Приговор: По п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ за неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон); по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство. Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 06.09.2016 N 50-АПУ16-16

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Эрдыниева Э.Б.
судей Ситникова Ю.В. и Зателепина О.К.
при секретаре Багаутдинове Т.Г.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам осужденных Левицкого А.А., Максимова П.П. и потерпевшей Е. на приговор Омского областного суда от 18 мая 2016 года, по которому
Левицкий А.А., <…> несудимый,
осужден к лишению свободы:
— по п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ на 3 года,
— по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 1 год.
На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 16 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год.
Максимов П.П., <…>, судимый 4 марта 2011 года по п. "а" ч. 2 ст. 161, ст. 74, 70 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы, освобожденный 4 июня 2012 года условно-досрочно на неотбытый срок 10 месяцев 11 дней,
осужден к лишению свободы:
— по п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ на 3 года,
— по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 15 лет с ограничением свободы на 1 год.
На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год.
Постановлено взыскать в пользу Е. в счет компенсации морального вреда с Максимова П.П. и Левицкого А.А. по 1000000 рублей с каждого, а также с них взыскано солидарно в счет возмещения расходов на погребение Е. 75835 рублей.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Эрдыниева Э.Б., выступление осужденных Левицкого А.А., Максимова П.П., адвокатов Кротовой С.В., Шевченко Е.М., прокурора Савинова Н.В., Судебная коллегия

установила:

Левицкий А.А. и Максимов П.П. признаны виновными в убийстве Е. совершенном группой лиц по предварительному сговору, а также в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угон), совершенном группой лиц по предварительному сговору.
Преступления совершены 23 января 2016 года в городе <…> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе потерпевшая Е. считает приговор несправедливым ввиду чрезмерной мягкости назначенного Левицкому и Максимову наказания. Указывает, что убийство ее сына разрушило жизнь ее семьи, поскольку без мужа и отца остались, соответственно, его жена и сын, который родился только 14 мая 2016 года, а она как мать потеряла единственного сына и осталась без его поддержки. Также указывает, что Левицкий и Максимов не раскаялись в содеянном, вину не признали при наличии неоспоримых доказательств. Просит приговор изменить и назначить осужденным по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по совокупности преступлений более строгое наказание.
В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей Е. осужденный Максимов П.П. просит оставить ее без удовлетворения в связи с недоказанностью его вины в совершении преступлений.
Осужденный Максимов П.П. в апелляционной жалобе считает приговор незаконным и необоснованным, при этом приводит свои показания об обстоятельствах произошедшего, данные им в судебном заседании, из которых следует, что он к убийству Е. непричастен. Указывает, что признательные показания на предварительном следствии им были даны под давлением со стороны сотрудников полиции, а также он не признает вину в совершении угона автомашины, поскольку за ее управлением он не находился, при этом полагал, что потерпевшего они везут в больницу. Выражает несогласие с решением суда в части гражданского иска в связи с его невиновностью. Просит приговор отменить и его оправдать.
Осужденный Левицкий А.А. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней выражает несогласие с приговором, указывая, что предварительного сговора на убийство Е. у них с Максимовым не было, к себе домой он зашел с целью взять денежные средства и рассчитаться с водителем. Потерпевшего он убивать не желал, а лишь хотел его припугнуть, нанес ему только два удара ножом в область правого плеча, остальные удары нанес Максимов, который выхватил у него нож. При этом он стал оттаскивать Максимова от потерпевшего, что подтверждает отсутствие у него намерения убить Е. Указывает, что на предварительном следствии Максимов неоднократно пояснял о том, что после нанесения Левицким потерпевшему двух ударов ножом, остальные удары, в том числе два заключительных в спину, нанес он, то есть Максимов, но в последующем Максимов стал давать другие показания, поясняя о том, что убийство водителя было совершено Левицким без его участия, которые были им даны с целью уйти от ответственности. Также у него не было умысла на угон автомашины, за руль которой он сел по указанию Максимова, при этом цель была скрыть труп водителя, а не покататься на автомашине. Полагает, что от его двух ударов ножом Е. был причинен легкий вред здоровью, в связи с чем считает необоснованным его осуждение за убийство. Также полагает, что протокол его явки с повинной должен быть признан в качестве смягчающего обстоятельства, поскольку данное заявление о явке было написано им добровольно без какого-либо воздействия, а также суд не принял во внимание его показания о том, что таксист первым стал оскорблять его, то есть не учел п. "з" ст. 61 УК РФ. Кроме того, считает, что суд необоснованно признал в качестве отягчающего обстоятельства — совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, полагая, что данное обстоятельство не предусмотрено законом. С учетом изложенного считает назначенное ему наказание несправедливым ввиду назначения ему чрезмерно строгого наказания, а также считает завышенной сумму взысканной с него компенсации морального вреда, ссылаясь на наличие у него малолетнего ребенка. Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия с п. "ж" ч. 2 ст. 105 на ст. 115 УК РФ, назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы, а по п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ его оправдать.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденных государственный обвинитель Ляшенко А.С. и потерпевшая Е. считают доводы жалоб необоснованными и просят оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что выводы суда о виновности осужденных Левицкого А.А. и Максимова П.П. в совершении преступлений, при установленных судом обстоятельствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства.
Так из показаний Левицкого А.А., данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого, следует, что после распития спиртных напитков с Максимовым, они на такси поехали к супруге Левицкого, находившейся дома у своей тети, при этом по его просьбе водитель остановился возле магазина для приобретения ими пива. Когда они прибыли на место, он встретился с супругой, но последняя отказалась ехать с ним, поскольку он был в нетрезвом состоянии, и он вышел из подъезда дома. Затем подошел Максимов, которому он пояснил об этом, так они стояли возле дома некоторое время, при этом он находился в агрессивном состоянии после разговора с женой, пока не подошел водитель, который стал спрашивать, долго ли ему ждать. На этой почве между ними произошла словесная ссора. Через некоторое время они с Максимовым сели в такси и поехали обратно. По дороге они просили водителя остановиться у магазина и включить музыку, но он игнорировал их просьбы. Разозлившись на водителя, он предложил Максимову "пырнуть" его ножом. Максимов согласился. С этой целью он (Левицкий), зайдя домой якобы за деньгами, взял кухонный нож. Сев позади водителя, то есть Е., он нанес ему два удара ножом, которые пришлись в область плеча. Е. вышел из автомобиля, а он и Максимов последовали за ним. Максимов выхватил нож у него, стал наносить Е. удары ножом. Он пытался остановить Максимова, стащил его с Е., который поднялся и побежал во двор. Максимов догнал его и нанес два удара в спину, после которых Е. упал и вскоре умер. Максимов погрузил труп на заднее сиденье, а он сел за управление автомобилем, по предложению Максимова вывезли труп на озеро, чтобы скрыть преступление.
Допрошенный в качестве обвиняемого Левицкий, подтверждая изложенные обстоятельства преступления, при этом уточнил, что он нанес потерпевшему "два удара ножом за плечо в область груди справа".
Из показаний Максимова П.П., данных на предварительном следствии в качестве подозреваемого, следует, что после того как водитель, то есть Е., отказался остановиться и включить музыку, Левицкий предложил ему убить водителя, с чем он согласился. Когда подъехали к дому, Е. назвал стоимость проезда. Он (Максимов) остался в машине, а Левицкий пошел домой якобы за деньгами, сказав ему, что пойдет за ножом. Левицкий, вернувшись, сел в автомобиль позади водителя и резко нанес ему два удара ножом в область плеча. Вслед за потерпевшим Левицкий и он вышли из автомобиля, и, забрав у Левицкого нож, он ударил им Е. после чего сел на упавшего потерпевшего, который закрывался руками, и продолжал наносить ножевые ранения. Левицкий стал оттаскивать его, а Е. в это время поднялся и побежал в ограду. Вырвавшись от Левицкого, он догнал Е. и ударил два раза ножом ему в спину. Потерпевший был мертв, и он (Максимов) предложил увезти его на озеро, сказал Левицкому сесть за руль, а сам затащит тело на заднее сиденье. Хотели спрятать труп подальше на озере, но автомобиль застрял в снегу, и они были задержаны.
Свои показания Левицкий и Максимов подтвердили при проверке показаний на месте происшествия, а также в ходе проведенной между ними очной ставки, при этом Левицкий признал, что он предложил Максимову "пырнуть" водителя ножом, а Максимов подтвердил, что предложение сводилось к убийству потерпевшего ("давай его убьем"), на что он ответил согласием. Также оба указали, что Левицкий принесенным из дома ножом нанес в автомобиле потерпевшему два удара, а затем на улице Максимов забрал нож и нанес им множественные удары, при этом Левицкий попытался его остановить, объясняя это тем, что Максимов стал "добивать", а он (Левицкий) полагал, что уже "достаточно". В автомобиль они сели и поехали на озеро с целью сокрытия трупа. Также Максимов пояснил, что после того, как он нанес ножом водителю два последних удара в спину, они с Левицким стали бороться и этот нож у него забрал подбежавший брат Левицкого — Д. который выбросил нож в сторону забора дома, при этом он не видел свою мать Ч.
Оснований считать вышеприведенные показания недопустимыми доказательствами не имеется, поскольку каждый из осужденных допрашивался с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, после разъяснения процессуальных прав, в присутствии адвоката, а в ходе проверки показаний на месте и в присутствии понятых, что исключало оказание на них незаконного воздействия, при этом правильность записи показаний в протоколах, в том числе и на очной ставке, удостоверена самими осужденными и их защитниками, каких-либо замечаний, жалоб не заявлялось.
Кроме того, показания осужденных согласуются с последовательными показаниями свидетеля З. данными им на предварительном следствии и в судебном заседании, показаниями свидетеля С., в присутствии которых Левицкий забирал кухонный нож, а также З., увидев лежащего окровавленного водителя, рядом с которым боролись Максимов и Левицкий, у кого-то из них был нож, не помнит у кого именно, поскольку был испуган происходящим, выбил у них нож и выбросил его, вернувшись в дом, сказал матери (С. вызвать "скорую", видел, как они уехали на автомашине таксиста; показаниями свидетеля Ч. которая, подходя к дому, увидела автомобиль, в который затем стали садиться ее племянник Левицкий за руль и ее сын Максимов рядом с ним, на ее расспросы ответили, что все нормально, после чего уехали, затем сестра С. сказала ей, что они порезали водителя, и тогда она вызвала полицию; показаниями сотрудников полиции П., М. которым Ч. и С. сообщили, что Левицкий и Максимов нанесли ножевые ранения водителю, которого увезли, а затем, связавшись с ними по телефону, женщины узнали, что они находятся на озере Чередовое, об этом П. сообщил экипажу ППС П. который, подъехав к озеру, обнаружил Максимова и Левицкого, просивших вытащить из снега автомашину "<…>", а недалеко от автомашины был обнаружен труп, что следует из показаний сотрудника полиции П. данными осмотра места происшествия, в ходе которого возле озера <…> г. <…> обнаружен труп Е. и автомобиль "<…>", при осмотре возле дома по ул. <…>, 40 зафиксированы следы вещества бурого цвета, похожего на кровь; заключениями экспертиз, согласно которым на одежде осужденных обнаружены следы крови, свойственной потерпевшему Е. на дверях автомашины марки "<…>" обнаружены следы пальцев рук, оставленные Максимовым П.П.
Кроме того, по заключению судебно-медицинской экспертизы смерть Е. наступила от обильной кровопотери вследствие колото-резанных ранений (2) спины с повреждением левого легкого, межреберных сосудов, пристеночной плевры и резаной раны лица с повреждением сосудов. Также при исследовании трупа обнаружены другие проникающее и непроникающие колото-резаные ранения живота, груди справа, колото-резаные ранения левых плеча, бедра, резаные раны подбородочной области, правой кисти, левого предплечья, ссадины на лице и правом плече, царапины на правой кисти. Все колото-резаные и резаные ранения могли образоваться от воздействия колюще-режущего предмета типа ножа, с учетом размеров проникающего ранения грудной клетки ширина и длина клинка ножа могут составлять, соответственно, 2,5 см и 16 см.
Оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности виновности Левицкого А.А. и Максимова П.П. в совершении убийства Е. группой лиц по предварительному сговору.
Доводы Левицкого об отсутствии у него умысла на убийство и что он хотел лишь напугать Е. судом обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются самими фактическими обстоятельствами дела. Так, вернувшись в автомобиль, Левицкий сразу стал наносить удары ножом потерпевшему. Также в своих показаниях, неоднократно данных на предварительном следствии, Левицкий пояснял, что, разозлившись на потерпевшего, он предложил Максимову "пырнуть" водителя ножом. Кроме того, из показаний Максимова следует, что Левицкий предложил убить водителя, на что он согласился, Левицкий сходил за ножом, что также подтверждается свидетелями, после чего и было совершено посягательство на жизнь потерпевшего. Данные обстоятельства были подтверждены самими осужденными при проверке показаний на месте и на очной ставке, при этом Левицкий не оспаривал показания Максимова. Тем самым, как правильно указал суд, фактически Левицкий и Максимов показывали о состоявшемся между ними сговоре на убийство потерпевшего, что объясняет действия Максимова, присоединившегося к преступлению. Не доверять этим показаниям нет оснований, поскольку они полностью подтверждаются последовавшими затем событиями, завершившимися смертью потерпевшего.
Необоснованными являются и доводы Левицкого о нанесении потерпевшему ударов ножом только в правое плечо. У Е. не обнаружено повреждений такой локализации, тогда как имелась рана в области груди справа. С учетом локализации ранения и установленных фактических обстоятельств суд правильно пришел к выводу, что указанное ранение груди причинено действиями Левицкого, который сидел позади водителя и нанес удары правой рукой в правую часть тела потерпевшего. На следствии Левицкий также уточнял, что наносил удары в область груди справа. Максимов показал в судебном заседании, что Левицкий в автомобиле ударил потерпевшего "в плечо и в бок". При этом отсутствие второго ранения на груди или животе с правой стороны, как правильно указал суд, объясняется тем, что из-за расположения Левицкого за сиденьем водителя удар не получился достаточно сильным.
Таким образом, судом обоснованно установлено, что Левицкий наносил удар ножом в грудь, то есть в область расположения жизненно важных органов, а Максимов наносил удары ножом в грудь, живот, лицо, преследовал потерпевшего и в завершение причинил два проникающих ранения в спину, оказавшихся наряду с раной на лице смертельными. Указанные обстоятельства, характер действий осужденных, применение в качестве оружия ножа и направленность ударов с учетом показаний о предварительной договоренности "убить" водителя свидетельствуют о наличии у Левицкого и Максимова прямого умысла на лишение потерпевшего жизни, который и был ими реализован.
Кроме того, правильным является и вывод суда о том, что такое обстоятельство, как то, что Левицкий пытался остановить, оттаскивал Максимова от потерпевшего, не опровергает выводы о сговоре на убийство Е. и участии Левицкого в совершении данного преступления. Так, в соответствии с установленными на основании совокупности исследованных доказательств фактическими обстоятельствами дела, суд правильно указал, что именно Левицкий предложил совершить убийство, и, являясь инициатором преступления, принес нож, чтобы использовать его в качестве оружия, непосредственно совершил насильственные действия по лишению жизни, первым напал на потерпевшего и совершил посягательство, совершив действия, образующие объективную сторону данного преступления. Преступление, начатое Левицким, в соответствии с договоренностью было продолжено и завершено Максимовым. Фактически потерпевший был лишен жизни и состоявшийся между осужденными сговор на убийство был реализован до конца, причинение смерти потерпевшему Левицким предотвращено не было, и, более того, Левицкий участвовал в сокрытии трупа и следов преступления. При таких обстоятельствах предпринятые Левицким действия в отношении Максимова, как обоснованно и справедливо указал суд, не могут быть признаны добровольным отказом от преступления и не освобождают Левицкого от ответственности за убийство.
Обоснованным является и вывод суда о виновности осужденных в неправомерном завладении автомобилем "<…>" без цели его хищения, совершенном группой лиц по предварительному сговору, поскольку, как следует из вышеприведенных показаний осужденных, после убийства Максимов предложил вывезти труп, по его указанию Левицкий сел за управление автомобилем, а сам Максимов погрузил в машину труп, после чего они на автомашине направились к озеру, то есть они оба, действуя совместно и согласованно, приняли непосредственное участие в завладении автомобилем и поездке на нем, тем самым незаконно использовали чужое транспортное средство в своих собственных интересах. При этом не имеет какого-либо правового значения для квалификации их действий по ст. 166 УК РФ цель завладения ими автомашиной — с целью сокрытия преступления или с целью покататься. Кроме того, как правильно указал суд, то обстоятельство, что автомашиной управлял только Левицкий, также не исключает ответственности осужденных как соисполнителей данного преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору.
Юридическая оценка действиям Левицкого А.А. и Максимова П.П. судом дана правильно.
Наказание Левицкому А.А. и Максимову П.П. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, роли каждого из них при совершении преступлений, данных, характеризующих их личности, состояния здоровья Левицкого, обстоятельств, смягчающих их наказание, — активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению соучастника, наличие малолетнего ребенка у Левицкого, наличия отягчающих обстоятельств — совершение преступлений в состоянии алкогольного опьянения, наличие рецидива преступлений у Максимова, а также влияния наказания на их исправление и на условия жизни семьи.
Доводы Левицкого о необходимости признания в качестве смягчающего обстоятельства его явки с повинной являются несостоятельными, поскольку, как видно из материалов дела, осужденные не добровольно явились в правоохранительные органы с сообщением о совершенных преступлениях, а были задержаны на озере при попытке скрыть труп потерпевшего и следы преступления, при этом уже имелись непосредственные свидетели преступления и причастность осужденных к смерти потерпевшего и угону являлась очевидной.
Не имелось у суда оснований и для признания в качестве смягчающего обстоятельства — противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку, как видно из материалов дела, и установлено судом, такового поведения со стороны потерпевшего не было, убийство потерпевшего было совершено осужденными на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе обоюдной ссоры.
Совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, судом обоснованно признано в качестве отягчающего обстоятельства в соответствии с ч. 1-1 ст. 63 УК РФ.
Назначенное Левицкому и Максимову наказание является справедливым, и с учетом вышеизложенного оснований считать его как чрезмерно мягким, так и чрезмерно суровым, не имеется.
Гражданский иск потерпевшей Е. о взыскании компенсации морального вреда судом также разрешен в соответствии с требованиями закона (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ), с учетом степени причиненных ей нравственных страданий в связи с убийством сына, исходя из фактических обстоятельств причинения этого вреда и характера вины осужденных, их материального положения, а также требований разумности и справедливости.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Омского областного суда от 18 мая 2016 года в отношении Левицкого А.А. и Максимова П.П. оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевшей и осужденных — без удовлетворения.