По делу обжалуется жалоба заявителя, сын которого погиб при обстреле автомобиля военнослужащими Нидерландов, входящими в состав стабилизационных сил в Ираке, на неэффективное расследование обстоятельств его гибели. По делу допущено нарушение требований статьи 1 Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Информация о Постановлении ЕСПЧ от 20.11.2014 по делу "Йалуд (Jaloud) против Нидерландов" (жалоба N 47708/08)

[неофициальный перевод] *

Йалуд против Нидерландов (Jaloud v. Netherlands) (N 47708/08)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 20 ноября 2014 года (вынесено Большой Палатой Европейского Суда)

———————————
* Перевод с английского Берестнева Ю.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

С июля 2003 года до марта 2005 года войска Нидерландов участвовали в деятельности стабилизационных сил в Ираке (далее — ССИ) в составе батальона. Они дислоцировались в Юго-Восточном Ираке как часть мультинациональной дивизии "Юго-Восток" (далее — МНД-ЮВ), которой командовал офицер вооруженных сил Соединенного Королевства. Участие вооруженных сил Нидерландов в МНД-ЮВ было регламентировано Меморандумом о понимании, заключенным между Соединенным Королевством и Королевством Нидерландов, к которому прилагались Правила ведения боевых действий. Оба документа были отнесены к категории конфиденциальных.
Заявитель является отцом гражданина Ирака, погибшего в апреле 2004 года от пулевых ранений, полученных им, когда автомобиль, в котором он ехал как пассажир, был обстрелян вследствие того, что автомобиль, не снижая скорости, проехал мимо транспортного контрольно-пропускного пункта. В это время на контрольно-пропускном пункте находились военнослужащие Корпуса гражданской обороны Ирака (далее — КГОИ), к которым присоединился патруль нидерландских солдат, прибывший после того, как контрольно-пропускной пункт был обстрелян из другого автомобиля несколькими минутами ранее того инцидента, в котором был убит сын заявителя. Один из военнослужащих Нидерландов признался, что выстрелил несколько очередей в автомобиль, в котором ехал сын заявителя, но военнослужащий утверждал, что действовал в пределах необходимой обороны, считая, что сам был обстрелян из этого автомобиля. По результатам расследования, проводившегося Королевской военной полицией (род вооруженных сил Нидерландов), военный прокурор пришел к заключению, что сын заявителя был предположительно ранен иракской пулей и что военнослужащий Нидерландов действовал в пределах необходимой обороны. По этой причине он прекратил расследование. Данное решение было оставлено в силе военной коллегией Апелляционного суда, которая установила, что военнослужащий отреагировал на невражеский огонь, принимая его за обстрел из автомобиля. При таких обстоятельствах следует признать, что он действовал в рамках инструкций, и решение не привлекать его к уголовной ответственности могло оставаться в силе.
В своей жалобе в Европейский Суд заявитель утверждал, ссылаясь на статью 2 Конвенции, что расследование не было в достаточной мере независимым или эффективным. 9 июля 2013 г. Палата Европейского Суда решила уступить юрисдикцию в пользу Большой Палаты Европейского Суда.

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения требований статьи 1 Конвенции (вопрос о юрисдикции). Власти государства-ответчика выдвинули предварительное возражение, указывая, что на жалобу заявителя не распространяется территориальная юрисдикция Нидерландов, поскольку власть была не в их руках, а где-то в другом месте: либо в руках Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства как "оккупационных держав", так обозначенных в Резолюции N 1483 Совета Безопасности ООН, или Соединенного Королевства, одной из "ведущих наций" в Юго-Восточном Ираке, под командованием которой находился нидерландский контингент ССИ.
Отклоняя этот аргумент, Европейский Суд заметил, что факта выполнения решения или приказа, отданного органом власти иностранного государства, самого по себе недостаточно, чтобы освободить то или иное Договаривающееся Государство от его обязательств в соответствии с Конвенцией. Нидерланды не были лишены "юрисдикции" только посредством принятия оперативного контроля со стороны командующего от Соединенного Королевства. Хотя вооруженные силы наций, иных чем "ведущих наций", получали ежедневные приказы от иностранного командования, в том числе в рамках договоренностей в форме Правил ведения боевых действий, приложенных к соответствующему Меморандуму о понимании, составление четких правил об использовании силы осталось в резервном ведении отдельных государств, предоставивших свои вооруженные силы. Нидерланды взяли на себя ответственность за обеспечение безопасности в районе дислокации своих войск, не допуская к этому другие участвующие государства и сохраняя полное командование над своим контингентом там. Важным является то, что контрольно-пропускной пункт, где произошла стрельба, номинально находился под командованием сотрудников КГОИ, так как КГОИ был под контролем и в подчинении командования коалиции вооруженных сил. Таким образом, войска Нидерландов не были в распоряжении какого-либо иностранного государства державы или под исключительным командованием или контролем какого-либо другого государства.
Смертоносная стрельба произошла около контрольно-пропускного пункта в составе военнослужащих под командованием и прямым контролем офицера армии Нидерландов, созданного для исполнения боевых задач ССИ согласно Резолюции N 1483 Совета Безопасности ООН. Следовательно, стрельба имела место в рамках "юрисдикции" Нидерландов.

РЕШЕНИЕ

Предварительное возражение государства-ответчика отклонено (вынесено единогласно).
По поводу соблюдения требований статьи 2 Конвенции (процессуальный аспект). Европейский Суд не согласен с утверждением заявителя о том, что расследование не было в достаточной мере независимым. Отсутствовали доказательства, чтобы продемонстрировать то обстоятельство, что подразделение Королевской военной полиции, которое первоначально возбудило расследование, проживало с военнослужащими, предположительно ответственными за смерть человека, само по себе затронуло его независимость в такой степени, что отрицательно сказалось на его качестве. Не возникает вопроса и в связи с тем, что прокурор в большой степени полагался на рапорты Королевской военной полиции, так как прокуроры неизбежно полагаются на полицию в отношении информации и поддержки. Что касается включения в состав Апелляционного суда офицера действительной военной службы в качестве судьи военной коллегии Апелляционного суда, которая оставила без изменения решение не привлекать к уголовной ответственности офицера армии Нидерландов, стрелявшего по автомобилю, то военная коллегия состояла из двух судей Апелляционного суда из числа гражданских лиц и одного судьи-военнослужащего. Судья-военнослужащий являлся старшим офицером, пригодным для занятия судебной должности, не подчинялся военной власти и дисциплине, и функциональная независимость и беспристрастность которого были такими же, как и у судей из числа гражданских лиц. У военной коллегии Апелляционного суда, таким образом, имелись достаточные гарантии независимости для целей применения статьи 2 Конвенции.
Однако, что касается эффективности расследования, Европейский Суд установил, что оно характеризовалось рядом недостатков. В частности, военная коллегия Апелляционного суда ограничила себя рамками установления того, что офицер, произведший выстрелы, действовал в пределах необходимой обороны, ошибочно отреагировав на невражеский огонь из-за дороги, не рассматривая определенные аспекты, относящиеся к вопросу пропорциональности использованной силы, в частности, не было ли произведено больше выстрелов, чем требовалось, и была ли прекращена стрельба так быстро, как позволила ситуация. Документы, содержащие информацию, потенциально имеющую отношение к этим вопросам, не сделали доступными военной коллегии. В частности, официальный протокол показаний сотрудников КГОИ, которые охраняли контрольно-пропускной пункт во время стрельбы, и список имен военнослужащих КГОИ, применивших оружие, не были приобщены к материалам дела.
Кроме того, имелась задержка более чем шесть часов после инцидента до того, как офицер, произведший выстрелы, был допрошен. Хотя никто не предполагал какого-либо умышленного нарушения правил, тот факт, что не было предпринято надлежащих мер по снижению риска его сговора с другими свидетелями, являлся другим недостатком производства по делу. Что касается судебно-медицинского вскрытия трупа, оно было произведено без присутствия кого-либо из квалифицированных нидерландских официальных лиц. Отчет патологоанатома был крайне короток, в нем отсутствовали детали и какие-либо фотографии. Наконец, фрагменты металла, опознанные как фрагменты пули, извлеченной из тела, потенциально важное вещественное доказательство, не были сданы на хранение или изучены в надлежащих условиях и впоследствии исчезли при невыясненных обстоятельствах.
Европейский Суд приходит к выводу, что расследование обстоятельств гибели человека не отвечало стандартам, требуемым статьей 2 Конвенции, так как документы, содержавшие важную информацию, не были представлены судебным властям и заявителю, не были приняты меры предосторожности по предотвращению вступления с другими свидетелями в сговор офицера, произведшего выстрелы, до того, как он был допрошен, не было попыток провести судебно-медицинское вскрытие в присутствии кого-либо из представителей государства, отчет по результатам вскрытия был неадекватен, а также при невыясненных обстоятельствах исчезло важное вещественное доказательство. Нельзя сказать, что данные недостатки были неизбежны даже в особо трудных условиях, которые существовали в Ираке в соответствующее время.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 1 Конвенции (вынесено единогласно).

КОМПЕНСАЦИЯ

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 25 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
(См. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Аль-Скейни и другие против Соединенного Королевства" [Al-Skeini and Others v. United Kingdom] от 7 июля 2011 г., жалоба N 55721/07, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 143, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Хассан против Соединенного Королевства" [Hassan v. United Kingdom] от 16 сентября 2014 г., жалоба N 29750/09, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 177, а также Справку Европейского Суда о трансграничной юрисдикции [the Factsheet on Extra-territorial jurisdiction].)