Постановление 01АП-9418/2019 от 27 января 2020 года по делу А43-19152/2019

Постановление суда апелляционной инстанции

 

г. Владимир                                                                   Дело № А43-19152/2019

27 января 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 января 2020 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Родиной Т.С.,

судей Тарасовой Т.И., Насоновой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания Козиной О.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Кота Бориса Григорьевича на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.08.2019 по делу № А43-19152/2019  по иску Кота Бориса Григорьевича к Чапыгину Сергею Александровичу, при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, — ООО «БИСКОТТИ  ПЛЮС» (ОГРН 1025201762255), о взыскании убытков.

 

В судебном заседании приняли участие представители:

 

от истца (заявителя) – Кота Бориса Григорьевича – Иванов С.В. по доверенности от 23.04.2018 сроком на 3 года (т.1, л.д.134), Любеев С.Г. по доверенности от 04.05.2017 сроком на 3 года (т.1 л.д.156);

от ответчика — Чапыгина Сергея Александровича – Матвеев Р.А. по доверенности от 20.09.2018  сроком на 18 месяцев;

от третьего лица — ООО «БИСКОТТИ  ПЛЮС» — Савченко И.В. по доверенности от 28.10.2019 сроком на 1 год.

        

      

 

 

          Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.

На основании пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участник ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» Кот Борис  Григорьевич обратился  в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к Чапыгину Сергею Александровичу о взыскании 1 323 000 руб. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «БИСКОТТИ ПЛЮС» (далее – ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС»).

         Решением от 21.08.2019 Арбитражный суд Нижегородской области отказал Коту Б.Г. в удовлетворении заявленных исковых требований.

          Не согласившись с принятым судебным актом,                                        Кот Б.Г. обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает на доказанность всех элементов правонарушения, необходимых для взыскания с ответчика  убытков; причинно-следственная связь между недобросовестным поведением ответчика и при­чинёнными обществу убытками заключалась в недобросовестности и неразумности действий (бездействия) Чапыгина С.А. при исполнении обязанностей, возложенных на него пунктом  3 статьи 40 Фе­дерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (да­лее — Закон № 14-ФЗ) и подпунктом  7 пункта  1 статьи  34 устава ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» по совершению сделок и подписанию договоров, контрактов, соглашений в соответствии с их действительным экономи­ческим смыслом и обусловленностью разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а не с целью формального оформления документов, содержащих недосто­верные сведения о хозяйственных операциях, с противоправной целью применения вычета при исчислении НДС (что установлено налоговым органом в решении № 11-25 от 15.09.2017). Директор не создал систему управления, определяющую порядок выбора контрагентов, контролируемые им лица совершили сделку по своему усмотрению, ненадлежащее исполнение этих обязанностей привело к перечислению денежных средств на бан­ковский счёт контрагента ООО «Сател-НН», имеющего признаки фирмы-однодневки, в отсутствие встречного исполнения указанным контрагентом обязательств по поставке обществу упаковки и этикеток.

Обстоятельства подписания договора № 16 от 01.03.2015 от имени ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» не Чапыгиным С.А., а по доверенности   финансовым директором общества Арабей И.В., дополнительно свидетельствуют о недобросовестности и неразумности бездействия ответчика.

         Представитель  Чаплыгина С.А., возразил против доводов апелляционной жалобы, при этом пояснил, что налоговый орган в своем решении подтвердил реальный характер поставок тары, упаковки и наклеек, усмотрев нарушения только в признании части НДС, предъявленного к вычету и не по вине общества, а потому, что контрагент общества ненадлежащим образом исполнял свои обязанности как налогоплательщик. При проведении налоговой проверки выяснились обстоятельства совершения спорных сделок, но вопрос о виновности генерального директора в причинении убытков обществу, ни актом налоговой проверки № 11-25 от 26.07.2018, ни решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 11-25 от 15.09.2017 не установлен.

Директор коммерческого предприятия всегда действует в рамках предпринимательского риска. На директора не могут быть возложены неблагоприятные последствия совершения им тех или иных сделок, если при заключении таких сделок он действовал разумно и осмотрительно.

Чаплыгин С.А., утвердивший штатное расписание, наделил полномочиями работников. Финансовый директор Арабей И.В., подписавшая договор, имела на это право.  На момент заключения спорных сделок организации, перечисленные в Акте №11-25 от 26.07.2017, не имели явных признаков фирм однодневок, при наличии которых ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» могло бы усомниться в добросовестности данных контрагентов (массовый адрес, массовый руководитель, массовый учредитель). При заключении договоров ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» были запрошены учредительные документы данных лиц.

          При заключении договора было установлено, что организация  имеет открытые счета в кредитных организациях, на которые возложена обязанность по идентификации юридического лица, находящегося на обслуживании, при совершении банковских операций. Исходя из этой информации ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» был сделан вывод о наличии у контрагента необходимой правоспособности для заключения сделок и надлежащих полномочий на их совершение, а значит, проявлена должная осмотрительность при выборе контрагента. Все расчеты производились безналичным путем, аффилированности поставщика с ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» установлено не было.

Представитель ответчика акцентирует внимание суда на том, что Чапыгин  С.А. является участником общества с долей участия 80%, он  как никто заинтересован в развитии общества.

Представитель ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС»  поддержал позицию ответчика, указал на отсутствие убытков, поскольку продукция фактически поставлена и находится на складах общества, налоговым органом это проверено. Взаимоотношений с данным поставщиком ранее не было. С производителями приобретенной продукции  договорных отношений у общества нет, договор заключен с ООО «Сател — НН», который, по мнению общества, является торговым домом производителей, оплата произведена по факту оплаты. Таким образом, вывод налогового органа об отсутствии возможности у спорного контрагента осуществить поставку упаковки в адрес ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» является спорным, налоговым органом не доказана недобросовестность ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» при выборе контрагента, не доказан факт взаимозависимости налогоплательщика и сомнительного контрагента.

Кроме того, если бы налоговый орган начал проведение выездной налоговой проверки деятельности ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» на два месяца позже, то с учетом внесений в действующее законодательство Российской Федерации, последнее было бы освобождено от ответственности за действия своих контрагентов в части оплаты НДС. Налоговым органом установлено, что директор лично с поставщиками упаковки не контактировал (стр. 6 Акта выездной налоговой проверки № 11-25 от 26.07.2017).

Договор поставки № 16 от 01.03.2015 с ООО «Сател — НН» был подписан не генеральным директором общества Чапыгиным С.А., а финансовым директором Арабей И.В. на основании выданной ей доверенности № 1 от 01.01.2013.

Представители ответчика и третьего лица возразили против довода истца  относительно неверного применения судом первой инстанции  норм материального права об исковой давности, поскольку позиция Кот Б.Г. о получении информации о причиненных обществу убытках на сумму 1 323 000 руб. из решения налогового органа № 11-25 от 15.09.2017, через своего представителя, которое он получил 05.12.2018, является ошибочной и основанной на неправильном толковании норм материального права.

По мнению ответчика, иск заявлен в интересах миноритарного участника и не связан с мотивами добросовестного исполнения прав и обязанностей участника,  а направлен на  понуждение ответчика к приобретению принадлежащей истцу доли в уставном капитале по цене (в 3 раза превышающую рыночную), которую хотел бы получить истец. То есть, на лицо наличие корпоративного конфликта завуалированного под предлогом взыскания убытков с бывшего директора и действующего участника общества, истребование документов, признание недействительными решений общества и т.д., позиция истца является злоупотреблением правом.

В подтверждение данного обстоятельства представитель ответчика просил приобщить к материалам дела копии письма Кота Б.Г с  предложением Чапыгину  С.А.  выкупить принадлежащую ему долю, должностной инструкции на начальника финансового отдела.

 

 

Судом ходатайство о приобщении  должностной инструкции удовлетворено, в приобщении копии письма отказано.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев дело, проверив доводы жалобы, заслушав пояснения истца, Первый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта.

Материалы дела свидетельствуют, что Кот Б.Г. и Чапыгин С.А. с момента создания ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» и до настоящего времени являются участниками данного общества со следующим распределением долей в уставном капитале: Кот Б.Г. – 20%, Чапыгин С.А. – 80%. До 18.10.2018 Чапыгин С.А. также являлся генеральным директором общества.

Как следует из искового заявления, в апреле 2015 года на основании платежных поручений от 06.04.2015, 07.04.2015, 08.04.2015, 09.04.2015, 15.04.2015, 16.04.2015 (т. 3, л.д. 76-81) ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» перечислило в адрес ООО «Сател- НН» по договору купли-продажи № 16 от 01.03.2015 (т. 1, л.д. 143) сумму в размере 1 323 000 руб. в счет оплаты поставленного по товарным накладным от 20.03.2015№ 661, от 20.03.2015 № 662, от 20.03.2015 № 663, от 23.03.2015 № 691, от 23.03.2015 № 692, от 30.03.2015 № 841, от 31.03.2015 № 871, от 31.03.2015 № 872, от 01.04.2015 № 931, от 07.04.2015  № 1801 (т. 1 л.д. 144-153) товара (этикетка, гофрокороб, коробка, подложка, обечайка, коррекс, крышка к коррексу).

Истец указывает, что из решения № 11-25 от 15.09.2017 межрайонной ИФНС России № 2 по Нижегородской области (т. 1 л.д. 66) он  узнал, что в результате проведенной налоговым органом проверки ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» доначислен НДС в связи с неправомерным заявлением налогового вычета в сумме 512 369,35 руб. по счетам — фактурам, оформленным от имени ООО «Сател-НН» (ИНН 5262313472).

По итогам проверки налоговый орган пришел к выводу о том, что ООО «Сател-НН» фактически не поставляло в адрес ООО «»БИСКОТТИ ПЛЮС» в 2015 году товар по спорным счетам- фактурам, документы от имени ООО «Сател-НН» составлены формально с целью применения вычета при исчислении НДС (т. 1, л.д. 70).

В связи с изложенным истец полагает, что своими действиями по перечислению денежных средств в адрес ООО «Сател-НН» (контрагента, не поставившего оплаченный товар) Чапыгин С.А. причинил обществу убытки в размере 1 323 000 руб.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании убытков.

 

 

 

Разрешая настоящий спор, суд руководствовался пунктам 1, 2 статьи 15, пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 5 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и исходил из того, что  с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

         Суд установил, что 01.03.2015 между ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» (покупатель) и ООО «Сател-НН» (поставщик) был заключен договор купли-продажи товара № 16.

По товарным накладным от 20.03.2015 № 661, № 662, № 663, от 23.03.2015 № 691, № 692, от 30.03.2015 № 841, от 31.03.2015 № 871, № 872, от 01.04.2015 № 931, от 07.04.2015  № 1801 ООО «Сател-НН» произвело поставку товара в адрес ООО «БИСКОТТИ  ПЛЮС» на общую сумму 3 358 865,53 руб.

Платежными поручениями от 06.04.2015,   07.04.2015,  08.04.2015, 09.04.2015, 15.04.2015, 16.04.2015 ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» перечислило в адрес ООО «Сател-НН» 1 323 000 руб. в счет оплаты поставленного товара (т. 3, л.д. 76-81).

Решением от 15.09.2017 № 11-25 Межрайонной ИФНС России № 2 по Нижегородской области ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» доначислен НДС в связи с неправомерным заявлением налогового вычета за 2015 год в сумме 512 369,35 руб. по счетам-фактурам, оформленным от имени ООО «Сател-НН».

Согласно данному решению налоговый орган установил, что ООО «Сател-НН» фактически не поставляло в адрес ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» в 2015 году товар, документы от имени ООО «Сател-НН» составлены формально с целью применения вычета при исчислении НДС.

Данное решение налогового органа не было обжаловано обществом «БИСКОТТИ ПЛЮС» и вступило в силу.

           Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований ставить под сомнение обоснованность выводов налогового органа, изложенных в решении № 11-25 от 15.09.2017. В то же время, суд не усмотрел недобросовестности в действиях директора, признал недоказанным истцом наличие  совокупности обстоятельств, при наличии которых в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу.

 

 

Признавая пропущенным срок исковой давности в части требований Кота Б.Г. о взыскании 1 323 000 руб. убытков, перечисленных в адрес контрагента — фирмы «однодневки» в отсутствие встречного обеспечения, суд, руководствуясь статьями 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса, исходил из того, что истец мог и должен был узнать о совершаемой  сделке, платежах не позднее окончания финансового года  (2015 года), в котором она были заключена директором Чапыгиным С.А., между тем с исковым заявлением  истец  обратился в арбитражный суд только 07.05.2019, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности для взыскания убытков.

          Апелляционный суд находит данные выводы соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

  Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Гражданский кодекс) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

   Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

   В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

  Согласно пункту 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

          С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в

суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

         

          В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», далее -Постановление № 62).

В пункте 1 Постановления № 62  указано, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Исходя из анализа указанных правовых норм, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать наличие причиненного вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех перечисленных элементов ответственности. При недоказанности хотя бы одного из них в удовлетворении иска должно быть отказано.

 Аналогичный подход закреплен и в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

 Судом установлено, что основным видом деятельности общества является производство хлеба и мучных кондитерских изделий, тортов и пирожных недлительного хранения (код 10.71 ОКВЭД).

 

 Заключение договоров на поставку таких товаров как этикетка, гофрокороб, коробка, подложка, обечайка, коррекс, крышка к коррексу является объективной необходимостью и частью производственного процесса, не выходящего за рамки обычной хозяйственной деятельности общества.

Заключение договора № 16 от 01.03.2015 с ООО «Сател-НН» было вызвано производственной необходимостью, связанной с основным видом деятельности. Доказательств того, что на момент заключения указанного договора Чапыгин С.А. как директор ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» заведомо знал о невозможности поставки товара со стороны ООО «Сател-НН» истцом не представлено.

 Судом также принято во внимание, что указанный договор от имени ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» подписан не Чапыгиным С.А., а по доверенности – финансовым директором общества Арабей И.В.

Принцип презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что при принятии деловых решений указанные лица действуют в интересах общества и его участников. Доказательств обратного истцом в дело не представлено.

Апелляционный суд считает выводы суда соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

         Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

  Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

        

          В пункте 4 и абзаце 1 пункта 5 Постановления № 62 разъяснено: добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

  При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

          В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

  При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

  В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

  Судом установлено, что договор с ООО «Сател-НН» был заключен с целью поставки упаковки для продукции, производимой обществом.

  Налоговым органом при проверке сделан вывод о том, что  реальными поставщиками являлись типографии, а названная фирма использовалась для наращивания цены, то есть  общество «БИСКОТТИ ПЛЮС»  фактически получило искомый результат – товар был поставлен обществу.

  Суд установил, что при такой схеме взаимоотношений, истцом не представлено доказательств того, что общество в последующем может понести расходы на предъявленную сумму в виде оплаты лицам, фактически осуществившим поставку (отсутствуют договоры с иными лицами, отсутствуют доказательства возникновения дополнительных обязательств общества перед третьими лицами, отсутствуют доказательства оплаты, превышающей договорной объем).

  С учетом изложенного апелляционный суд считает, что перечисленные ООО «БИСКОТТИ ПЛЮС» в качестве оплаты за поставленную продукцию денежные средства, не могут являться убытками последнего.

  Следуя правовой позиции, изложенной в пункте 3 Постановления № 62, суд учитывает, что, принимая решение о заключении сделки с названным юридическим  лицом,  директор владел подготовленной ему информацией, имеющей значение в данной ситуации, что следует из пояснений представителя ответчика, и  доведенная до него информация не свидетельствовала о недобросовестности контрагента по сделке.

  То обстоятельство, что поставка фактически произведена иными лицами не свидетельствует о недобросовестности директора общества.

Арбитражный апелляционный суд полагает, что заявитель не подтвердил какими-либо безусловными доказательствами недобросовестность и противоправность действий ответчика при осуществлении функций руководителей организации.

         Обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда возглавляемой ими организации, в которой  он является мажоритарным участником, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах, является верным вывод суда о недоказанности истцом совокупности обстоятельств, при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу, а именно: противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий для общества, доказательств причинения убытков, размер убытков, а также причинно- следственную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями.

         В ходе судебного разбирательства  судом рассмотрено заявление Чапыгина С.А. о пропуске срока исковой давности и установлен факт пропуска обращения истца за принудительной защитой права.

  Апелляционный суд считает данный вывод верным.

  Предъявляя требования по настоящему делу, участник общества действует не только в интересах общества как его представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом). Этот интерес обосновывается наличием у него как истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба как субъекту гражданско-правовых отношений.

         Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица.

  Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.

 Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П). Применение указанного правового института требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой. Другими словами применение исковой давности не должно приводить, как к нарушению прав кредитора, с достаточной степенью заботливости и осмотрительности вовремя осуществляющего свои права в части имущественных притязаний к должнику, так и к потворству существенной несвоевременности реализации гражданских прав кредитором без наличия на то уважительных причин.

           Течение  срока исковой давности по иску Котова Н.И., действующего в порядке статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, начинается с момента, когда он получил реальную возможность ознакомиться с информацией, послужившей основанием для предъявления иска о взыскании убытков.

 Согласно пояснениям представителя истца, о причиненных обществу убытках на сумму 1 323 000 руб. Кот Б.Г. узнал из решения налогового органа от 15.09.2017 № 11-25, которое он получил через своего представителя 05.12.2018. Вместе с тем часть первая статьи 200 Гражданского кодекса содержит правило и о том, что  течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо   должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

         Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором она была совершена, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (подпункт 3 пункта 3 постановления Пленума Верховного С уда Российской Федерации № 27 от 26.06.2018 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

Таким образом, истец при проявлении должной степени осмотрительности мог узнать о причинении обществу убытков в связи с перечислением денежных средств в адрес ООО «Сател-НН» не позднее даты проведения очередного общего собрания участников общества по итогом 2015 года, то есть не позднее 18.04.2016.

Довод представителя истца, озвученный в судебном заседании 08.07.2019, о том, что решения, принятые на собрании 18.04.2016, являются ничтожными, поскольку отсутствует нотариальное удостоверение протокола собрания, судом рассмотрен и правомерно отклонен, так как  срок исковой давности для признания ничтожными решений общего собрания участников общества, оформленных протоколом от 18.04.2016, истцом также  пропущен.

         Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Согласно штампу канцелярии истец обратился в суд с иском 07.05.2019, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности для взыскания убытков.

Какие-либо уважительные причины для восстановления срока исковой давности истцом в ходе судебного разбирательства представлены не были.

На основании изложенного иск отклонен судом ввиду необоснованности, а также в связи с пропуском срока исковой давности.

        

 

          Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся  в деле доказательствам.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены принятого решения.

Несогласие заявителя с выводом суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и  не подтверждают существенных нарушений судом нормы права,  в связи с чем нет  оснований для отмены судебного акта.

         Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.      

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд   

                                П О С Т А Н О В И Л:

          

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.08.2019 по делу № А43-19152/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Кота Бориса Григорьевича — без удовлетворения.

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок.

         

           Председательствующий судья                                       Т.С. Родина

 

 Судьи                                                                                 Т.И. Тарасова

       

                                                                                             Н.А. Насонова