Дело по иску о перерасчете сумм в возмещение ущерба в связи с увеличением процента утраты профессиональной трудоспособности, а также о возмещении расходов по протезированию и возмещении морального вреда передано на новое рассмотрение, так как судом неполно исследованы обстоятельства дела

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 04.08.1999 N 43пв-99пр

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

    Председателя                                    Радченко В.И.,
членов Президиума                              Сергеевой Н.Ю.,
Верина В.П.,
Жуйкова В.М.,
Смакова Р.М.,
Каримова М.А.,
Меркушова А.Е.,
Вячеславова В.К.,
с участием заместителя Генерального прокурора
Российской Федерации                          Колмогорова В.В.

рассмотрел по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации В.И. Давыдова гражданское дело по иску М. к АО "Улан-Удэстальмост" о возмещении ущерба.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Гуцола Ю.А., заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Колмогорова В.В., полагавшего протест удовлетворить, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

установил:

М. работал начальником котельного цеха завода мостовых металлических конструкций в г. Улан-Удэ (в настоящее время — Акционерное общество "Улан-Удэстальмост"). 26 июля 1984 г. работник котельной Я. причинил М. телесное повреждение, повлекшее утрату 50% профессиональной трудоспособности и установление потерпевшему третьей группы инвалидности.
Приговором Верховного суда Бурятской АССР от 23 октября 1984 г. Я. осужден по ст. ст. 15, 102 п. "в" УК РСФСР к 12 годам лишения свободы.
В ноябре 1994 г. М. обратился в суд с иском к АО "Улан-Удэстальмост" о перерасчете сумм в возмещение ущерба, ссылаясь на то, что администрация производила выплату сумм в возмещение вреда, но отказалась индексировать их. Кроме того, перерасчет сумм в возмещение ущерба требуется в связи с увеличением процента утраты профессиональной трудоспособности. Также просил возместить расходы по протезированию и возместить моральный вред.
АО "Улан-Удэльмост" предъявило к М. встречное требование об установлении факта невиновности предприятия в повреждении здоровья истца, ссылаясь на то, что вред потерпевшему причинен хулиганскими действиями Я.
Решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 20 февраля 1995 г. М. отказано в требовании о возмещении ущерба, причиненного повреждением здоровья. Признана невиновность ответчика в повреждении здоровья истца.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия от 7 марта 1995 г. решение оставлено без изменения.
Протесты в порядке надзора заместителя Генерального прокурора Российской Федерации об отмене судебных постановлений были оставлены без удовлетворения президиумом Верховного суда Республики Бурятия 13 ноября 1998 г. и Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации 22 января 1999 г.
В протесте, внесенном в Президиум Верховного Суда Российской Федерации, вновь поставлен вопрос об отмене судебных постановлений и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, Президиум находит протест обоснованным.
Отказывая в иске М. о возмещении вреда, суд пришел к выводам об отсутствии вины предприятия, признав установленным, что вред потерпевшему причинен хулиганскими действиями Я., который в момент причинения вреда не исполнял трудовых обязанностей, что в соответствии со ст. 445 ГК РСФСР исключает ответственность предприятия за вред, причиненный по вине его работника.
Последующие судебные инстанции выводы суда первой инстанции признали правильными.
С доводами судебных инстанций нельзя согласиться. В соответствии с п. 1 Правил возмещения предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденных Постановлением Совета Министров СССР от 3 июля 1984 г. и действовавших на время причинения вреда М., организация несет материальную ответственность за ущерб, причиненный рабочим и служащим увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей и происшедшим по вине организации. Доказательствами вины организации могли служить: акт о несчастном случае на производстве; приговор; заключение технического инспектора труда; решение о наложении административного или дисциплинарного взыскания на виновных лиц и другие документы, а также показания свидетелей. В соответствии с п. 2 Инструкции о порядке применения указанных Правил, утвержденной 13 февраля 1985 г., трудовое увечье считается наступившим по вине организации, если оно произошло вследствие необеспечения администрацией здоровых и безопасных условий труда.
Вывод об отсутствии вины предприятия судом сделан без проверки и оценки целого ряда обстоятельств, указывающих и на вину администрации завода в необеспечении безопасных условий труда, в результате чего также стало возможным причинение вреда потерпевшему.
Утверждение суда о причинении вреда М. хулиганскими действиями Я. не согласуется с содержанием приговора Верховного суда Бурятской АССР от 23 октября 1984 г., согласно которому преступление Я. совершено в связи с выполнением потерпевшим своего служебного долга (л.д. 27).
Из приговора и других материалов дела видно, что несчастный случай произошел при выполнении М. своих трудовых обязанностей, в рабочее время и на территории предприятия. Взаимоотношения М. и Я. не выходили за рамки служебных и строились как производственные отношения. Требования по соблюдению Я. трудовой дисциплины относились к служебным обязанностям М.
Действительно, в акте о несчастном случае на производстве от 27 июля 1984 г. (л.д. 13) причинами несчастного случая с М. названы хулиганские действия Я. Однако из составленного в тот же день акта специального расследования несчастного случая видно, что наряду с хулиганскими действиями Я. (что, как указывалось выше, не вытекает из приговора) причиной несчастного случая названа низкая трудовая дисциплина среди рабочих теплоцеха, а в качестве выводов указано на необходимость укрепления трудовой дисциплины среди рабочих теплоцеха, улучшения воспитательной работы в теплоцехе (л.д. 92 — 93).
Рассмотрев несчастный случай с начальником цеха М. от 26 июля 1984 г., профком завода на своем заседании 23 августа 1984 г. постановил: считать данный случай несчастным случаем на производстве с составлением акта по форме Н-1; обязать администрацию завода возмещать нанесенный М. ущерб здоровью, исходя из среднего заработка (л.д. 88, 121).
Приказом администрации завода от 25 января 1985 г. N 74 с 1 января 1985 г. М. производились выплаты в возмещение ущерба в размере 50% от среднего заработка с учетом назначенной пенсии по инвалидности (л.д. 89). На основании этого и последующих приказов администрации ущерб потерпевшему возмещался в течение десяти лет.
В материалах дела имеется заключение государственного инспектора по охране труда от 10 октября 1997 г., составленное по материалам расследования, проведенного комиссией ЗММК, из которого следует, что администрация завода в нарушение ст. ст. 129, 130 КЗоТ РФ не обеспечила соблюдение Правил внутреннего трудового распорядка на предприятии, не организовала должного пропускного режима на заводе, в результате чего машинист котельной установки Я. в ночное время мог беспрепятственно проникнуть на территорию предприятия в нетрезвом состоянии, заточить напильник на заточном станке и совершить преступление (л.д. 96 — 98).
Неисследованность указанных обстоятельств, имеющих юридическое значение для данного дела, свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права (ст. ст. 14, 50 ГПК РСФСР в редакции, действовавшей на время рассмотрения дела в суде первой инстанции), повлекшем вынесение незаконного решения.
В этой же связи нельзя согласиться и с доводами Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ о том, что не исследованные судом документы (акт специального расследования, постановление профкома, приказ администрации и др.) не могут служить основанием для материальной ответственности работодателя.
Учитывая, что постановлением профсоюзного комитета администрация завода была обязана возмещать вред, причиненный здоровью истца, нельзя согласиться и с выводом Судебной коллегии Верховного Суда РФ о добровольном возмещении вреда. В соответствии с п. п. 49 — 51 Инструкции от 13 февраля 1985 г. профсоюзный комитет являлся органом по рассмотрению спора о возмещении ущерба и его постановление подлежало немедленному исполнению.
Следовало учитывать и другое. Завод мостовых металлических конструкций производил выплаты в возмещение ущерба М. в течение десяти лет. Созданному на базе государственного завода акционерному обществу переходят в соответствии с законом не только права, но и обязанности реорганизованного предприятия (п. 5 ст. 58 ГК РФ).
Таким образом, следует признать, что судом допущено неправильное применение норм материального права и существенное нарушение норм процессуального права, что в соответствии со ст. 330 ГПК РСФСР является основанием к отмене судебных постановлений в надзорном порядке.
При новом рассмотрении дела следует учесть изложенное и разрешить спор в строгом соответствии с нормами материального и процессуального права.
Руководствуясь п. 2 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

постановил:

решение Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 20 февраля 1995 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия от 7 марта 1995 г., постановление президиума Верховного суда Республики Бурятия от 13 ноября 1998 г. и определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 января 1999 г. отменить. Дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.