Однако наказание по этой статье ему не назначено. Вместе с тем, Исаковскому два раза назначено наказание по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ.
Исходя из изложенного, судебная коллегия считает, что в кассационных жалобах обоснованно поставлен вопрос об отмене приговора по изложенным в них основаниям. Однако, поскольку при рассмотрении дела допущены нарушения уголовно-процессуального закона, доводы жалоб о прекращении дела производством, являются преждевременными.
При новом рассмотрении дела суду необходимо всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела, выяснить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемых обстоятельства, проверить все доводы осужденных и адвокатов изложенные в кассационных жалобах, в частности приведенные расчеты в кассационной жалобе адвокатов Гофштейна и Ямпольского, указания на нарушение норм уголовно-процессуального закона. В зависимости от добытых данных решить вопрос о виновности либо невиновности подсудимых, и при постановлении приговора строго руководствоваться требованиями ст. ст. 314, 315 УПК РСФСР.
Что касается приговора в части оправдания Артемова и других по соответствующим статьям Уголовного кодекса, то в этой части приговор не обжалован и не опротестован, поэтому подлежит оставлению без изменения.
Руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

определила:

приговор Московского городского суда от 22 февраля 2002 года в части оправдания Артемова Андрея Владимировича по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б", 174 ч. 3, 167 ч. 1 УК РФ, Новикова Алексея Юрьевича по ст. ст. 174 ч. 3, 167 ч. 1 УК РФ, Исаковского Александра Николаевича по ст. ст. 30 ч. 1, 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ, Караманова Марлена Наримановича по ст. 167 ч. 1 УК РФ, Бессонова Игоря Валерьевича по ст. ст. 174 ч. 3, 210 ч. 2 УК РФ, Кочуйкова Андрея Николаевича по ст. ст. 174 ч. 3, 167 ч. 1 УК РФ оставить без изменения.
В остальном этот же обвинительный приговор в отношении Артемова А.В., Новикова А.Ю., Исаковского А.Н., Караманова М.Н., Бессонова И.В. и Кочуйкова А.Н. отменить и дело направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе судей, а кассационные жалобы частично оставить без удовлетворения.
Меру пресечения оставить прежнюю: Кочуйкову А.Н. и Артемову А.В. — заключение под стражу; Новикову А.Ю., Исаковскому А.Н., Караманову М.Н., Бессонову И.В. — подписку о невыезде с постоянного места жительства.