Приговор по уголовному делу изменен: действия осужденного переквалифицированы с п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ на п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 161 УК РФ, так как судом установлено, что телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья, с применением палки потерпевшему были причинены лицом, скрывшимся от органов следствия, без договоренности (сговора) с осужденным

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 10.01.2001 N 1126п2000

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председателя — Лебедева В.М.,
членов Президиума — Верина В.П., Вячеславова В.К., Жуйкова В.М., Каримова М.А., Кузнецова В.В., Петухова Н.А., Радченко В.И., Попова Г.Н., Свиридова Ю.А., Сергеевой Н.Ю., Смакова Р.М.
рассмотрел дело по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Верина В.П. на приговор Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 10 марта 1999 года, по которому
З., <…>, русский, холостой, с высшим образованием, несудимый, —
осужден по ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, с исчислением срока наказания с 22 октября 1998 года.
Разрешен гражданский иск.
Определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 28 мая 1999 года приговор изменен, назначенное З. наказание с применением ст. 64 УК РФ снижено до 5 лет лишения свободы с конфискацией имущества. В остальном приговор оставлен без изменения.
Постановлением президиума Самарского областного суда от 3 августа 2000 года приговор и кассационное определение оставлены без изменения, а протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации — без удовлетворения.
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2000 года приговор Автозаводского районного суда г. Тольятти, определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда, постановление президиума того же суда изменены, из описательной части приговора исключено указание о совершении преступления лицом по фамилии К., в остальном судебные решения оставлены без изменения, а протест — без удовлетворения.
По делу также осуждена В., протест в отношении которой не внесен.
В протесте поставлен вопрос о переквалификации действий З. со ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ на ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "в" УК РФ с назначением по ней 4 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания с 22 октября 1998 года.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Попова Г.Н. и заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Давыдова В.И., полагавшего протест подлежащим удовлетворению,
Президиум Верховного Суда Российской Федерации

установил:

З. признан виновным в разбойном нападении на Г. с целью хищения его имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением предметов, используемых в качестве оружия.
Преступление, как указано в приговоре, совершено при следующих обстоятельствах.
20 сентября 1998 года В., проживая в гражданском браке с Г., у дома N 5 по ул. Механизаторов г. Тольятти встретила своего знакомого З., которому рассказала, что Г. ее побил. З. предложил В. избить Г. и отобрать у него деньги, для чего расспросил у нее, где живет Г., сколько зарабатывает, имеет ли деньги и когда приходит домой. В. рассказала все З., тогда тот сказал, что привлечет к этому своего знакомого, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, о котором знает, что он ранее совершал преступления, и все поедут к Г. В., поняв, что Г. будет избит, и у него отнимут деньги, согласилась на это. З. посвятил в свой план своего знакомого (скрывшегося от следствия), и тот также согласился с планом З.
21 сентября 1998 года В., З. и лицо, скрывшееся от следствия на автомашине Н., которому они о своем плане не сообщили, поехали в Автозаводской район г. Тольятти и по пути заехали к лицу, скрывшемуся от следствия, последний взял с собой деревянную палку, завернутую в целлофановый пакет, которую сразу никто не видел. Подъехав к дому, где проживал Г., поднялись в квартиру <…>, но Г. дома не застали. Тогда В. вышла из подъезда и села в автомашину Н. В это время З. и лицо, скрывшееся от следствия, остались в подъезде и стали ждать Г., а когда последний около 24 часов 21 сентября 1998 года зашел в подъезд и стал подниматься на свой этаж, подошли к нему. З. сказал, что они из милиции, а лицо, скрывшееся от следствия, приставило к боку Г. палку и предложило ему пройти в квартиру. Растерявшись, Г. открыл ключом дверь квартиры, а лицо, скрывшееся от следствия, и З. втолкнули его внутрь, и зашли сами. В квартире лицо, скрывшееся от следствия приказало Г. лечь в ванной комнате на пол лицом вниз, а затем, в присутствии З. нанесло Г. два удара палкой по голове, отчего тот на некоторое время потерял сознание и очнулся в зале, лежащим на паласе. Г. попытался встать, но лицо, скрывшееся от следствия, вновь нанесло ему несколько ударов палкой по голове. В это время З. открывал дверцы шкафов и осматривал их. Г., опасаясь за свою жизнь, предложил лицу, скрывшемуся от следствия и З. деньги и сказал, где они находятся. З. взял деньги в сумме 2500 рублей. В это время Г. потерял сознание, а лицо, скрывшееся от следствия, и З. взяли кожаный плащ стоимостью 3000 рублей, лежавший в пакете, и ушли из квартиры. Очнувшись, Г. вызвал милицию. В результате нападения потерпевшему был причинен легкий вред здоровью.
Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит протест обоснованным, подлежащим удовлетворению.
В соответствии с требованиями ст. 20 УПК РСФСР суд обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела и выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства.
Однако этого в полной мере сделано не было.
Обосновывая квалификацию действий З. по ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ, то есть в совершении разбоя группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением предметов, используемых в качестве оружия, суд и последующие судебные инстанции исходили из того, что, сознавая, что лицо, скрывшееся от следствия вооружено палкой, осужденный совместно с ним втолкнул потерпевшего Г. в квартиру, где это лицо на глазах у З. нанесло потерпевшему удары палкой по голове, от которых тот потерял сознание, а З., действуя согласованно с ним, завладел деньгами и имуществом Г.
Потерпевшему был причинен легкий вред здоровью с кратковременным его расстройством.
По мнению Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, согласившейся с судом, З., хотя сам и не применял насилия, но участвуя в выполнении объективной стороны состава преступления, то есть являясь соисполнителем, воспользовался примененным насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, чтобы завладеть имуществом Г.
Согласиться с изложенными выводами нельзя.
Согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.
Из материалов дела усматривается, и это нашло отражение в приговоре, что З. и лицо, скрывшееся от органов следствия, действительно имели сговор на завладение деньгами Г.
Однако каких-либо данных о том, что они договаривались о применении к потерпевшему насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия в приговоре не приведено. Не имеется их и в материалах дела. Не установлено судом и того, что З. знал о наличии у лица, скрывшегося от органов следствия, палки, которую тот будет использовать при нападении на Г. Сам осужденный насилия, опасного для жизни или здоровья, к потерпевшему не применял.
Из показаний З., данных в ходе предварительного следствия, в частности, видно, что в ходе беседы В. попросила его оказать на Г. давления, без физического насилия. Они с лицом, скрывшимся от органов следствия, решили поехать к ее сожителю, заранее план действий не обговаривали.
Когда подъехали к дому, где проживал Г., он увидел в руках лица, скрывшегося от органов следствия, пакет. Через 10 минут вышел сожитель В. и лицо, скрывшееся от органов следствия, ударило его по голове. В этот момент он понял, что в пакете находится палка (л.д. 98 — 100).
В судебном заседании З. показал, что когда Г. зашел с улицы в подъезд, лицо, скрывшееся от органов следствия, представилось ему работником милиции. В руках у него был пакет. В квартиру он поднимался последним, а когда вошел в нее, то увидел, что Г. лежит на полу, а рядом стоит лицо, скрывшееся от органов следствия, у которого в руках была деревянная палка (л.д. 229 — 230).
Согласно показаниям Г., насилие к нему применяло только лицо, скрывшееся от органов следствия, которое все время находилось рядом с ним, а З. ходил по комнатам и открывал шкафы (л.д. 226).
В описательной части приговора суд также констатировал, что "…лицо, скрывшееся от органов следствия, при поездке к Г. взяло с собой деревянную палку, завернутую в целлофановый пакет, которую сразу никто не видел", а "в квартире предложило Г. лечь в ванной на пол, лицом вниз, а затем в присутствии З. нанесло ему два удара палкой по голове…".
Таким образом, судом установлено, что телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья, с применением палки потерпевшему были причинены лицом, скрывшимся от органов следствия, без договоренности (сговора) с З., то есть на лицо эксцесс исполнителя.
Доводы же суда первой инстанции, поддержанные кассационной и надзорными инстанциями, о том, что З., будучи очевидцем примененного к Г. насилия, опасного для его жизни и здоровья, продолжил действия направленные на обнаружение и изъятие денег, и тем самым воспользовался этим насилием для доведения своего умысла на открытое хищение чужого имущества до конца, в связи с чем содеянное им следует также квалифицировать как разбой, не основаны на законе, тем более, что, как уже сказано выше, сговора или каких-либо согласованных действий между осужденным и лицом, скрывшимся от органов следствия, связанных с нападением и применением насилия к потерпевшему, в том числе с помощью палки, суд не установил.
При таких обстоятельствах действия З. следует квалифицировать по ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "в" УК РФ, как грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору и с незаконным проникновением в жилище.
Наказание З. должно быть назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ в виде лишения свободы, но без штрафа.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 378 п. 5 УПК РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

постановил:

приговор Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 10 марта 1999 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 28 мая 1999 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2000 года в отношении З. изменить, переквалифицировать его действия со ст. 162 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ на ст. 161 ч. 2 п. п. "а", "в" УК РФ, назначив по ней 4 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима с исчислением срока отбытия наказания с 22 октября 1998 года. В остальном судебные решения оставить без изменения.
Постановление президиума Самарского областного суда от 3 августа 2000 года отменить.